ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

«Вот это да! Прям как будто в Мортал Комбат попал, только без консоли и кнопки „рестарт“: турнир, боевые искусства, смертельные поединки. И всё это было там и понарошку, на экране, а теперь я затянут в этот водоворот событий лично, как муха в патоку. Вот зачем мне всё это? Готов даже отдать свою старенькую ласточку и ходить пешком, лишь бы всё вернулось на круги своя, к скучному офисному столу и вечному цейтноту. Демоны? Он сказал „демоны“? Скорее всего, какие-нибудь дикие культисты или сектанты с разрисованными лицами, хотя ящеролюда я уже видел — гад такой, шипел противно. Возможно, увижу и демонов. Но лучше избежать таких знакомств, желательно на пару вселенных. Спрашивать не буду, и так моя легенда трещит по швам, как старый парус в шторм, да и веду я себя не как подросток, а как сорокалетний дядька в кризисе среднего возраста. Ли уже начинает на меня косо посматривать, нужно что-то менять. Думаю, не стоит отказываться от похода на пир, а то привлеку ещё больше ненужного внимания к себе, как гном на эльфийском банкете. И пожрать чего-то вкусного не помешало бы, не знаю, как я протяну на этом пресном рисе и тоскливой каше дальше. Надеюсь, встреча с Ши Вейжем прояснит ситуацию. Или он запытает меня до смерти, аккуратно и со знанием дела».

Закончив все приготовления, переодевшись в новые наряды, от которых пахло крахмалом и покорностью, молодые люди бегом, подгоняемые голодом и страхом опоздать, добрались до столовой. В просторном, пропахшем паром и специями помещении было полно людей в жёлтых кимоно, создававших ощущение гигантского, трепещущего лимонного поля. И только серые, потёртые одеяния работников, разносящих еду, как тени, разбавляли это гипнотическое изобилие кислотного цвета. Бросив взгляд на длинные деревянные столы, Крас подсознательно ожидал увидеть ломящуюся от яств посуду с разного вида экзотической снедью. Но реальность, как это часто бывает, оказалась куда прозаичнее. Помимо пустой посуды и незамысловатых приборов, на столах стояли большие, закопчённые тарелки-сковородки с кусками чего-то тёмного и поджаристого, больше всего напоминающего куриные крылья, если, конечно, в этом мире водятся куры, а не их двухголовые мутировавшие аналоги. Рядом находилась похожего вида тара, но меньшего размера, со стейками из красного мяса, источавшими скупой, но дразнящий аромат. Очень много разнообразных, аккуратно нарезанных овощей и грубых, чёрствых на вид лепёшек, явно выполнявших роль и хлеба, и ложки.

Мимо проходили молодые люди с сияющими, искренними улыбками на лицах. Для них это был настоящий, выстраданный постом праздник, как понял Крас, — такой роскошный стол обитатели аскетичного храма наблюдали очень нечасто, возможно, раз в год. Алкоголя или других необычных, опьяняющих напитков на столах не было и в помине. Только те же пресловутые глиняные чайнички и крошечные чашечки, стоящие возле каждого места.

Вдруг кожу Краса, прямо между лопаток, защемила острая, почти физическая колкость. Он ощутил, что за ним кто-то пристально, без стеснения наблюдает. Таких способностей — чувствовать взгляд спиной — он раньше за собой не замечал. Покрутив головой с наигранной небрежностью, он увидел стоящую в тёмном углу, у колонны, триаду. Трое парней в тех же жёлтых кимоно, но с более наглыми, самоуверенными позами, нахально пялились прямо на них с Ли, не отводя глаз. Их взгляды были тягучими, как смола, и не сулили ничего хорошего.

«А про сраных гавриков я и забыл совсем, похоже, что-то замышляют. Ну, ещё посмотрим, кто кого. Мне всё же не пятнадцать лет, я почти что старый волк в овечьей, точнее, в жёлтой шкуре. Думаю, с парочкой молокососов справлюсь, если, конечно, они не окажутся скрытыми гениями кунг-фу. Хотя, судя по их поросячьим глазам, мелкие больше на драку на подушках способны».

— Всем занять свои места! — раздался звучный, низкий, как гудок монастырского колокола, голос стоявшего во главе основного стола монаха. Его одежда была чуть более яркого, почти багрового оттенка, чем у остальных мастеров, и сидела на нём с неоспоримой авторитетностью.

— Сегодня очень важный день у послушников нашего храма: они становятся совершеннолетними и переводятся на ступень неофитов. С завтрашнего дня у вас, молодые люди, изменится распорядок дня. Вы начнёте изучать боевые искусства и более глубоко, до боли в висках, познавать энергию Ци. Я желаю, чтобы вы и дальше не подводили своих мастеров. Несите в мир только добро и справедливость, а не драки у туалета за место в очереди. Тренируйтесь так, чтобы монахи других храмов на вас равнялись, а не смеялись в кулак. Сегодня кто-то из вас в первый раз попробует на вкус мясо, прошу, не налегайте сильно, организм должен привыкнуть к тяжёлому виду пищи, а не выдать её обратно на всеобщее обозрение. Прошу всех садиться, можете приступать к трапезе.

Громкими словами жизненного напутствия мастер, имя которого Крас не знал, закончил свою недлинную, но весомую речь, и зал взорвался тихим, но усердным гомоном. Все принялись с почти религиозным рвением поглощать приготовленные яства. Сергей наблюдал, с каким блаженным, животным удовольствием бывшие послушники уплетают за обе щеки куски аппетитных стейков, словно откусывая куски от собственного счастья. Ребята постарше, носящие жёлтую форму и уже не первый год ходящие в неофитах, тоже ели с большим удовольствием, но уже без явного, детского блеска в глазах — в их манерах сквозила привычка, сдобренная благодарностью. Как пояснил на бегу Ли, щёки которого уже были набиты, теперь им будут регулярно выдавать богатую животным белком пищу. Скорее всего, она будет приготовлена другим, более полезным, но и менее вкусным способом, но и диковинкой больше не будет, превратившись в обыденную приправу к тяжёлым тренировкам.

Взяв по куску каждого вида, с осторожностью дегустатора на минном поле, Крас сначала попробовал тот, который был похож на курятину. «Хм, а ничего так, как куриные крылышки, приготовленные на мангале, яркий вкус приятных, дымчатых специй, и с солью не переборщили, не пережарили, да и само мясо очень приятное, даже слишком для этого сурового места».

Закончив с «курицей», он принялся за кусок, похожий на стейк. «Так, а это у нас что такое? Похоже на бифштекс из хорошей жизни». Откусив кусок и прожевав, он с удивлением понял, что это либо очень нежная баранина, либо молодая говядина, но никак не свинина — её жирковатого привкуса не было. Крас мысленно позавидовал умению местного повара: мясо было с лёгкой, идеальной