Ослепительный зверь - Наталья Владимировна Резанова

Когда Костров смог приподнять голову, то увидел Золтана, без движения лежавшего возле озерца. Поначалу Кострову показалось, что Сидоренков полностью лишился чувств, и попытался припомнить, что он знает о первой медицинской помощи. Но тут он услышал слабый надтреснутый голос:

– Флягу… в рюкзаке… пить…

И вправду, в рюкзаке Сидоренкова нашлась оплетенная фляжка, наподобие охотничьей.

Когда Костров отвинтил крышку, то почуял запах, определенно растительный, но не слишком приятный. Но Сидоренкову виднее, чем поправлять силы, лекарства в аптеках тоже не всегда ласкают вкус и обоняние.

Он стащил с Золтана маску и поднес фляжку к его губам. Сидоренков был смертельно бледен, но по мере того, как он глотал, эта меловая белизна отступала. Наконец, он оторвался от живительной фляги и глубоко вздохнул.

– Лучше? – спросил Костров.

– Ага. По уму надо бы выспаться… но место здесь неподходящее.

– Идти сможете?

– До выхода из леса как-нибудь… а там уже Джабраил…

Он завозился, собирая свой шаманский реквизит. Потом Костров помог ему встать на ноги. Тут Золтан снова стал заваливаться, и к выходу Костров тащил его на себе. Сидоренков обвис на плече директора музея тряпочкой, хотя весу в Золтане было, при его изяществе, куда как поболе тряпичного. Несмотря на это, Костров пытался оценить ситуацию.

Шаман, значит. И это, как говорится, многое объясняет. Лично Кострову не приходилось иметь дело с шаманами. Даже Катерина, при всех ее специфических умениях, шаманкой не была. Но кое-что о том, что собою представляют шаманы, он слышал.

Вот почему рафинированного молодого человека понесло сюда. Шаман физически не может жить в городе, для него тяжело пребывание даже в такой дыре, как Елань. И высшее образование вкупе с хорошим происхождением здесь не поможет. Шаманская болезнь – она болезнь и есть. А ведь следовало догадаться. Разве здоровый человек пойдет на контакт с Великим Нетопырем?

И – да. Хитрый, расчетливый Золтан, способный переиграть куда как более опытных игроков, сумевший захомутать старую стерву Трембовецкую – на самом деле безумен. Потому что иначе никак.

Итак, примем к сведению, что Сидоренков способен в трансе связываться с Нижним миром. Тварями, принадлежавшими этому миру, он способен повелевать. Но вот Идемевзь… Кострову сейчас не хотелось думать о природе этой силы, но все известное ему время противостояния не было слышно, чтоб человек сумел его подчинить. Нет, Сидоренков определенно действует не ради собственной выгоды, как Шмальц. Он – фигура подчинения? Или им движут инстинкты?

Джабраил ждал их на опушке со своей тарахтелкой. Он нисколько не был удивлен, увидев Золтана в полуобморочном состоянии. Впрочем, Золтан сумел распорядиться, чтоб ехали к городу. Джабраил молча кивнул, помог загрузить начальство в квадроцикл и рванул с места.

Дорога до Елани была чудовищная, но она хотя бы была. Когда скакали по кочкам и буеракам, это как-то не располагало к задушевным разговорам. Поэтому большую часть пути проделали в молчании. Ближе к городу Золтан прошелестел:

– Я все-таки посоветовал бы вам посетить музей. Тамошняя модель… она дает лучшее представление… на празднике была просто кукла.

– Вам бы в больницу надо, – сказал Костров. Он, честно говоря, не особо беспокоился о здоровье Золтана, читал, что шаманы после камлания некоторое время бывают без сил, а потом ничего, как огурчики. Но надо же соблюдать приличия.

– Ничего, Джабраил отвезет куда надо…

Вот еще проблема. Езиды. Неужто в игру включилась новая сила, или просто люди, оторванные от родных краев, ищут возможности подзаработать… а где им здесь работать, без знания языка?

Елань, пока они пересекали город, глянулась довольно привлекательно – если, конечно, не жить в этом городишке постоянно. Знаем мы эти милые провинциальные городки. Нет, для старушек и старичков вполне ничего здесь, особенно если дети деньжонок подбрасывают. Как бы и деревня, воздух чистый, сад, огород. А в то же время городские удобства в наличии – центральное отопление, водопровод. Но молодежь-то с ума рехнуться может. Развлечений нет, с работой тоже проблемы… хотя, если шахту вновь открыли, с работой стало получше, а с чистым воздухом похуже.

Они пересекли город меньше чем за полчаса, и лишь после этого Костров по-настоящему ощутил, какая стоит жара. В лесу все же спасала тень, да и в Елани было немало деревьев. А дальше все было вырублено подчистую, и давно, только холмы кругом, покрытые высохшей от жары травой. Зато дорога выровнялась. Судя по всему, ее проложили еще в позапрошлом веке, а сейчас регулярно латали, чтоб была проходима не только для машин, но и для автобусов. А в последнее время и для грузового транспорта. Мимо как раз прогрохотал фургон. Но Джабраил за ним не поехал, а свернул, благо дорога разветвилась.

Обернувшись, Костров увидел, что Золтан что-то набирает в айфоне. Очевидно, аномалия, глушившая связь, за пределы леса не распространялась. Поймав взгляд Кострова, Золтан пояснил:

– Я в музей… его-то, в отличие от заповедника, от пожаров не закрыли. Но посетителей все равно стало меньше. А спуск в старую шахту осуществляется только тогда, когда наберется достаточно человек для экскурсии.

Золтан был уже в состоянии говорить правильными закругленными фразами, но это явно давалось ему не без труда. Посему Костров прервал его.

– Вы хотите, чтоб для меня провели персональную экскурсию, даже если посетителей нет? Право же, не стоит утруждаться. Я видел достаточно.

– Не достаточно, нет, – Золтан помотал головой. – Вас проводят, пока я отдохну немного.

Ага, стало быть, сам он в шахту лезть не собирается.

Место назначения обозначилось за соседним холмом, причем Костров его сперва услышал, а уж потом увидел. За оградой шли какие-то строительные работы, и судя про стуку, грохоту, визгу дрелей и электропил, шли весьма активно.

Тяжелые врата, где висела табличка «Елань Горнорудная», открылись, и квадроцикл въехал внутрь. Стройка века, кипевшая подле здания музея, делала проезд квадроцикла почти бесшумным.

Само здание бывшей рудничной конторы было отремонтировано, обшито пластиком с имитацией старого дерева, крыша недавно заново крыта, деревянные колонны и крыльцо свежевыкрашены. Непосредственно у крыльца моталось человек пять, явно не имевших отношения к стройке. Очевидно, туристы, которых обнадежили, что экскурсия все-таки будет.

Когда квадроцикл затормозил, с крыльца скатился лысоватый мужчинка лет полста. Именно мужчинка, а не мужичок. Что-то в нем было несерьезное. Костров не мог определить, что. Клетчатая рубашка, из тех, что в прошлом тысячелетии именовались ковбойками? Джинсы малазийского пошива, безыскусно облегавшие выпиравшее пузцо? Нет, явно не в прикиде дело. Катерина, к примеру, и похлеще чучелом выглядит.

– Позвольте представить. – Золтан не дал себе труда вылезти из квадроцикла. – Ефрем Зозуля, знаток истории Елани и ваш сегодняшний проводник. А это наш уважаемый гость…

– Очень, очень приятно! – Зозуля всплеснул руками. По-бабьи, принято говорить о таком жесте, хотя Костров не мог припомнить его ни за одной знакомой женщиной.

– Оставляю господина