Перековка. Малый Орден - Михаил Павлович Игнатов

Конечно же, не Пронзателя. Он слишком приметен и слишком силён для них. Это оружие для битвы и для тренировок с равным. Райгвар подходил для них. Эти, пусть и старше его, но всего лишь Мастера — нет.

Обычное, простое копьё, взятое здесь же, в запасниках Академии и здесь же получившее начертание Сосуд Духа.

Но сегодня оно мне не понадобится. Рано.

Четверо шагнули ко мне, плавно, осторожно, сквозь давление никуда не исчезнувшей духовной силы, переглядываясь и пытаясь без слов договориться о том, как броситься на меня.

Я не стал давать им этого времени, так же плавно шагнул навстречу первому, ужалил копьём и тут же развернулся, отгоняя второго.

Я не спешил, давая им возможность свыкнуться с давлением, осознать, как нужно делать шаг и прыжок, чтобы не клюнуть носом или и вовсе не завалиться.

Но всего через двадцать вдохов схватки их осталось трое.

Один из них тут же запнулся на середине шага, словно споткнувшись от моего взгляда, жадно хватая воздух перекошенным ртом, опустился на колени, а если бы не вбил в песок меч как опору, то и вовсе бы рухнул в него лицом.

Я толкнул к нему мыслеречь, заставив его вздрогнуть:

— Какой урок ты должен извлечь сейчас из случившегося? — не дожидаясь ответа, который он мог дать только вслух, продолжил: — Твоя слабость — запас сил, которых не хватило сопротивляться давлению. Ты должен учиться экономить их, стремиться закончить схватку как можно быстрее и развивать в первую очередь запас сил, расширять средоточие.

Он медленно поднял мокрое от пота лицо и кивнул, в глазах отчётливо читалась досада на самого себя.

Но мне он уже был не интересен. Один из двух оставшихся, тот, старший, вдруг ускорился, явно использовав технику усиления, оказался рядом, поднырнув под копьё, ужалил мечом — ужалил так, как ударил бы врага — в глаз.

Точно, сильно, быстро.

Впустую. Тем более что второй не сумел поддержать его нападение.

Я увёл голову в сторону и похвалил:

— Молодец, — а через миг впечатал ему в грудь ладонь, отбрасывая себя на два шага назад и давая простор своему копью.

Выпад в руку он отбил. Играючи. Удар во вторую пропустил. А через вдох пропустил и выпад в бедро.

Покров откатился, и сталь с глухим, мокрым звуком вошла ему в ногу на ладонь.

Парень побледнел, дёрнулся назад, снимаясь с копья и заливая всё вокруг кровью, заорал:

— А! А-а-а!

Я скривился и прошипел:

— Тише! Тише! Что за разочарование? В битве на границах ты тоже будешь так орать от каждой раны? Ты начал так хорошо и решил так ужасно закончить?

Парень сглотнул, сделал ещё шаг назад, перенося вес тела на целую ногу и бледнея ещё сильнее, стиснул зубы и поднял дрожащий меч.

Последний, не успевший, замер, сглотнул, забегал взглядом, и я тут же рыкнул:

— Бейтесь! Только ты сейчас можешь спасти жизнь собрату! — услышал первый. — Ну! Только ты можешь спасти свою шкуру и вырвать победу Ордену! Твой проигрыш — это потеря земель! — услышал второй.

Шагнул вперёд, грозя копьём раненому, который продолжал заливать песок яркой алой кровью, толчками бьющей из бедра. Возможно, я немного промазал и ударил чуть сильнее, чем следовало. Неважно.

Я крутнулся вокруг него, прикрываясь его телом от первого и отбивая копьём выпад дрожащего меча, приказал:

— Зелье! Сейчас. Живо.

Через вдох парень заорал снова, заполучив удвоенную боль и заставив меня поморщиться. Он точно из Павильона Меча? Точно талант?

— Ну что ты орёшь? Ты думаешь, твой крик испугает врага? — через миг я создал над ним печать, вписал в неё вязь символов Древних: «Терпение», «Отвага», «Мужество», «Злость». Рявкнул: — Ты надежда Ордена! Ты его опора! Встань и сражайся!

Шагнул влево, отступая, приставил копьё к шее стиснувшего зубы парня:

— Защищай собрата, защищай! — приказал я последнему оставшемуся. — Видишь же — он беззащитен. А вы чего застыли? — обратился я к тем, что выбыли из схватки ещё раньше. — Один ваш собрат выбыл из схватки, другой ранен, думаете, оставшиеся справятся с врагом сами? Поднимайтесь, ученики. Поднимайтесь, орденцы. Только от вас зависит, получит ли Орден сегодня победу.

Парень наконец справился с удвоенной болью, а может быть, подействовали наконец символы Древних, он крутнулся, отводя копьё в сторону, рыча, шагнул ко мне, уже не обращая внимания на хлещущую кровь, лицо его перекосило от ярости.

Я одобрительно кивнул:

— Да, да, да! Запомни это ощущение, запомни! Именно с ним ты должен сражаться, несмотря ни на что. Бейтесь! Бейтесь, таланты Ордена!

Глава 7

После первого урока отсеялась треть. Слабый на рану остался и заработал ещё одну. Девушка осталась. Парень из Павильона Основания тоже. Появилось четверо новых учеников, и я всем им высказал недовольство уровнем их подготовки.

После этого урока половина новичков исчезла. И не только они. Слабый на рану остался вновь, как и девушка, и каждый из учеников получил в тот день от меня по ране.

На третьем уроке я учил лишь пятерых. Но на каждого из них мне пришлось отмерить на четверть больше давления, чем на первом уроке.

На четвёртый урок пришло семь новых учеников, а я с трудом довёл его до конца.

Восприятие, раскинутое на многие тысячи шагов от горы Академии, донесло до меня появление группы людей, большая часть из которых были совсем юные идущие.

Едва это случилось, я буквально провалился в воспоминание о разговоре, который случился «четыре месяца» назад.

* * *

Я откинулся и прижал свиток, указывая на имя.

— Аледо из младших талантов. Как она оказалась в этом списке? Я лично привёл её в Орден и помню, что у неё не было таланта.

Нинар встал, скрипнув стулом:

— Прошу простить меня, глава, магистр Хорит, я уйду первым. Ещё много дел по настройке формаций.

Хорит тоже встал:

— Благодарю вас за все ваши труды, старший.

— Мы же договорились, — недовольно покачал головой Нинар, уходя.

Хорит развёл руками, сел и продолжил ровно с того момента, на котором его прервал уход Нинара:

— Тем не менее Аледо в этом списке по заслугам — на первом месте своего поколения. Хотя это, конечно, непростой случай, — Хорит вздохнул, потёр двумя пальцами переносицу. — Магистр, мы Орден. Наша сила в том, что мы постоянно получаем