Трансцендентные - Стивен Бакстер

Мне было не очень интересно, и мое внимание отвлеклось.

Он задумчиво посмотрел на меня. — Вот. Он протянул мне визитку. Она была черной с серебряным тиснением: КОМАНДА ПО ПЛАВАНИЮ НА РЕКЕ ЛЕТА. — Мои контактные данные, — сказал он. — Если вам интересно. Это загрузится в ваш имплант.

— Я не понимаю названия.

— Команда по плаванию — это группа мыслителей-единомышленников, — сказал он.

— Все реалисты?

— Абсолютно. Послушайте, я раздаю десятки таких открыток. Сотни. Так мы работаем. Никаких обязательств, просто как умы на другом конце линии связи. Если вам когда-нибудь захочется обсудить это, позвоните мне. Почему бы и нет? — Он задумчиво посмотрел на меня. — Конечно, некоторые заходят в логике немного дальше.

Заинтригованный вопреки себе, я спросил: — Они делают? Кто?

— Однажды в команде по плаванию я познакомился с одним парнем. Может, мне не стоит называть вам его имя. — Он снова подмигнул. — Он называл себя Последним охотником. Вы когда-нибудь слышали о них?..

Предпосылка оказалась простой. Последний охотник намеревался уничтожить последнего представителя вида: последнего орла, последнего льва, последнего слона из всех.

— Подумайте об этом, — выдохнул Джек. Его голос был почти соблазнительным. — Быть человеком, уничтожившим последнюю гориллу, вид, который отделился от людей миллионы лет назад. Закончить историю длиной в десять миллионов лет, написав свое имя в конце кровью. Разве это не фантастическая мысль?

— Вы серьезно? Я никогда не слышал ничего более аморального…

Он погрозил мне пальцами. — Давайте теперь не будем снова заводить разговор о морали, Майк. Незаконно, я согласен с вами. Особенно, если для этого вам придется пробраться в зоопарк. Впрочем, вы понимаете, к чему я клоню. Даже в мире, находящемся в упадке, есть способы заработать деньги — много денег, если вы достаточно умны. И, что более важно, найти смысл — определить себя.

У меня было ощущение, что он мне что-то предлагает. Но что? Палец или ухо, отрезанное от туши последней серебристоспинной гориллы? Он показался мне ошеломляющим, отвратительно-завораживающим.

К моему облегчению, приблизился парящий в воздухе бот с едой и напитками, и у меня появился повод отключиться. Джек Джой набрал полные пригоршни бутербродов и начал кормиться. Чтобы познакомить Алию со следующей импликацией, непосредственным общением, Рит привел ее в новый мир.

Когда корабль Рита вышел на орбиту, Алия неохотно посмотрела вниз. Это был ржаво-коричневый шар, окруженный экстравагантной стайкой спутников и вращающийся вокруг тучной желтой звезды, спрятанной глубоко в густых зарослях рукава Стрельца. Даже для планеты он представлял собой малопривлекательное зрелище. Воздух был плотным и непроницаемым и отягощен толстыми серыми облаками; это было все равно, что смотреть в мутный пруд. Земля была ржавого цвета и почти безликая, единственные "горы" представляли собой обветшалые огрызки, долины — извилистые русла вялых рек. Там были океаны, но настолько мелкие, что сквозь них просвечивал преобладающий в мире красноватый цвет. И были еще более необычные пейзажи, такие как огромные круги из какого-то стекловидного, сверкающего материала.

Однако там была жизнь. Это проявлялось в серо-зеленых пятнах, разбросанных по поверхности багровых пустынь — управляемая жизнь, как можно было видеть по ее резким краям и аккуратным ярко-синим кругам и эллипсам водоемов. Алия разглядела сероватое бурление городских застроек вокруг этих сельскохозяйственных объектов.

У планеты был каталожный номер, присвоенный ей при повторном открытии Содружеством. И у него было название: Кейс, грубоватое название, которое, как говорили, восходит к дням, предшествовавшим победе Ликующих, когда это место, расположенное недалеко от внешнего края спирального рукава, было важной зоной военных действий. Алия смутно задавалась вопросом, был ли "Кейс" героем той забытой войны. Но, по словам Рита, местные жители не пользовались ни официальным названием, ни каталожным номером; они просто называли свой мир "Ржавым Шаром", что было вполне разумно.

Пока они летели по орбите, Рит терпеливо учил ее читать эту планету.

Плотный воздух и сглаженные невысокие горы были симптомами высокой гравитации, сказал он: хотя этот мир был лишь немного больше Земли, сила тяжести на его поверхности была намного выше стандартной, и поэтому он должен быть плотнее. И этот ржавый цвет был цветом оксидов железа — буквально ржавчины.

Если мир выглядел старым, так оно и было. Галактика, мать звезд, стала наиболее плодородной еще до того, как образовалось солнце Земли. Итак, люди, покинувшие Землю, оказались в небе, полном старых миров, подобно детям, крадущимся на цыпочках по пыльным комнатам полуразрушенного особняка.

Что касается этих стеклянных равнин, сказал Рит, то они были не странными геологическими особенностями, а пережитками войны, кровавой волны, которая захлестывала этот мир снова и снова. Через день из крутого гравитационного колодца планеты медленно выбрался корабль. Шаттл, толстый, плоский, круглый, имел ржавый цвет планеты, с которой он прибыл, и напомнил Алии огромное насекомое, трудолюбивого жука. Еще до того, как он прибыл, Алия почувствовала растущее разочарование.

Два корабля установили интерфейс, и между ними открылся туннель. В более просторные помещения корабля Рита проплыли трое мужчин. — Добро пожаловать на Ржавый Шар, — сказал один из посетителей. Он и его спутники представились как Кампок Бейл, Кампок Ден и Кампок Сиир. — Рит попросил нас принять вас.

Рит кивнул.

Кампоки были приземистыми, все на голову ниже Алии, с толстыми, мощными на вид конечностями. Хотя их скафандры были ярко-синими, их кожа, казалось, имела что-то от мрачного малиново-коричневого цвета самого Ржавого Шара, а их головы были такими же безволосыми и круглыми, как планета, на которой они родились. Когда они улыбнулись, Алия увидела, что у них не отдельные зубы, а пластины эмали, которые тянулись вдоль изгибов их челюстей.

Алия сказала: — Полагаю, что "Кампок" — это семейная фамилия? И поэтому вы трое…

— Два брата и двоюродный брат, — сказал Бейл. Но не пояснил, кто есть кто. — И я знаю, о чем вы думаете. Вам будет трудно отличить нас друг от друга.

— Большинство посетителей так и не отличают, — сказал Ден.

— Но у нас не так уж много посетителей, — сказал Сиир.

— И не волнуйтесь, — сказал Бейл, — большую часть разговоров буду вести я.

— Это облегчение.

В захламленной каюте они представляли собой странную коллекцию разрозненных человеческих типов: длинное элегантное тело Рита, коренастые безволосые Кампоки и Алия с ее длинными руками