Партизан 1941. Том 1 - Петр Алмазный

Но вот третьего сентября меня вдруг вызвал Денисов.

— Разрешите? — шагнул я в штабную землянку.

— Входи, входи. Садись.

В землянке находились Денисов и Самсонов. Оба они показались мне какими-то особенными. Собранными и напряженными.

Тем не менее заговорил Николай Семенович приветливо:

— Ну, Егор, как дела? Минно-взрывное дело осваиваешь?

— В теории да. А практика… — я пожал плечами.

— Практика придет, — сказал Самсонов.

Тут они переглянулись. Присказка кончилась. Начался разговор по сути.

— Вот что, Крылов, — тон командира изменился. — Мы подумали. Посоветовались. И решили, что ты подойдешь лучше всего. Особо ответственное задание.

Глава 15

— Слушаю, — я внутренне подобрался, сознавая, что судьба моя сейчас делает очередной пируэт.

Денисов подумал — и передал инициативу Самсонову:

— Павел Сергеич, ты человек военный, лучше изложишь. Объясни Крылову все по порядку.

И старлей постарался изложить тему в военном порядке.

Наша радиогруппа — Бабин плюс еще двое бойцов, выполнявших функции грубой рабочей силы: таскавших оборудование и крутивших «солдат-мотор», то есть ручной электрогенератор — бродили по окрестностям и пытались выйти на связь с «Большой землей». Естественно, так, чтобы их не успели запеленговать. Если бы немцы засекли две-три точки выхода в эфир, они бы, без сомнений, определили примерные координаты отряда «За Родину!» Поэтому, помаячив в эфире какое-то время, наши радисты сворачивались и меняли дислокацию.

До поры-до времени эти попытки результата не приносили. Все-же передатчик слабенький. До линии фронта он, может, и дотягивал, и даже перетягивал, но в прифронтовой полосе у РККА с радиофикацией дела обстояли не очень. Выйти на контакт не удавалось.

Но вдруг…

Тут Самсонов чуть призадумался, соображая, как лучше сказать.

— Не стану говорить подробности, это не важно. А по существу…

По существу — Бабин вдруг уловил отклик на свой посыл в эфир. Сперва подумал: не почудилось ли. Но нет, какой-то передатчик упорно отвечал.

— Опять же, не буду о деталях, — сказал старший лейтенант. — Это оказались наши подпольщики в Пскове. Вышли на связь. И теперь нужно эту связь укреплять.

Я понял, какое задание мне предстоит. Оставалось только ждать, что дальше скажет начальство.

А сказало оно примерно то, чего я и ожидал.

Оба радиста, наш и псковский, конечно, спешили. Не задерживались подолгу в эфире. Тем не менее успели договориться о контакте.

— Теперь тебе слово, Николай Семенович, — сказал Самсонов.

— Пошлем связных, — сообщил Денисов, — и они, и мы. Ты вообще город хорошо знаешь? Псков-то.

— Не очень. Но разберусь, тут вопросов нет.

— Хорошо, — с облегчением молвил командир.

Во время радиосеансов успели договориться так: связной подпольщиков будет ждать партизана на городском рынке возле будки сапожника…

— Сапожник — тоже наш человек? — перебил я.

— Не знаю, — Денисов нахмурился. — Об этом речи не было. Но и не в сапожнике дело. Он только ориентир.

Я кивнул: ясно. И мысль моя заработала вовсю.

Будка сапожника, значит. Ладно. Найду. Не промахнусь.

Николай Семенович продолжил: наш связной примерно в шестнадцать ноль-ноль должен быть у сапожной будки, перекусывая хлебной горбушкой. Совершенно естественная картина: ходи-ходил человек по рынку, утомился, решил перехватить на зуб…

— Нормально, — усмехнулся я. — Вопрос только в том, где горбушку взять?

— Лукерья испечет, — сказал Денисов. — Постарается ради такого дела.

Итак, партизанский связной стоит, жует горбушку. Сигнализирует посланнику подпольщиков. Тот видит сигнал, подходит и говорит пароль: «вы из деревни Тимошкино? Знакомое лицо». Отзыв: «нет, вы меня с кем-то спутали. Но я живу рядом, в деревне Шарово». А дальше по ситуации.

— Запомнишь? — спросил командир.

— Легко. Значит, решили поручить это мне?

— Да, — особенно подчеркнул Денисов. — Посоветовались и решили, что твоя кандидатура лучше всего подойдет для решения задачи.

— Спасибо за доверие, — серьезно сказал я. — Постараюсь оправдать. Но все-таки интересно: почему я?

Начальники переглянулись. Ответил Николай Семенович:

— Долго думали. Перебирали так и эдак. Остановились на тебе. Почему? Да по тому случаю с Синяковым. Ловко ты его расколол! Умеешь думать… Как это лучше сказать, Павел Сергеич?

— Да почти так, как ты и сказал, — старший лейтенант пожал плечами. — Уметь думать в сложной обстановке. Уметь принимать решения быстро и верно.

Спасибо за высокую оценку, товарищи руководители — подумал я. Правда, вы не знаете, что одна голова хорошо, а две лучше. Даже, если одна у человека, другая — у собаки. Это наш с Рексом дуэт способен принимать решения хорошо и быстро, поскольку мы дополняем друг друга.

Только на этот рез придется мне идти в Псков, конечно, одному.

Общая легенда понятна: я деревенский парень, прибывший на базар областного города что-то купить, что-то продать. При мне мешок-«сидор» с кое-каким деревенским барахлом. Денег и документов, естественно, нет.

— Немцы сейчас проводят учет населения, — хмуро сказал Денисов. — Свои документы выдают, ставят на учет. Мы пока ихние документы раздобыть не можем.

— Работаем над этим, — встрял Самсонов.

— Работаем, — подтвердил Николай Семенович. — Но пока нету.

Иными словами, мне придется идти в Псков на свой страх и риск. И эти риск со страхом весьма высокого уровня. Но я готов.

Ведь оказался я здесь не просто так. А с некоей сверхзадачей. Пока не знаю ее. Но иду к ней. И сейчас передо мной часть похода к цели. Трудная задача. И надо решить. Без вопросов.

И мне предстояла еще одна непростая задача: объяснить Рексу, что взять его с собой я не смогу. Конечно, он немедля взвыл, узнав об этом:

«Как так, хозяин? Как же ты без меня⁈»

«С трудом, — отшутился я. — Но ты пойми: вдвоем нас сразу же заметят. То есть, попросту мы будем бросаться в глаза любому. А уж немцам в первую очередь. Человек с собакой — сейчас такая редкость, все равно, что человек с медведем. Ну, почти».

Рекс все это сознавал. Но отпускать меня одного в опасное странствие ему не хотелось.

«Хозяин, — скулил он, — ну я хоть провожу тебя до лесной опушки…»

Договорились.

Еще сутки мы с Денисовым и Самсоновым поработали над легендой. Нашли они мне чудовищного вида и цвета старый сюртук, что ли — не знаю, как правильно назвать сие одеяние.

— На нищего похож… — ворчал старлей,