Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко

Как там говорилось у Шекли? Чтобы задать верный вопрос, надо знать большую часть ответа.

Я вновь устроился в позе лотоса, задумчиво глядя в изумрудные глаза поискового амулета.

— Застряли мы с тобой, старина, — задумчиво сказал я. — Крепко застряли. Я знаю, что не всегда был лучшим владельцем, но обычно и не дёргал тебя по пустякам. Видишь, в какой заднице мы сейчас?

Ястреб не отвечал — говорить он не мог, да и двигался лишь в связи со своей функцией. Но что-то подсказывало, что он в определённой степени меня понимал.

— Давай так. Если в округе есть любая книга, которая может нам помочь — укажи на неё. Магическая или нет, неважно, — что угодно, что может подсказать выход. Понимаешь задачу?

Секунды потянулись одна за другой, тягучие, исполненные тоскливого ожидания. Но золотой клюв вдруг дрогнул и пошёл в сторону, начав вращение вокруг себя. Он вертелся всё быстрее, пока не застыл, указывая вниз — судя по наклону, всего на этаж ниже.

Географический этаж. Я, естественно, его тоже проверял, но немного меньше остальных — содержание местной литературы вполне понятно. Но поисковый амулет указывал не на полки, а одну из карт на стене. Не самую большую, но зачарованную на показ обновлённых теневых маршрутов в одном из союзных миров Сумрака с незнакомым мне названием. Если верить ей, таких осталось всего три.

Я чуть было не поинтересовался у амулета, как мне должна была помочь эта карта, не прокладывать же собственный теневой маршрут в чужом замке? Но довольно быстро догадался снять её со стены — и уставился на небольшую нишу, скрытую за бумагой. Обычно «Взгляд библиотекаря» показывал тайники, но этот был дополнительно замаскирован чарами на карте — очень простой, но эффективный способ. Учитывая то, что почти всё пространство свободных стен этажа было завешено теми или иными картами, шанс обнаружения его наугад стремился к нулю.

Внутри ниши — всего три книги. Не самых объёмных, и, увы, совершенно не магических. Амулет отказался пояснять, какая именно мне нужна.

Эпическая поэма о неизвестном мне герое из неизвестного же мира. Тяжёлый язык, с трудом поддающийся переводу «Взгляда библиотекаря», история о завоевании, предательстве и мести. Никаких упоминаний Знающих или их колдовства.

Рыцарский роман, достойный двора Артура, если вообще не происходящий из самого Авалона. Запутанный рассказ, оборванный на середине — у книги буквально отсутствовала вторая половина. Магия упоминалась, но скорее как фон, чем что-то конкретное.

Философский трактат со вступлением, наполненном довольно мрачными размышлениями о природе бытия. На первый взгляд ничего полезного, но текст вызывал сочувствие к автору — казалось, будто последние лет двести он провёл в тяжёлой депрессии. Книга не была подписана в ожидаемых местах, но, когда я перелистнул в конец, обнаружил там более поздний комментарий. «Переписано доподлинно, с оригинального труда Элдрика фон Дэммерхайна, хозяина Сумрака».

Моргнув, я вернулся в начало, стараясь не слишком сильно нагружать старые страницы.

«История несбывшегося» была интереснейшим историческим документом. Частично философская, частично автобиографическая, она многое говорила об лорде Элдрике и его жизненных принципах. Я бы не назвал его приятным человеком — мучимом паранойей и почти не способным смотреть на других людей вне призмы интриг. Но его борьба, в том числе с самим собой была достойна уважения, а трагедия ссоры «законных» хозяев и отдаления вечных замков друг от друга описывалась честно и без прикрас. Виновниками оказались все, даже лёгкие и светлые хозяева Зари и Рассвета. Каждый тянул одеяло в свою сторону, каждый хотел именно той власти, границы которой заступали за границы соседа. По мнению Элдрика, кто-то напрашивался, вроде Вальтера, но разразившаяся грызня вылилась в настоящую катастрофу. Войны, смерть, опустошённые миры. Столетия кровавой бойни.

Элдрик пришёл к выводу, что Затмение в чём-то была права.

Пробираясь сквозь историческую перспективу, обильно приправленную чёрной тоской, я чуть было не пропустил нужный сегмент. А когда обнаружил, то перечитал трижды, чтобы убедиться, что здесь нет ошибки перевода.

Лорд Элдрик фон Дэммерхайн практически вскользь, походу упоминал, как однажды советовался с Сумраком напрямую по вопросу политики одного из союзных миров. Казалось бы, ничего сверхъестественного, только вот советовался он с ним, находясь в этом самом мире, а вовсе не сидя на троне.

Но что самое странное — Сумрак не смог дать подходящего ответа, и позвал на помощь «младшего брата», ещё живой замок Рассвет. С которым Элдрик так же спокойно поговорил, не выходя из дальнего зова.

Следовало как следует взвесить открывшиеся перспективы.

На тот момент хозяева ещё не рассорились. Но я уже успел убедиться, что их раздоры не столь сильно сказались на отношении вечных замков друг к другу, как могло показаться. С другой стороны, Полночь жаждала общения с тем же Полуднем очень давно, и явно не могла связаться напрямую. Даже когда тот назначил официального посла, а мы с Мелиндой заключили союз.

Не могла… или просто не пыталась? Я вот тоже и не представлял, что нечто подобное возможно. У вечных замков долгая память, но со времён правления первых «законных» хозяев прошли многие тысячи лет. Кто бы вспомнил о том эпизоде, если бы не эта старательно переписанная книга?

Я бережно отложил «Историю несбывшегося» в сторону. Легонько погладил поисковый амулет в знак благодарности. Закрыл глаза, погружаясь в дальний зов — и меняя перспективу, чтобы вернуться к Полуночи.

Мне не каждый раз удавалось с ней связаться, даже сидя на троне. По разным обстоятельствам, объективным и субъективным, но факт фактом — Полночь не всегда хотела говорить даже со своим любимым хозяином. Но в последние наши беседы она была гораздо более счастлива, чем раньше. К ней вернулась большая часть памяти, а оптимистичный настрой не рассеивался даже от вестей о грядущем конце света.

Я отринул все мысли, все эмоции, кроме стремления поговорить. Мы должны были поговорить, прямо сейчас, несмотря на огромное расстояние. И мы могли это сделать, поскольку когда-то мог Элдрик фон Дэммерхайн. Он не упоминал это как сверхспособность, как его личное преимущество — напротив, как что-то, что могли провернуть любые из хозяев. Неважно, что все они были учениками Мастера и магами такого уровня, что мне и не снилось. Здесь речь шла не о магии, а о нерушимой связи. И эта связь…

— Вик?..

Такой удивлённой я Полночь не слышал очень давно, и уж тем более не видел. Копия тронного зала казалась призрачной, слегка размытой, но я всё равно стоял посреди неё. Юная девушка, воплощающая