Период полураспада - Алексей Иванович Гришин

бросил в ближайшую жаровню. Вик остановился у маленькой глиняной дверцы, достал из внутреннего кармана две фигурки Абракса и поставил их у основания. Затем снял всю верхнюю одежду — камзол, рубашку, перчатки — и закрыл глаза. Тело было испещрено бесчисленными чёрными шрамами. Губы медленно задвигались, произнося слова на давно забытом наречии. Он повернул ладони и склонил голову.

— Vagri… san… — появившийся ветер колыхал языки пламени. — Etet… — ротонду покрыли трещины. — Res… ve… — яркие вспышки появлялись и исчезали. — Ine… — ладони завибрировали. — Temp… — тело согнулось под тяжестью. — Agrim… — солнечный свет из окулуса сменился на лунный. — Sacr...

Вик открыл глаза. В них сверкало отражение молний. Когда он договорил последнее слово, жаровни погасли. Всё в мгновение стихло. Дверь медленно открылась. Внутри — кромешная темнота, пол усыпан золотистым песком. Единственным строением была маленькая винтовая лестница, уходящая далеко вглубь. Вик направился к ней и начал спускаться. Спустя несколько сотен ступенек он достиг пещерного грота, где едва помещался. Рядом с лестницей лежало каменное остроконечное плато. На остром конце, вглубь пещеры, располагалась сияющая чёрная пустота, искажающая время и пространство. Туда не попадал свет, звук растворялся, а тех глупцов, кто рискнул подойти слишком близко, в тот момент исчезали без следа. Эта сфера буквально парила над землёй… Вик аккуратно встал на колени и сложил руки. Сосредоточившись, он начал…

— Люмиэль… Наша кровь питает твои корни… Я несу твою силу и волю… Я твой меч, разящий неверных… Я твой глаз, видящий истину… Я твоя жертва, принесённая во славу… Прими дары. Открой врата востока… Я очищу твой храм… Я орудие самой истины… — Вик волновался, но выговаривал слова чётко, не запинаясь. Закончив, он почувствовал дискомфорт: голова раскалывалась, пот стекал со лба. Кольцо раскалилось до предела… Как будто кто-то хотел в…

Глубокий хриплый вдох. Всё кончилось… Голова прояснилась. Туман ушёл… Теперь я знаю, что надо делать. Через секунду пространство залилось ослепительно белым светом. Впереди стали виднеться очертания чего-то грандиозного, большего, чем обычный человек. Уверенность… Сила… Любовь… Её вуаль покрыта печалью, но она довольна. Всё случилось, как она предсказывала. Последняя жертва уже в пути. Заблуждений больше нет. Правильный путь даст знамение. Фигура стала отдаляться…

Глаза открыты. Глубокий вдох… Вик обнаруживает себя лежащим на каменном плато. Она его благословила. Направила на путь истины. Его план будет завершен… Сладковато-мятный вкус фиалок ещё оставался на его губах…

Вик вышел из зала ротонды измождённый и направился по коридору к кабинету. Он неожиданно остановился у ростового портрета. Это был худощавый, высокий, давно не молодой человек в богато украшенном шёлковом кафтане с золотыми вставками и причудливой вышивкой. В одной руке он держал трость, на конце которой красовалась едва заметная фигурка, подозрительно похожая на Абракса, но существенно светлее. Пышная неаккуратная борода, усы и подозрительный взгляд показывали, что портрет писали в неподходящее для него время.

— Атар… — произнёс Вик почти шепотом, глядя прямо в лицо. — Я знаю тебя. Ты бы не одобрил всё это. Под конец ты сильно изменился. Стал очень мягким… Пора перестать цепляться за тени отголосков прошлого.

Вик опустил голову.

— Но другого выбора нет… Высшие иерархи сами решили отгородиться… Это их и погубило… Я всё сделаю правильно…

Вик ещё некоторое время стоял у портрета, говоря что-то на далёком наречии. Договорив, он дотронулся до картины, на секунду закрыл глаза и отправился прочь. Дойдя до кабинета, первым делом начал всматриваться в пейзажи на висящей там картине. Луна стала заметно больше, а залив темнее…

— Я всё сделаю правильно, — повторил Вик. — Заходи, Альберт…

Альберт долго не решался зайти, стоя у двери и вглядываясь в одну точку. Неизвестно, сколько он так простоял, но на него уже начинали коситься даже безучастные гвардейцы. Альберт выдохнул и вошёл.

— Господин… Есть новости про Хенрика. — Альберт сделал несколько шагов, но неожиданно остановился ровно на том месте, где стоял в прошлый раз.

— Я слушаю. Детали. Мне нужны детали.

— Хенрик без задержек дошёл до трактирщика… Агенты сообщали, что он шёл и что-то повторял… Одно и то же. При приближении нельзя было разобрать. Так… и… — Альберт сложил руки. — Он там долго был… Почти всю ночь… Мы слышали крики и негромкие звуки борьбы… Боялись спугнуть. Держались на отдалении. Потом…

Альберт замялся и опустил глаза. Он пытался что-то скрыть, но Вик одним взглядом пресёк эту попытку.

— Показания разнятся, господин… — продолжил Альберт. — Некоторые агенты утверждают, что он вышел из трактира шатаясь, весь бледный, руки тряслись… Но… Я и Артур…

— Кто? — грубо перебил Вик.

— Мой брат… Видели другое. Он вышел как триумфатор, гордый собой, со следами крови на правом рукаве… Но ему показалось, что это вино… — Альберт почти проглотил последнюю фразу.

— Ты лично видел труп? Раны? Смогли опознать?

— Тут опять начинаются странности… Нет, господин.

— Хорошо, что не делаешь поспешных выводов. Трактир обыскали? Нашли следы?

— Я же говорил… Как только мы приблизились, начался пожар. Вход завалило… Марта расстроилась… Взяла полмешка «зеленки».

— Значит, он избавился от улик сам. И с ним… — задумчиво проговорил Вик.

— Вот и мы так подумали… Молодец малой…

— Или… Любопытно… Очень любопытно. Следите за ним. Предупредите городскую стражу — усиленные досмотры. Пусть игнорируют любые письменные предписания. Своим людям передай: не прикасаться к нему голыми руками, только в перчатках. Посмотрим, куда он отправится.

— Почему?

— Не твоего ума дело.

— Как угодно, господин… Есть ещё кое-что. Сегодня пятнадцатый день… Совет Иерархов ждёт вашего письма.

— В этом больше нет нужды. Мы строим новый храм… — Вик инстинктивно бросил взгляд на полусгоревший свиток на столе. Тот начал тлеть. — Пригласи начальника городских гвардейцев Марка.

— Сейчас же пошлю за ним. В это время он должен быть в крепости. — Вик махнул Альберту, чтобы тот вышел.

Нельзя сказать, что решение Вика проигнорировать традиционное письмо Совету Иерархов в Иверию напугало или застало врасплох Альберта. Он понимал, что он маленький человек, выполняющий волю великих. И в дела, как он выражался, «ордена» Альберт был не особо вхож, да и не стремился. Некоторые люди просто хотят выполнять приказы и получать за это достойную плату.

Через некоторое время Альберт открыл дверь кабинета и пригласил Марка. Марк пришёл в парадном мундире, с тремя браслетами отличия на руке