Путь Стратега 9. РеалРТС - Луций Корнелий

Ага. Та самая святыня, где простой или скорее непростой шаддинский мужик может стать Царем царей.

— Ну допустим Ксигон туда отправится, а причем тут я? Надавайте ему по рогам самостоятельно. Или вы опасаетесь, что Ксигон и Сандис используют мои антимагические дарования как таран? Тогда вводить против меня санкции было поистине гениальной идеей.

— Шаддинцы сейчас охраняют Ай-Тар-Рир, — пояснил ситуацию чародей. — Многие представители Витенагемота считали, что надёжнее будет поддержать восточное царство и не допустить присутствия Сандиса там.

Ясно-понятно.

— Но восточное царство продолжает терпеть поражение, несмотря на вашу поддержку. Поэтому решили экстренно со мной мириться? Да пожалуйста. Прекратите поддержку шаддинцев. Также было неплохо получить что-нибудь в виде компенсации.

— У меня нет возможности полностью свернуть общую политику магического сообщества, но мы нанесём удар по самым радикальным коллегиям. Также, предлагаю вам посетить следующее заседание Витенагемота, которое состоится через восемнадцать дней на Севере. Места те хорошо вам знакомы.

— Далековато те места от нынешнего моего театра военных действий.

— Мы обеспечим вам путь туда и обратно.

Это могла бы отличная отличная попытка покушения или похищения. Скажем, поднять меня на высоту пары километров, а потом отключить магический движок на летающей платформе. В таком случае дары Забытого не спасут. Гравитации, как известно, бессердечная сука.

— Пожалуй откажусь, — с улыбкой ответил я. — Хватит с меня заседаний Сената. На них я обязан присутствовать по долгу службы. Однако добровольно посещать заседание коллегиального органа с сомнительной управленческой эффективностью? Спасибо, не надо.

— Могу понять отсутствие у вас энтузиазма поэтому вопросу, но, уверяю, что это заседание Витенагемота будет отличаться от предыдущих. Оно войдёт в историю.

Звучит интересно, но стоит ли сейчас верить чародеям? Сложный вопрос. А Гилам продолжал попытки меня убедить:

— Если причина ваших сомнений в мерах безопасности, то мы готовы пойти навстречу. Берите с собой лояльных вам людей и магических существ.

— Для начала вы сами сделайте несколько шагов навстречу, магистр. Ваши замечательные коллеги по магическому искусству только что продали шаддинцам целую стаю крайне неприятных чудищ. Назовите меня мелочным, но это не самый лучший переговорный фон.

— Дайте нам несколько дней, триумвир. Мы ограничим активность Ножей. Также будем совершенно не против, если вы отрядите нам в помощь кого-нибудь из доверенных воинов. Они бы могли стать свидетелями нашей доброй воли.

Кого бы послать? Гинда, конечно. Мне ещё с момента его офигительного покушения на Сандиса хочется послать молодого венатора далёко и надолго.

Впрочем, ещё стоит дождаться письма от Аланиуса Церта. Вдруг вся эта схема всего лишь изощрённая ловушка. Скорее нет чем да, но не стоит слишком терять бдительность.

Распрощавшись с Гиламом, я остался у моста Гигеса переваривать полученную информацию. Значит параллельно переделу мира политическому идет и передел магический. Канртег, в лице пробуждённого Ксигона, очень хочет взять реванш у магов Великого Пламени. Им в этой борьбе пригодился бы кто-то с хорошим подавлением магии. Сейчас есть двое живых людей, наделённых особыми дарами Забытого.

Карр, вероятно, пошлет всех ещё дальше чем я Гинда. Значит остаётся некий стратег Михаир.

— О чем думаете? — спросил меня Таркус, пока я стоял у шатра где недавно вел переговоры. — Как волшебники пытаются обмануть нас на этот раз?

— Примерно так.

— Шлите вы их нахер, уважаемый триумвир. Не хотят воевать с нами? Пусть держатся подальше от Империи! Я видел что их поганая магия сотворила с Севером. Там и так жилось хреново: варвары, леса, дикость. Но из-за чародеев нам пришлось мечами пробивать через орды демонов. До сих пор во сне всякая дрянь сниться.

Я не стал комментировать эти сентенции Таркуса в отношении магов Великого Пламени. Он был не в курсе, что Север стал таким во многом из-за моих решений. Лав, конечно, поспособствовала, гробничники косвенно помогли, но они лишь вручили мне коробку спичек. Пожар, поглотивший значительную часть Севера, зажигал я вполне добровольно.

Интересно, что такого Гилам анонсировал на грядущем заседании Витенагемота? Судя по моей информации этот коллегиальный орган работал как Сейм Речи Посполитой в «лучшие» годы разгула шляхты. Индивидуальное вето, постоянные конфликты, постоянные разброд и шатания. Так продолжалось сотни лет. Что же могло измениться за последние месяцы? Неужели угроза Ксигона всех сплотила? Не особо верится. Значит, это какая-то долгоиграющая интрига Гилама.

Если отбросить все подозрения, я бы хотел смотаться на Север. Пускай ненадолго, но оказаться поближе к Нэл. Отринуть заботы и вспоминать то ощущение всепоглощающей любви, которое она мне подарила.

— И все же даже тот Север мне нравился больше чем это, — прервал мои мысли Таркус, указывая в сторону пустошей на том берегу реки Айрат. — Ничего. Гребаное ничего на десятки дней пути. Словно боги, создавшие мир, решили здесь полениться. Не хотели стараться ради шаддинцев. Ну вообще могу их понять.

Пустоши этого участка Бер-Шадда, действительно, навевали сейчас уныние. Выжраннная саранчой, истоптанная ногами и копытами армий, сплошная буро-коричневая сухая грязь. Погода ныне была спокойная, но как только поднимется ветер он понесёт вдоль этих безжизненных равнин удушливую пыль.

— Там лучше, — указал я на другой берег священной реки.

По крайней мере было лучше до нашего прихода. Сейчас, конечно, и там уже полно вытоптанных армиями полей.

— Отправляйтесь в свой поднадзорный лагерь, военный трибун, — в шутливой строгости, произнес я, заодно приятно указывая на повышение статуса Таркуса. — Враг отступил, но все ещё может вернуться. Нужно восстановить укрепления и даже кое-что добавить. Я останусь здесь на пару дней до прихода конного отряда. Может быть, по воле богов сумею поднять на ноги ещё нескольких раненых.

— Будет исполнено!

Таркус ушел, а я остался наблюдать за горизонтом, страдая от непривычного спокойствия вокруг. Только вчера ночью мне пришлось снова драться за собственную жизнь. До этого было масштабное сражение и контроль огромной армии в походе. А что теперь? Ждать. Ждать и думать о грядущем.

Следующие несколько часов мы с Ноцием занимались магической помощью раненым. Это было единственным доступным нам сейчас полезным делом. Затем наступила долгая пауза в делах.

— Время… Бесценный дар и тяжкий груз, — произнес я, наблюдая как оставшийся без всадника грифон клевал козью тушу.

—