Отморозок 12 - Андрей Владимирович Поповский

— Что с протоколом?

— Время не совпадает. Карабанова привезли раньше, чем оформили задержание.

— Это можно объяснить.

— Можно. С пакетом хуже. В бумагах не отражено, у кого он находился между изъятием и опечатыванием. На внешней упаковке отпечатков Карабанова нет.

— Рябинин?

— Нервничает. Говорит, что понятые подтвердят все как надо.

— Подтвердят?

— Думаю да.

Потапов посмотрел на него.

— Думаешь?

— Женщина опытная. Не первый раз участвует. Второй молодой, без постоянной работы. Его использовали несколько раз. Если начнут проверять всерьез, поймут, что оба не случайные прохожие.

— Рябинин с ними связывался?

— После передачи дела нет.

— И чтобы не вздумал. Их могут вести.

— Я уже передал.

Потапов налил себе воды. Сделал глоток и поставил стакан обратно.

— Теперь про изолятор.

Игнатов сел в другое кресло.

— В оперчасти у меня остался старый контакт. Не прямой. Человек, с которым я раньше работал, вышел на нужного сотрудника.

— Что ему сказали?

— Что Карабанова нужно сделать сговорчивее. Без тяжелых повреждений и без шума.

— Получилось наоборот. — желчно сказал Потапов.

— Получилось. — кивнул Игнатов

— Почему?

Игнатов чуть развел руками.

— Его посадили к четырем людям, которые не первый раз этим занимаются. Должны были поговорить, прижать, несколько ночей не дать спать. Потом объяснить, что все закончится, если он подпишет показания.

— А он?

— Первым начал драку.

— Один против четверых?

— Да.

Потапов нахмурился.

— И четверо не справились?

— Справились. Только не так, как планировали. Двоих после драки тоже пришлось вести в санчасть. У одного сломан нос и выбито несколько зубов. Второму повредил колено.

Несколько секунд Потапов молчал.

— Они должны были его сломать, а не устроить побоище.

— Такие вещи трудно дозировать. Особенно когда человек не сдается и не просит остановиться.

— Ты знал, что Карабанов способен на такое?

— Знал, что служил в десанте и занимался самбо. Не думал, что сам полезет на четверых.

— Значит, плохо думал.

— Значит, плохо.

Игнатов произнес это спокойно, не пытаясь оправдываться. Потапов посмотрел на него внимательнее.

— Твоя ошибка?

— Моя. Я договаривался. Я и отвечаю.

— От нас туда что-нибудь ведет?

— От вас ничего. От меня — один человек. Он напрямую с оперчастью не разговаривал. Между ним и сотрудником изолятора еще один посредник.

— Они знают, на кого работали?

— Сотрудник СИЗО знает только, что просьба пришла от бывших коллег. Заключенные не знают ничего. Мой человек знает самый минимум.

— Надежный?

Игнатов задумался.

— Пока ему выгоднее молчать.

Потапов едва заметно усмехнулся.

— Честный ответ.

— Других гарантий в таких делах не бывает.

— Если начнут вызывать?

— Узнаю заранее. Пока проверка идет по факту избиения. До оперчасти еще не дошли.

— А когда дойдут?

— Будем решать. Сейчас дергаться нельзя. Если кто-то внезапно исчезнет или уволится, прокуратура поймет, куда смотреть.

Потапов кивнул. Игнатов говорил правильно. Убирать слабое звено до того, как им заинтересовались, означало самому указать на него.

— В Лефортово у тебя люди есть?

— Нет.

— Найдешь?

— Попробовать можно.

— Тогда найди.

Игнатов не ответил сразу.

— Зачем?

— Хотя бы знать, что там происходит.

— Наблюдать снаружи можно. Лезть внутрь сейчас не лучший вариант.

— Я не спрашивал твоего совета.

— А я не отказываюсь выполнять. Но в «Матросской Тишине» у меня были старые связи. В Лефортово придется выходить на чужих людей. Карабанов уже под контролем прокуратуры. Любая попытка договориться с администрацией может вернуться к нам.

Потапов медленно поднял глаза.

— Боишься?

— Считаю риски.

В комнате стало тихо. С улицы донесся шум прошедшего по дороге автобуса.

— Хорошо, — наконец сказал Потапов. — Внутрь не лезть. Пока. Но мне нужно знать, кого к нему допускают, когда вызывают на допросы и кто занимается делом.

— Это сделаю.

— Адвокаты?

— Двое. Лещинский и Рыбин. Оба опытные. Не звезды, но в материалах копаться умеют.

— Купить?

— Вряд ли.

— Напугать?

— Сейчас нельзя. После перевода Карабанова любое давление на защиту будет выглядеть слишком очевидно. Кроме того, там за версту видны уши Каладзе. Сталкиваться с ним сейчас нежелательно. Да и смысла нет. Не так то Иван и важен.

— Значит, просто наблюдать.

— Уже.

Потапов встал и прошел к окну. Отодвинул край шторы. Во дворе женщина тянула за руку упирающегося ребенка. Возле подъезда курили двое молодых парней.

— Вика?

— Вахо поставил рядом с ней охранника. Исполняет роль личного водителя. Бывший военный.

— Она встречалась с Вахо?

— Сегодня. В ресторане.

— Сколько времени?

— Почти два часа.

— Что вынесла?

— Папку.

Потапов медленно отпустил штору.

— Какую папку?

— Черную. Формат больше обычного.

— В редакцию поехала?

— Да.

— Кто-нибудь видел, что внутри?

— Нет.

— Почему?

— В ресторан наши люди не заходили. После обыска Вахо усилил охрану. Если бы попытались подойти ближе, засветились бы.

Потапов вернулся в кресло.

— Значит, он дал ей новый материал.

— Похоже.

— Мне нужно знать какой.

— Попробуем через редакцию.

— Не попробуем. Узнаем.

Игнатов кивнул.

— Есть один человек в технической службе. Деньги берет, но к журналистам доступа почти не имеет. Можно попробовать через машинисток или секретариат.

— Телефоны?

— Домашний можно поставить на контроль через старые связи. С редакционным сложнее, но возможно.

— Сделай.

— Только слушать придется долго. Они говорят обо всем подряд.

— Мне нужно знать, что там, еще до того, как статья появится в журнале.

— Понял.

Игнатов помолчал.

— Значит, только наблюдение.

— Пока да. Если куда-то поедет, мне докладывать сразу.

— Понял.

— Теперь завод, — сказал Потапов.

— Завтра прокуратура запросит документы у Зимина. Возможно, вызовет его для объяснений. Основание задержка зарплаты. Нарушение сроков выплат. Людям должны за несколько месяцев. Несколько рабочих уже обращались в районную прокуратуру сами. Их заявления лежали без движения. Таких жалоб сейчас сотни. Прокуратура завалена.

— Отлично. Сделай так, чтобы эти заметили.

— Уже договорился. Жалобу оформят коллективно. Приложат подписи, копии расчетных листов и список задолженности. Одновременно копии уйдут в областную прокуратуру и местную газету.

— Кто организует работников? — поинтересовался Потапов

— Один мастер из прокатного цеха и женщина из бухгалтерии.

— Успеете до собрания?