Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

— В вашем мире?

— Как бы странно для вас это ни звучало — да. Иван знает правила и не делает ненужных заявлений.

— А теперь до него не доберутся?

— Добраться можно до любого. Но Потапов в Лефортово не хозяин. Прежнего следователя к Ивану не допустят, а подсадить нужных уголовников и выдать расправу за камерную драку будет намного сложнее.

— Насколько?

— Потапову придется договариваться с людьми, которые от него не зависят и могут использовать его просьбу против него самого.

Вика немного расслабила пальцы.

— Кто ведет дело?

— Следователь прокуратуры.

— Ваш человек?

— Нет. Вы преувеличиваете мои возможности.

— Тогда почему дело забрали?

— Из-за медицинского заключения и нарушений в материалах дела.

— Ивана освободят?

— Никто этого не обещал. Новый следователь проверит происхождение наркотиков, протокол задержания, понятых и действия группы майора Рябинина. Если сочтет доказательства достаточными, дело пойдет в суд.

— Но наркотики Ивану подбросили.

— Я это знаю.

— Тогда почему он продолжает сидеть?

— Потому что наше знание и доказательства в уголовном деле — не одно и то же.

Вика резко поднялась и подошла к окну.

— Очень удобно. Человеку подбрасывают наркотики, избивают, едва не убивают, а потом другие люди обещают честно разобраться, виновен он или нет.

— Вы хотите, чтобы я с вами спорил?

— Хочу, чтобы вы его вытащили.

— Я делаю все, что могу.

— Иван сидит из-за вашей войны.

— Да.

Ответ прозвучал сразу. Вика повернулась.

— Его арестовали, чтобы ударить по мне, — продолжил Вахо. — А избили после вашей статьи, чтобы ударить уже по вам. Теперь это моя война, ваша и Ивана. Нравится нам это или нет.

— Ему она не нужна.

— Ему нужны вы.

Дверь открылась. Официанты внесли кофе, горячие хачапури, зелень и нарезанное мясо. Быстро расставили все на столике и вышли.

Вика вернулась на диван.

— Мне нужно увидеть Ивана.

— Адвокаты подали ходатайство.

— Когда дадут свидание?

— Пока неизвестно.

— Вы обещали помочь.

— И помогу.

— Мне нужна знать когда.

— Даты пока нет.

Она взяла чашку, но пить не стала.

— Вы сегодня были у прокурора?

Вахо слегка поднял брови.

— Почему вы так решили?

— Несколько дней вы ничего не знали. Сегодня у вас есть медицинское заключение, новый следователь и порядок допуска в Лефортово. Значит, вы разговаривали с человеком, который контролирует дело.

Она посмотрела на лежавший возле папок галстук.

— И галстук вы сняли совсем недавно.

Вахо усмехнулся.

— Иван не преувеличивал ваши способности.

— Не нужно меня хвалить. Прокурор обещал свидание?

— Обещал рассмотреть ходатайство. Он уже сделал достаточно, чтобы дело попало к незаинтересованному следователю, а Иван оказался в недоступном для Потапова изоляторе.

Вика сделала глоток кофе.

— Вы позвали меня только ради Ивана?

— Нет.

— Я так и думала.

Вахо вернулся за стол, открыл нижний ящик и достал сверток, обернутый серой бумагой и перевязанный бечевкой. Рядом положил черную папку.

— Во время нашей первой встречи вы спросили, какие еще материалы у меня есть на Потапова.

— Вы сказали: взрывной силы.

— Помню. — подтвердил Вахо.

— Почему отдаете их сейчас?

— Потому что Иван больше не там, где Потапов может добраться до него одним звонком. И потому что ваша первая статья сработала.

— После нее Ивана избили, а меня вызвали к следователю, где дали прозрачный намек что бы я не продолжала копать под Потапова.

— Значит, ваша статья сработала сильнее, чем мы рассчитывали.

— Очень цинично.

— Я не рад тому, что произошло. Но теперь мы знаем, чего он действительно боится.

— Публичности?

— Внимания к себе и к своему прошлому.

Вахо развязал бечевку. Под серой бумагой оказалась потертая папка с выцветшими штампами. На обложке было напечатано:

«Материалы служебной проверки по факту изготовления и распространения фальсифицированной джинсовой продукции».

Ниже от руки:

«Энская область».

Вика открыла папку. Первым лежал протокол изъятия крупной партии джинсов на московском складе. Дальше шли фотографии товара, заключения экспертов, номера автомобилей, фамилии водителей и схема перевозки.

На следующем листе стоял гриф:

«Московская комиссия МВД СССР».

«Руководитель — полковник милиции С. И. Мезенцев».

Вика достала блокнот и переписала фамилию.

— Что это за история?

— В 1984 году Москве перехватили большую партию поддельных джинсов. Очень хороших поддельных джинсов. Обычный покупатель не отличил бы их от настоящих.

— Вы говорите об этом прямо с гордостью.

— Качество и в правду было приличным. — довольно кивнул Вахо.

Вика подняла глаза.

— Цех был ваш?

— Да.

Несколько секунд она молча смотрела на него.

— Вот так просто?

— А что вы хотите услышать?

— Вы признаетесь, что руководили подпольным производством.

— Тогда это называлось подпольным производством. Сейчас называется частным предприятием.

— Вы подделывали иностранные марки.

— Покупателям нужны были не только хорошие джинсы, но и красивая надпись на кармане. Мы давали им и то и другое.

— Очень благородно.

— Я не говорю о благородстве. Это был бизнес.

— Насколько крупный?

— Несколько десятков работников. Хорошее оборудование. Поставки в Москву, Ленинград, на юг и в республики.

— И БХСС ничего не замечал?

— Замечал.

— Потапов?

— В первую очередь.

— Он вас прикрывал?

— Да.

— За деньги?

— За деньги, услуги и долю.

— Это можно доказать?

— Расписок он не оставил. Но есть люди, знавшие о наших отношениях.

Вика перелистнула несколько документов. Копии оперативных сообщений поступали в Энский БХСС задолго до московского задержания. В одном говорилось о крупных закупках джинсовой ткани и фурнитуры, в другом — о ночной работе в помещении швейной фабрики, в третьем — о машинах, вывозивших готовый товар.

На документах стояли резолюции:

«Сведения не подтвердились».

«Проверку прекратить».

«Материал списать».

Под несколькими была подпись Потапова.

— Его?

— Да.

— Он лично прекращал проверки?

— Самые опасные.

Вика положила рядом протокол московского изъятия и одно из старых сообщений.

— Товар шел в Москву не меньше года.

— Дольше.

— Местный БХСС получал информацию.

— Получал.

— Потапов прекращал проверки. А когда в Москве взяли партию, сам раскрыл цех.

— Именно.

Следующим лежал его рапорт. Судя по тексту, Энский БХСС несколько месяцев разрабатывал преступную группу, выявлял каналы сбыта и готовил операцию.

— Красиво написано.

— Потапов всегда