Оставленная у алтаря - Ивина Кашмир

Ну хоть какая-то польза от моего нахождения в придворном серпентарии...

— Скажите, пожалуйста, леди Ноланд, — спрашивает тоненьким голоском Делия, как только Розинда умолкает, потянувшись к чашке, — а это правда, что на должность зельевара вас устроил Его Высочество Риан?

Все сидящие разом посмотрели на меня, и мне с трудом удалось удержать лицо.

— Эйвар попросил Его Высочество об этом, — осторожно говорю, невинно захлопав глазами. — Он хотел не выпускать меня из виду, чтобы... — я делаю рваный вздох, — и дальше грязно домогаться.

В глазах Делии читается облегчение.

Та-а-к, кажется, кто-то влюблён. В Риана. В моего Риана. Так, стоп. С чего это он мой?

— Но, знаете, даже если меня приняли по протекции бывшего, я уверена, что достойна занимаемой должности, — с пафосом проговариваю, вздёрнув подбородок.

— Конечно, — закивала Розинда.

— Безусловно, леди Ноланд, — поддерживает Эвелина. — Иначе и быть не может.

Дамы начали кивать, говорить ободряющие слова. Даже тихая Делия, которая поначалу смотрела волком, что-то пробормотала.

— Знаете, это так тяжело терпеть домогательства от мужчины, который сильнее и выше тебя по положению, — бормочу, вытирая уголки глаз.

Теперь главное не переиграть...

— При этом его матушка, леди Рагнарс, так люто меня ненавидит, что, кажется, готова убить.

— Тиолетта — дура, — без тени смущения произносит Эвелина, поджимая губы. — Считает, что её мальчик безупречен. А на деле он просто избалованный и глупый.

— Да, — подхватывает Курция.

Открываю рот, чтобы задать давно мучивший вопрос, ощущая, как сердце стучит где-то в районе горла.

— А недавно я узнала, что мой отец и леди Рагнарс были помолвлены.

Повисает оглушающая тишина. Она длится не больше двух секунд, а потом помещение взрывается от жадных вопросов, охов и причитаний.

— Я знаю эту историю, — спокойно произносит Эвелина, и гул мгновенно стихает. — Тиолетта действительно была помолвлена с Арденом Ноландом. Они познакомились ещё в академии. Кажется, Тиолетта его любила, — императрица пожимает плечами и отворачивается к окну, — но деньги любила больше. В ту пору, когда они с Арденом готовились к свадьбе, она поняла, что, выйдя за мужчину из малого дома, не сможет вращаться среди дам высшего света. Вот и решилась на отчаянный шаг.

Эвелина обводит присутствующих хмурым взглядом.

— На какой? — нетерпеливо брякает Розинда.

— Она решила соблазнить императора.

— Что-о-о?!

— Да, да, — протягивает Эвелина, купаясь в лучах всеобщего внимания. — Она отчаянно ухлёстывала за Геральдом, но он был непреклонен, поэтому что уже тогда любил меня. Зато на её грязные уловки клюнул младшенький. Итог вы знаете.

— Но зачем же было бросать бедного Ардена у алтаря?

— Ну вот такая она гадюка, — мрачно говорит Эвелина, бросая в рот кусочек горького шоколада. — Решила его опозорить, чтобы на долгие годы закрыть для него путь в высший свет.

— А ведь с бедняжкой леди Ноланд они поступили точно так же! — завопила Курция, обхватив ладонями своё раскрасневшееся лицо.

Ещё час был посвящён промыванию костей Тиолетте Рагнарс.

Эвелина, будучи женщиной зрелой, вспомнила обо всех мужчинах, кто пал под чарами маменьки Эйвара.

Список оказался внушительным.

Выходила я из покоев императрицы глубокой ночью, раздираемая противоречивыми чувствами.

Сплетни — зло.

Но, боги, как же мне понравилось в обществе гадюк...

Заворачиваю в соседний коридор, и меня тут же ловят за талию.

Открываю рот, чтобы заорать дурниной, но Риан ловко накрывает мой рот ладонью.

— Наболталась? — хрипло спрашивает. — Нашёл тебя без труда, хотел сразу забрать, но ты так лаконично разливалась соловьём... — он усмехается. — Слышал каждое твоё слово, — он убирает ладонь.

Только не это...

— Правда? — к щекам приливает кровь.

В следующую секунду он вгрызается в меня поцелуем, параллельно открывая портал и утягивая меня в него.

Глава 40

Как только оказываемся дома, перед глазами всплыла утренняя сцена: Риан ворковал с той ослепительно красивой брюнеткой.

Кровь вскипает. Я отталкиваю его, даже не глядя.

— Убери от меня руки, — вырывается сквозь зубы.

Его брови взлетают вверх.

— Что тут у нас такое? Полдня с «сильными и независимыми», и уже зубки показываем?

Я открываю рот, чтобы высказать ему всё, что о нём думаю, но тут же его закрываю.

Вот что я ему скажу?

Что приревновала его к невесте?

Бред, да и только!

Только из себя посмешище сделаю.

Риан мне ничего не обещал. Мы с ним просто партнёры, которые иногда обнимаются и целуются. Ну... и спят в обнимку.

Ничего серьёзного.

Отворачиваюсь и иду прочь.

— Ари... — вздыхает Риан. — Что с тобой? Ну поговори со мной. Я так соскучился по твоему певучему голосочку...

Прихожу в кухню, начинаю греметь посудой.

Букетик запрыгивает на столешницу, и я машинально тянусь, чтобы его погладить.

— Ари, прошу, не молчи. Расскажи, как прошёл твой день.

Молчу.

Тянусь к кувшину с водой. Наливаю воду в чайник.

Букетик сидит и ждёт свою порцию чая, нетерпеливо размахивая маленькими лианами.

— Хочешь, я расскажу, как прошёл мой день? — не унимается Риан.

Коротко обернувшись, вижу, как он снимает с себя одежду, и тут же отворачиваюсь.

Ведёт себя так, будто у себя дома.

Вот как мне его выгнать?

— Утром была встреча с одной из участниц отбора. Она попросила вычеркнуть её из списка, потому что влюблена в Мортуса. В вождя орков! Представляешь? — хохочет Риан, а я замираю с чайником в руке. — Я, конечно, с радостью согласился. Одной капризной участницей меньше. Потом состоялась встреча с министрами и...

Дальше я уже не слушаю.

Сердце заколотилось со скоростью света.

В моей груди растекается тепло.

Нежное, приятное тепло...

До конца не осознавая, что делаю, я срываюсь с места и прыгаю на Риана.

— Ари... — шепчет, обнимая меня за талию, — расскажешь, как прошёл твой день? Сегодня на краткое мгновение я почувствовал, будто ты куда-то исчезла, но потом понял, что показалось.

Осмелев, я кладу руки на его широкие плечи и шёпотом говорю:

— Если пообещаешь, что ничего не станешь предпринимать, я расскажу.

— Даже так? — он выгнул бровь. — Заинтриговала, лисица... — он дотрагивается губами до моих, но я, глупо захихикав, тут же уворачиваюсь.

— Обещай!

— Хорошо, — хрипло выдыхает, садясь в кресло и утягивая меня за собой.

А я, набрав в лёгкие побольше воздуха, начинаю тараторить, рассказывая практически обо всём, упуская лишь особенно острые моменты.

Игривое настроение Риана моментально исчезает.

На скулах желваки. Брови сходятся на переносице. Взгляд посуровел.

— Значит, Эйвар... — цедит, посмотрев на меня. — Почему сразу не сказала?

— Ну... — я чешу затылок.

— А ещё была в подвале... — со стоном выдыхает, прикрывая глаза. — У меня нет слов. С завтрашнего дня будешь сидеть дома.

— Что? — у меня пересыхает в горле.

— Во дворце становится слишком