Охота на наследницу - Холли Рене

Слезы жгли мне глаза.

– Прости, отец.

– Что бы сказала твоя мать?

Я ненавидела, когда он прибегал к этому способу, когда вонзал когти туда, где мне было больнее всего.

– Развяжите ее и оставьте нас. – Приказ повис в воздухе черной тучей. Искаженное лицо отца превратилось в маску – маску гнева.

Гвардейцы сняли путы в моих рук, и я помассировала ободранные запястья, стирая запекшуюся кровь, глядя на отца со страхом и отчаянием.

– Пожалуйста, отец.

Он не обратил на меня внимания.

– Пришлите Бейлина.

Я всхлипнула, услышав имя лекаря, исцелившего столько ран в моей жизни – ран, нанесенных руками моего отца.

Гвардейцы двинулись прочь из зала. Жгучие слезы навернулись мне на глаза.

– Не знаю, Верена, что на тебя нашло, но ты должна понимать, что любое действие влечет за собой последствия. – Голос его был тверд; он словно разговаривал с непослушным ребенком. – Я больше не потерплю от тебя неповиновения.

– Отец… – начала я, но грубая мозолистая ладонь вновь хлестнула меня по лицу.

Боль была резкая, обжигающая. По подбородку потекла теплая струйка крови.

– Верена, – холодно произнес отец, – знай свое место.

Перед глазами все расплывалось от слез и боли. И я поняла, что все, что было со мной, вело именно к этому мигу.

Вошел Бейлин, увидел, в каком я состоянии, и глаза его наполнились тревогой. Он медленно приблизился, потянувшись ко мне, но отец остановил его.

– Ты здесь не для того, чтобы лечить ее. Пока нет.

Один из солдат, которого я не замечала раньше, принес стул, и отец велел мне сесть.

Я послушалась, стараясь собраться с духом перед тем, что мне предстоит.

– Говорят, сила исходила от нее, ваше величество. Не от повстанца.

Ужас пронзил меня, лишив воздуха.

– Принцесса не обладает магией, – тихо и грозно произнес отец.

Гвардеец кивнул, и я заметила страх в его глазах.

– Знаю, ваше величество, но солдаты, которые привели ее, – он оглянулся, словно сомневаясь, стоит ли говорить следующие слова, – утверждают, что она подчинила море своей воле, словно она чародейка.

Отец повернулся ко мне, сверля меня взглядом, словно ища магию, о которой шла речь.

– О чем это он, Верена?

– Я не знаю. – Пальцы дрожали так, что я сжала их в кулак.

Он не остановится, пока не получит от меня то, что хочет. Это я знала слишком хорошо.

Грубая рука отца сомкнулась на моем запястье, большой палец глубоко вошел в открытую рану от веревки.

Жгучая боль охватила тело лесным пожаром, заставив меня мучительно вскрикнуть. Меня затрясло, по щекам покатились горячие слезы, я задыхалась, захлебываясь воздухом.

– Верена, – заговорил отец мягче, но не менее угрожающе. – Есть сведения, что ты была в скрытом королевстве. Мои люди сообщили, что нашли тебя с каким-то отребьем из мятежников.

В ужасе и отчаянии я крепко зажмурилась.

– Ты была в скрытом королевстве?

Разум заметался, а отец сильнее сдавил мне запястье, так, что я скривилась от боли.

Одна мысль об отце Дейкра наполняла меня жгучим гневом, почти таким же сильным, как та ненависть, которую я питала к своему отцу.

Но, несмотря на всю боль, которую он причинил сыну, я не собиралась предавать восстание. Неважно, каким пыткам он подвергал меня, – я не пойду против Дейкра.

И я не предам Рен.

Я молчала, и нетерпение моего отца достигло предела. Он резко вскинул руку, чтобы ударить меня еще раз, и я напряглась в ожидании неизбежной боли.

Удар был так силен, что у меня лязгнули зубы, и странно, что ни один не сломался.

– Сэр, если она была там, значит, она знает, где находится скрытый город, – голос Бейлина был так спокоен, словно лекаря совершенно не трогало происходящее перед ним насилие. – Она знает, где очаг восстания.

Глядя на меня, отец потер чисто выбритый подбородок.

– Ты прав.

Он протянул руку, и я отпрянула, но он лишь прижал ладонь к моему виску, а потом осторожно убрал с моего лица волосы и даже пригладил их.

– Какой полезной ты стала, Верена.

Полезной.

Тяжелое, удушливое слово заворочалось в моем мозгу. Я превратилась для него в простое орудие, в средство достижения цели, в инструмент, который он собирался использовать в своем безжалостном стремлении уничтожить тех, кто посмел подняться против него.

И сейчас он опять манипулировал мной, пытаясь выведать информацию о местонахождении повстанцев.

– Я не знаю, где это.

Ложь далась мне легко, без малейшей запинки слетев с губ.

И тут же его пальцы вцепились в волосы на моем затылке, грубо, безжалостно, не давая дернуться или отстраниться. Моя голова запрокинулась, и я волей-неволей уставилась на нависающую надо мной фигуру.

– Верена, дорогая, – начал отец с отвращением. – Ты наследница этого королевства, и хотя большую часть своей жизни ты была бессильна, ты отнюдь не глупа.

Слова его были тяжелы, как удары, и губы мои тряслись от страха.

Я знала, что он видит меня насквозь, как и всегда. Его глаза, как кинжалы, пронзали любой щит, который я могла выставить. И когда он ударил меня на этот раз, я едва вздрогнула.

Кровь потекла по моему подбородку, он крепче сжал мои волосы, заставляя меня смотреть ему в глаза.

Отец придвинулся ближе, лицо его зависло в считаных дюймах от моего. Я чувствовала жар его дыхания, жар его ядовитых слов.

– Не лги мне, – прошипел он. – Я твой король.

Мой король. Не мой отец.

Король, требующий покорности. Не отец, желающий любви. Ему не нужна моя любовь. И никогда не была нужна.

– Мне не нравится причинять тебе боль, Верена, – в его глухом голосе звучало сожаление, которого он, конечно, не чувствовал. – Не заставляй меня делать это снова.

Его пальцы скользнули по моей шее, размазывая кровь, текущую из разбитой губы.

В такие моменты я обычно ломалась, страстно желая, чтобы он не ненавидел меня. А еще тосковала по маме, проклиная богов, отнявших ее у меня.

Отнявших ее у меня и оставивших меня с этим монстром.

– Я не знаю, как туда попасть, – повторила я, чувствуя, как ложь становится пеплом на моем языке.

– А сила, о которой говорили мои люди? – Он придвинулся еще ближе, глядя мне прямо в глаза.

– Я бессильна.

Пальцы, лежащие на моей щеке, сжались, угрожая сломать мне челюсть. Потом отец отвернулся от меня и обратился к целителю:

– Бейлин, готовься. Когда мы закончим, наследнице понадобится твоя помощь.