Не мужик - огонь! - Светлана Нарватова

class="p1">Однако был в профессиональной составляющей моей жизни один неприятный фактор: Алисия Фостер, наша директриса, с которой у нас за время совместной работы сложился некий вооруженный нейтралитет. Довольно нейтральный, но очень вооруженный.

Отношение директрисы ко мне определялось — со слов бабули — их давним конфликтом. Впрочем, драгоценная моя родственница зла на Алисию не держала: гадость сделала и забыла. Тем более, что гадостью та была исключительно с позиции Фостер. А с точки зрения бабули — восстановлением справедливости. В детали меня посвящать отказывались, но, зная ба, справедливость могла толковаться очень широко.

Я, понятно, взаимно к миссис Фостер теплых чувств не питала, поскольку кому приятно, когда тебя постоянно норовят уесть и к чему-нибудь докопаться? Помню, поверить не могла, когда она назначила меня на должность главного хранителя. Я ожидала, что прежний хранитель, Алистер Коулмен, которого я считала своим наставником, предложит мою кандидатуру, — он меня к ней готовил. Но что Фостер меня одобрит?.. Однако так или иначе должность я получила, и гоняла меня теперь миссис директриса в хвост и в гриву, поэтому лишний раз попадаться ей на глаза мне не светило.

Вообще, директриса наша походила на королеву-мать. Не в том смысле, что была сотрудникам музея как мать родная, а в том, что реальную власть имела только на территории владений, предоставленных правительством, но рвалась, неудержимо рвалась в политику, плела интриги и рассматривала подчиненных исключительно как своих пажей. Она давно создавала себе имидж руководительницы с трех больших букв “С”: стильная, строгая, су… сурового характера начальницы, в общем.

Справедливости ради, королевский образ Алисия поддерживала идеально и всегда выглядела безукоризненно и уместно. Она была ровесницей бабуле, но так как обе не афишировали свой настоящий возраст, я могла это лишь предполагать. Если бы кто-нибудь поставил их рядом (я бы не рискнула здоровьем, но мало ли безрассудных людей на свете?), они стали бы идеальной иллюстрацией Черной и Белой королев из «Алисы в стране чудес». Разумеется, Алисия выступала бы в роли старшей — Черной — сестры (хотя бабуля явно выглядела старше: раскопки под палящим солнцем северо-восточной Африки не прошли бесследно).

Директриса и волосы красила под жгучую брюнетку, и если других этот цвет старил, то миссис Фостер он лишь придавал значительности. Не знаю, сколько она тратила в месяц на свой внешний вид, но, кажется, что-то соотносимое с тем, сколько я выплачивала по ипотеке. Тяжелый пучок волос оттягивал голову Алисии назад и, возможно, оттого она смотрела на всех немного свысока. Нос благородных патрициев — с легкой горбинкой — придавал ей хищный вид, что подчеркивался тонкими губами, вечно искривлёнными саркастической усмешкой. Тщательно ухоженную шею не первой свежести украшала нитка натурального молочного жемчуга. Идеальная осанка, будто кий проглотила. Наточенные ногти в кровавых тонах. Дорогие туфли. На Солнце могут быть пятна, на Алисии Фостер — ни в коем случае!

Поэтому я слегка удивилась, обнаружив королевский зад, обтянутый консервативной, но элегантной юбкой, торчащим из окна автомобиля на внутренней парковке музея.

Выпрямившись, Алисия нервным жестом убрала пластиковый конверт для документов в сумку, развернулась уйти в здание музея и заметно вздрогнула, напоровшись взглядом на меня.

— М-миз Сандерс?! Что вы тут делаете?.. — Она запнулась, и тут же продолжила: — Что вы тут делаете в таком виде?!

Автомобиль, мягко пожужжав стеклоподъемником, тронулся с места, блеснув в искусственном свете тонировкой. Алиссия проводила движение машины быстрым взглядом, развернула меня и потащила за рукав ко входу в здание, кажется, окончательно взбеленившись:

— Что вы себе позволяете, миз Сандерс? Это музей! Храм человеческой истории, а не дом терпимости!

Я на всякий случай внимательно на себя взглянула: классическое пальто, под которым застегнутый пиджак и застегнутая же (я надеюсь!) юбка.

Да, длина не до середины колена и не брюки, в которых меня здесь привыкли видеть, но, сказать по совести, ничего серьезнее неодобрительного молчания и губ, поджатых куриной гузкой, мой наряд не заслуживал. А начальница плевалась ядом и изрыгала кипяток так, будто я явилась в одних ботфортах и стрингах, стратегически заклеив соски черной изолентой крест-накрест:

— В каком виде вы пришли на работу?!

Я сочла момент подходящим, чтобы напомнить:

— Я не на работе.

Директриса поперхнулась:

— Что?..

— У меня отгул. Я не на работе, — невинно пояснила я. — Если вы помните, миссис Фостер, сегодня утром я брала выходной…

— Милочка, я не страдаю склерозом, — рассвирепела Алисия. — И прекрасно помню, что свой прогул вы обосновали необходимостью дачи показаний в полиции!

Она волоком протащила меня мимо охраны, я только и успела взмахнуть служебным пропуском. Сама миссис Фостер и того сделать не удосужилась — благо, охрана нас обеих прекрасно знала в лицо.

Я не стала прерывать патетическую речь ремарками, что у меня не прогул, а отгул, и что показания нужны были пожарной службе, а не полиции: оно мне надо?

Мы уже успели миновать парковку и служебный вход, а она все разорялась, того и гляди из шкуры выскочит:

— Это немыслимо! О чем вы только думаете!

Тут я что-то подустала быть девочкой для битья на ровном месте, и на ее вопрос ответила с энтузиазмом и воодушевлением:

— О демографии!

Алисия фыркнула:

— Что за глупости?!

Но тут уж я не готова была уступать:

— Миссис Фостер, вы вообще — патриотка? Демография — это не глупости! Как вы можете так говорить! Ваша дочь — политик, она в мэры баллотироваться собирается, и вам получше чем многим надо бы знать ситуацию с деторождением в государстве! И я не могу остаться в стороне, когда моя страна стоит на краю демографической пропасти, я твердо решила, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы поднять демографию нашей Родины с коле…

— Что за цирк! — Рассвирепевшая “королева-мать” шипела, как воздух, вырывающийся из пробитого колеса. — Немедленно прекратите ломать комедию, милочка, и объясните свой непотребный внешний вид!

— Замуж хочу.

Это будничное заявление сбило Алисию с настроя и с шага. Она взглянула на меня по-новому.

А я продолжила:

— Вчера на пожар к соседям приезжал такой красавчик-капитан — хоть немедленно ложись и от него рожай. Сплошные брутальность и тестостерон. Опять же, у пожарных регулярный медосмотр, достойный доход и отличная медицинская страховка. Так что я решила не тянуть Бастет за хвост, и сегодня давать показания приехала, открыто демонстрируя свои намерения.

— И нижнее белье!

— Нет, я не наклонялась.

О, лицо куриной задницей! Наконец-то