Мастер драгоценных артефактов 6 - Александр Майерс

подряд и пропускать через себя столько энергии — откровенно говоря, вредно для здоровья. Могут быть последствия. Онемение, судороги, а если совсем не повезёт — выгорание каналов.

Но выбора не было. Зато к полуночи защиту получили десятки людей.

Расклад получался такой: те, у кого амулеты есть, встанут на передовой — им теперь не страшна магия смерти, которой владеет тот старикан. А кому амулетов не хватило — пересидят в казармах, подальше от беды.

Откуда именно прилетит удар, я не знал. Но нутром чуял: враги не станут тянуть. Атакуют этой же ночью. Вряд ли они станут терять время.

Я отложил последний амулет, посмотрел на дрожащие руки, хмыкнул и кое-как переместился на кровать.

Отрубился ещё до того, как лёг.

Ладно. Что будет — то будет. А я хоть немного посплю…

* * *

На середину стола лёг доклад Тихой жатвы — тонкий свиток с магической печатью. Никто из советников не спешил к нему прикоснуться.

Наконец, герцог Гранн развернул свиток, молча прочитал содержимое и задумчиво хмыкнул.

— Вы только посмотрите, что там творится, — проговорил он, бросая свиток на стол.

Донесение пошло по рукам. Советники читали, хмурились, передавали дальше. Когда бумага добралась до Дорна, тот побагровел и промокнул лоб рукавом.

— Это невозможно, — пробормотал он. — Он погасил заклинание Дегмунда Старого? Подчинил себе ведьму…

— Кто он вообще может быть? — нахмурилась советница Вейра. — Нужно срочно поднять архивы, изучить дела всех беглых. Это кто-то, кого мы упустили.

— Поднимем, — отозвался советник Кассель. — Но, боюсь, там мы ничего не найдём. Такого человека в наших списках нет.

— Тогда он архимаг! Кто ещё мог сделать то, что сделал он? — заявил Дорн, будто это всё объясняло.

— Да не может он быть архимагом! — взорвался тощий советник Литц, до сих пор молчавший. Он вскочил, тыча пальцем в свиток. — Вы вообще понимаете, как это работает⁈ Вы знаете природу архимагов! Такая сила делает человека агрессивным, она рвётся наружу и пожирает разум! Архимаг вступил бы в бой немедленно и обратил в пепел всё вокруг. А этот, спокойно поговорил с Жатвой, помахал ручкой и ушёл!

В зале повисла тишина.

— Значит, — медленно произнесла Вейра, и голос её стал ещё суше, — он сумел обуздать свою силу.

— Именно, — кивнул Литц, падая обратно в кресло. — А это куда хуже. Если он подчинил такую энергию и остался в здравом уме… то перед нами человек, который полностью себя контролирует. И нам при этом не подчиняется.

Дорн шумно сглотнул и промокнул виски платком.

— Бесконтрольный архимаг, — прошептал он.

Герцог Гранн усмехнулся и прошёлся вдоль стола, заложив руки в перчатках за спину.

— Я предупреждал, — сказал он. — Я годами твердил: нужен контроль над портальными точками. Над каждым департаментом отправки. Чтобы ни одна крыса не проскочила незамеченной. Меня не слушали.

— Беглецов в этом году немного, — возразил Кассель. — Всего двадцать три человека, все учтены.

— Учтены те, кого мы засекли, — отрезал герцог. — А сколько ушло мимо? Не каждый год удаётся отследить всех. Есть обходные пути, есть незарегистрированные порталы — слухи о них ходят давно. Этот человек мог просочиться на Брошенные земли годы или даже десятилетия назад. И всё это время сидеть там и копить силу.

— Тогда почему он вышел на свет только сейчас? — спросила Вейра.

— Потому что мы сами к нему полезли, — мрачно ответил Гранн.

Он остановился и обвёл взглядом собравшихся. Все молчали.

Советник Кассель негромко откашлялся и встал, склонив голову.

— Тихой жатве нужен наш вердикт. Мы должны решить, что делать с этим графом Шахтинским, настоящее это имя или нет.

Гранн вернулся к своему креслу, но садиться не стал и оперся ладонями о столешницу.

— Голосуем, — сказал он. — Я за то, чтобы уничтожить его. А вы что скажете?

Советник Дорн промокнул лоб и вздохнул.

— Он опасен и неподконтролен. Уничтожить, — он приподнял пухлую руку.

— Вейра?

— Уничтожить, — она не колебалась ни мгновения.

— Литц?

— Жаль, конечно. Такой ум пропадёт… — тощий советник вздохнул и поднял руку. — Но живой он слишком опасен. Уничтожить.

Все остальные проголосовали так же. Никто не сказал ни слова против.

— Единогласно, — произнёс Гранн, когда все высказались. — Вердикт вынесен. Изгой на Брошенных землях подлежит ликвидации. Передайте приказ Тихой жатве, советник Кассель: уничтожить графа Шахтинского и всё, что он успел там построить…

* * *

Утро выдалось на удивление тихим.

Ночью так никто и не напал — ни некроманты, ни жуки, ни залётные комары. Я, признаться, был слегка разочарован. Когда готовишься к худшему, а худшее не приходит, чувствуешь себя как хозяин, который наготовил на двадцать гостей, а явился один, да и тот на диете.

Так что первым делом я спустился в подвал, проведать пленников. Должен же хоть кто-то оценить моё гостеприимство.

Оба по-прежнему сидели у стены в особой камере. Я подтащил табурет, уселся напротив, скрестил руки на груди.

— Ну что, — начал я. — Я смотрю, вам здесь так нравится, что совсем-совсем не хочется домой.

— Ты нас всё равно не отпустишь, — огрызнулся один из них. — Такие, как ты, никогда не отпускают.

Я приподнял бровь.

— Занятная логика. А кто, по-твоему, отпускает?

Пленники переглянулись и невесело рассмеялись.

— Никто, — сказал второй. — Мы уже облажались. Даже если ты нас отпустишь, нас там не простят. Ошибки быть не может, когда дело касается Брошенных земель. Впрочем, тебе это и так наверняка известно.

Ага. Вот и первая ниточка.

— О, мне столько всего известно, — протянул я. — Вот, к примеру, вы уже заметили, что ваша магия на моих людях не работает. Так что ты, лысый, можешь не тратить силы попусту. Что у тебя там, какой-то вид некромантии? Очень похоже.

Безволосый пленник открыл рот и тут же закрыл. Всё это время он незаметно пытался сотворить заклинание, я прекрасно видел это магическим зрением.

Вот только хрен у него получится, как ни старайся. Потому что эту особую комнату я в своё время построил специально для таких вот крутых пленников. Стены здесь были набиты камнями, как булка изюмом — и мелочью, и крупными кристаллами. Если такую темницу однажды разобрать по камешку, какая-нибудь семья сможет безбедно жить поколения три. А то и четыре, если не шиковать.

Я тогда рассудил просто: рано или поздно появится важный пленник. Или сильный маг. И вот для такого случая пусть будет камера, где даже сильнейший сможет только тихо злиться в уголке.

Не зря, выходит, потратился. А мои ребята молодцы, что догадались сунуть пленных именно сюда.

Прямой информации из этих двоих было не