Охота на наследницу - Холли Рене

Стиснув ее задницу, я притянул ее ближе, чувствуя, как крепко сжимают меня ее стенки. Запрокинув голову, закрыв глаза, она застонала.

У меня от нее дух захватывало.

– Как же мне хорошо в тебе. – Я уткнулся лбом в изгиб ее шеи между ключицей и подбородком. – Боги создали тебя для меня. Создали из самих звезд, чтобы я не мог больше смотреть в небо, не тоскуя по тебе.

Она открыла глаза, и в их глубине плескалась такая беззащитность, что у меня сжалось горло.

– Что бы ни случилось.

Не знаю, было то утверждением или вопросом, зато ответ я знал точно.

– Что бы ни случилось, ты – моя.

Мне нужно было, чтобы она почувствовала это, поняла, что и вправду принадлежит мне.

Я стиснул ее запястья, прижал их к двери над ее головой, и вошел в нее еще сильнее, вращая бедрами. Стоны ее наполнили все пространство, Верена подалась мне навстречу, впиваясь ногтями в мою руку, стараясь удержаться.

Такая же дикая и необузданная, как и я.

Я наклонился, касаясь губами ее уха, и прошептал:

– Кончи для меня, любимая.

Она закричала и выгнулась, омываемая волнами наслаждения. Я почувствовал, как сжимаются ее мышцы, когда она достигла пика, зарычал – и с последним мощным толчком кончил в нее.

Потом я привалился к ней, прижав ее к двери, и так мы стояли, тяжело дыша, пока она медленно не соскользнула с меня.

Я нащупал полотенце, потянул мягкую ткань и начал осторожно вытирать Верену. Она дрожала, и я укутал ее вторым полотенцем, защищая от сквозняка, просачивающегося в ванную. Сейчас, когда наши тела расплелись, мы уже не согревали друг друга.

– Нам нужно немного поспать. Завтра все равно наступит раньше, чем мы к нему подготовимся.

Оборачивая вокруг талии еще одно полотенце, я внимательно следил за Вереной, ища на ее лице признаки сожаления.

Ища – и не находя.

Она просто кивнула, и мы вышли из ванной в спальню. Верена забралась в кровать, не заботясь об одежде, и я поступил так же.

Быстро сунув кинжал под подушку, я лег рядом с Вереной.

В комнате, освещенной одинокой свечой, царил полумрак. Верена лежала лицом ко мне, подложив руку под голову.

Но смотрела она не на меня, а на одеяло между нами, и я испугался того, что творилось сейчас в ее голове.

Неужели она все-таки пожалела о том, что мы сделали?

– О чем ты думаешь? – Потянувшись, я убрал с ее лица прядь волос.

– Что? – Она заморгала.

– Ты погружена в свои мысли. – Я сглотнул, ища ее взгляд. – Все в порядке?

– Да, – кивнула она. – Извини. Просто задумалась.

– О чем? – Я не хотел на нее давить, но, боги, мне отчаянно хотелось знать каждую мысль, проносящуюся в ее сознании.

– О маме. – Она тихо рассмеялась. – Странно, правда?

– Вовсе не странно, – заверил я. – Расскажи мне о ней.

Взгляд Верены скользнул по моему лицу – и тут же опустился на грудь.

– Каждый вечер перед сном она рассказывала мне сказку.

Верена мягко улыбнулась, а я затаил дыхание.

– И однажды, рассказывая сказку, она повела меня в туннели. Я подумала, что это у нас такое приключение. – Смех Верены звучал печально. – Никогда раньше я не была в туннелях, мне никогда не разрешали бродить по дворцу, но, думаю, она знала, что однажды этот путь мне понадобится.

Мой отец всю жизнь искал путь во дворец. Искал эти туннели.

Верена натянула одеяло на плечи, как будто это могло защитить от преследующих ее воспоминаний.

– Выход из туннелей прямо у подножия водопада. – Она откинула с лица волосы. – Там растут два дерева, их корни переплелись. – Она покачала головой, словно огорчаясь своей забывчивости, но я точно знал, о каких деревьях она говорит. – Я не помню всей сказки, но в ней шла речь о магии двух людей. Магии разделенной и переплетенной, как корни этих деревьев.

– Как наша магия?

Слова застряли у меня в горле. Этой темы мы избегали, возможно, потому, что оба боялись узнать правду. Узнать, отчего моя магия усиливается, когда мы вместе, а Верена рядом со мной наконец обретает силу.

– Я не лгала тебе о своей магии. – Она посмотрела мне в глаза. – Я никогда не чувствовала в себе ни малейшего ее присутствия до встречи с тобой. – Верена умолкла на миг. – И в лесу она не проявлялась, пока ты не нашел меня.

От ее признаний у меня сжалось сердце.

– А я никогда не чувствовал магию так, как тогда, когда ты выступила против моего отца. – Я облизал губы, подбирая слова. – За такую силу короли убивают, Верена. Такую силу они держат в клетке, чтобы никогда не потерять ее.

Верена моргнула. Тревога мелькнула в ее глазах.

– Это сила королевы, Верена.

Глаза ее расширились. Они были полны страха.

– Я не хочу быть королевой.

– Значит, не будешь, – просто ответил я. – Но твой отец никогда не должен узнать о твоей силе. – Я сжал кулаки, пытаясь подавить внезапно охвативший меня страх. – Неизвестно, что он с ней сделает.

– Он разрушит мир, – ответила она так быстро, как будто размышляла об этом много дней. – Он и так много чего разрушил, даже с бессильной наследницей. – Верена потупилась, словно стыдясь себя прошлой. – Не хочу даже думать, что он сотворит, получив силу.

Она подняла руку, глядя на нее, словно на оружие.

Я быстро стиснул ее ладонь, поднес к губам.

– У него не будет шанса, – заверил я. – Что еще ты помнишь из сказки твоей мамы? Что случилось с теми людьми со слившейся магией?

– Пусть королевство утонет в крови, а мир пусть сгорит дотла. – Она наморщила лоб, словно не могла вспомнить остальное.

– Но душа моя остается верна, – закончил я за нее.

Уголки ее губ приподнялись, глаза вспыхнули.

– Но душа моя остается верна. – Верена щелкнула пальцами. – Точно.

А меня словно пронзил острый нож. Слова ранили глубоко, оставляя жгучую боль в груди, затрудняя дыхание. И то же потрясение я увидел на лице Верены.

– Откуда ты знаешь? Где ты это слышал? – спросила она тихо.

– В Энвейлориане. – Я не отрывал от нее взгляда. – Это клятва. Клятва, связующая две души браком.

Верена покачала головой, стараясь осмыслить мои слова.

– Я видела свадьбы во дворце. Но этой клятвы раньше не слышала.

Я сглотнул и еще раз поцеловал костяшки ее пальчиков.

– Это клятва лишь для пар.

Глава