Пленники белых ночей - Ирина Ширяева

Далекий колокол ударил еще раз. Потом еще и еще.

Показалось, что звуки в тумане стали приближаться. Причем трудно определить, с какой стороны.

Они были низкими, гудящими и четырехтактными.

Донн… Донн… Донн… Донн…

Лиза выглянула из своего укрытия-куртки и, вытянув шею, тоже настороженно прислушалась.

Звуки нарастали и сливались в один общий непрерывный гул. Этот непонятный и оттого жуткий гул, похожий на колокольный набат, катился прямо на них.

Лиза схватила Митю за руку. Бежать? Но куда? Поющее гудение наплывало со всех сторон.

Ребятам уже казалось, что они находятся внутри огромного колокола. И что этот невероятный четырехтактный грозный набат хочет о чем-то предупредить город и его жителей.

Донн! Донн! Донн! Донн!

Люди! Не спите! Бегите! Спасайтесь!

Вдруг в сгустках хмари проявились очертания огромной конской морды.

Лиза и Митя крепче схватились за руки, прижались друг к другу плечами и затаились.

Вслед за конской мордой из белесого марева выплыла голова всадника в кудрях и лавровом венке. Белесую пелену уверенно пронзала простертая вперед царственная десница с растопыренной пятерней.

Донн! Донн! Донн! Донн!

Зыбкие очертания коня и всадника не спеша, с оглушительным триумфальным перезвоном миновали остановку. И стали удаляться в неопределенном направлении, неся тревогу и непокой.

Донн… Донн… Донн… Донн…

Ребята остались сидеть на своей узкой скамье – ошарашенные и полуоглохшие.

Медленно приходили в себя.

– И что это было? – наконец спросила Лиза.

– Похоже, Медный всадник, – ответил Митя. – Надо позвонить Стиве.

Стива попросил оставаться на месте и ждать его.

Роскошный белый «Руссо-Балт» соткался из тумана, по ощущениям, минут через десять. Хотя, насколько Митя знал, Стива живет где-то на Петербургской стороне.

И как успел? Может, случайно оказался неподалеку? Спросить Митя постеснялся.

Не выходя из машины, Стива опустил стекло и коротко спросил:

– Куда он поскакал?

– Трудно было определить в тумане, – растерялся Митя. – И сильный звон стоял как будто отовсюду… Настоящий набат! Единственное, – уцепился он за пришедшую на ум примету, – мы видели Медного всадника справа. Ну судя по его простертой правой руке. То есть можно прикинуть, что он скакал от Садовой в сторону Загородного…

Стива кивнул и умчался в предполагаемом направлении.

Лиза и Митя молча смотрели ему вслед. Они так устали от потрясающих событий последнего часа, что не было сил даже разговаривать.

Накрапывал нудный мелкий дождик.

Стива возвратился скоро.

– Эх, не успел, – сказал он, выходя из автомобиля. – Не догнал я вашего Медного всадника. Но вы молодцы, что предупредили. Я доложил.

Стива сделал пару шагов к автобусной скамье, и они с Лизой с любопытством посмотрели друг на друга.

Митя глупо и эгоистично надеялся, что Лиза после долгих рыданий, которые не красят ни одну девушку, вообще не захочет и носа высунуть из укрытия в виде его куртки. Но он жестоко просчитался.

Лиза небрежным жестом уверенной в себе красавицы откинула капюшон и гордо задрала подбородок. Странно, но ни покрасневшие веки, ни припухшие губы не портили ее. Наоборот, придавали своеобразный шарм глубокого романтического страдания.

– Позвольте представиться: Степан Оболонский, – щелкнул каблуками кавалергард.

– Елизавета Белосельская-Белозерская, – сделала непременный книксен смолянка.

Митя внутренне поморщился: сценка сильно смахивала на насмешливое дежавю. Но вслух лихо сыронизировал:

– Где-то я это уже слышал. Только в несколько другом исполнении.

Все трое рассмеялись – даже, кажется, с некоторым облегчением. Как будто Митя своей шуткой обнулил их странное сближение, полное мутной недоговоренности.

Сразу стало по-дружески просто и весело.

– Ну раз вы видели Медного всадника, значит, опасность со стороны Финского залива – это все-таки наводнение, – напомнил Стива о причине своего появления.

– Ты имеешь в виду легенду? – спросил Митя. – Что накануне потопа Медный всадник покидает пьедестал – Гром-камень? И скачет по улицам, предупреждая петербуржцев об опасности?

– Совершенно верно, – кивнул Стива. – Только это уже скорее примета, чем легенда.

– «Тяжело-звонкое скаканье по потрясенной мостовой», – вспомнила Лиза строки Пушкина. – Было правда очень похоже на набат. Который изо всех сил вопит о надвигающейся беде. Брр…

– К сожалению, беда действительно надвигается, – сказал Стива. – И, боюсь, счет пошел уже даже не на дни, а на часы, – как бы демонстрируя свои слова, он подставил ладонь под капли дождя, который заметно усилился. – Поэтому советую прекратить прогулку. Если не возражаете, я отвезу вас… э-эм-м… по домам.

Стива подошел к своему автомобилю и гостеприимным жестом распахнул дверцу со стороны пассажирского сиденья.

– Прошу!

Лиза и Митя возражать не стали. Они страшно устали от свалившихся на их головы приключений. А дождь действительно грозил вот-вот превратиться в ливень.

До Смольного домчали быстро.

По дороге Стива пытался все-таки выяснить хоть какие-то подробности о явлении Медного всадника. Но свидетели чуда ничего, кроме сплошного тумана, оглушительного звона и собственного ужаса, вспомнить так и не смогли.

Митя отправился провожать Лизу, а Стива остался в автомобиле, чтобы не создавать лишнего движения вблизи здания института.

Дошли до тайной калитки. Лиза скинула куртку, протянула парню и слабо улыбнулась.

– Спасибо…

Митя вдруг заволновался. Неужели она сейчас вот так уйдет? И они больше никогда не встретятся? И даже не созвонятся?

– Запомните мой номер телефона! – заторопился парень. – На всякий случай…

Он продиктовал номер. Лиза вяло кивнула.

– Повторите! – потребовал Митя.

Девушка, запинаясь, повторила.

– Звоните, если что.

Лиза пожала плечами, вкладывая в этот жест все сомнения по поводу возможности такого контакта. Опять бледно улыбнулась на прощание. Развернулась и побрела к зданию института.

– Звоните, если что… – растерянно шептал Митя в узкую девичью спину.

Ему казалось, что Лиза уходит от него навсегда.

Когда Митя плюхнулся на автомобильное сиденье рядом со Стивой, было уже почти два часа.

– А как же теперь мы? – спохватился он. – Мосты-то уже развели!

– Еще не все, – беспечно улыбнулся Стива. – С ветерком успеем по Литейному. Его позже других разводят.

Вообще-то, Литейный мост имел дурную славу. После полуночи его пространство часто окутывал густой туман. И в этом тумане, говорят, бесследно пропадали люди.

Так что после двенадцати по Литейному мосту старались не ходить и не ездить.

Там не было ни полицейского поста, ни разводящих мост рабочих. Его разводом управляли дистанционно.

Но «Руссо-Балт» беспечно рванул.

И они действительно успели – в последний момент, когда заасфальтированная поверхность уже дрогнула. Одним махом пролетели опасное пространство и оказались на правом берегу Невы.

Теперь можно было расслабиться и с толком, с расстановкой поговорить: путь до Митиного спального северо-востока предстоял неблизкий.

– Не поделишься, как продвигается твое расследование? – задал Стива ожидаемый вопрос.

– Ну конечно! Я же обещал!

И Митя честно рассказал все по порядку. И про фальшивого Феликса, и