Холодною зимой метель нас закружила - Ольга Токарева

мне показалось, что я уже слышала где-то подобное, но где? Может, в прошлой жизни? Но, подумав хорошо, отогнала сладкую мысль. Если в этом мире и есть попаданцы, подобные мне, то, как их найти, понятия не имела.

Выключив музыку, навевающую на меня тревожные воспоминания, я схватила с полки книгу и, завалившись на кровать, словно мягкое облако, углубилась в чтение детективной истории.

Прошла третья неделя нашего пути по бескрайним просторам океана. Ева изрядно скучала от безделья, крыс в трюмах ею не было обнаружено, поэтому заняться ей было нечем. Я же убивала свое безделье чтением уже восьмого романа. Так углубилась в хитросплетенные замыслы убийцы в книге, что не заметила, как прозевала время ужина. Обычно я выбирала время так, чтобы в ресторане было как можно меньше людей. Заказывать в каюту еду не хотела, сумма на принесенные блюда взлетала в пять раз, такой роскоши я не могла себе позволить. Да и кормить Еву куском мяса в нашем номере не очень приятно, будет потом пахнуть кровью, да и убирать за ней разводы на полу не очень хотелось.

Моя личность была слишком приметной, поэтому в ресторане все официанты узнавали меня. Едва я вошла в просторный зал, наполненный запахами еды и ароматами сдобной выпечки, приуныла. Столик, за которым я обычно принимала пищу, был занят, поэтому нам с Евой предложили единственное свободное место под сводами роскошного дерева в кадке.

Опустившись на мягкий стул, я заказала стакан красного вина, салат и утиное мясо с овощами с брусничным соусом. Ева трапезничала свиной рулькой в отдельном уголке, предназначенном для питомцев. В ожидании заказа я сидела и потягивала вино из хрустального бокала, заодно наслаждаясь его терпким сладко-кислым ароматом.

— Эй ты, слышь, — услышала сбоку от себя мужской голос, подняла голову и увидела обладателя баса.

Блондин лет двадцати семи, крупного роста и высокого телосложения, одетого в строгий черный костюм из дорогого материала. Губы недовольно поджаты, взгляд его голубых глаз хмуро сосредоточен на мне, но с легкостью можно понять, что молодой мужчина слегка пьян.

— Я вас слушаю, — ответила ему, и мой ответ немного сбил его с толку, видно, не этого он ожидал услышать.

— Ты… Это… — собирался он с мыслями. — Ты своим лицом портишь аппетит моей невесты. Покинь ресторан, иначе я тебя вышвырну.

— Я оплатила не только каюту на третьей палубе, но и возможность посещать ресторан. Если кого-то нервирует мой вид, то может заказать себе заказ в номер, — ответила я непринужденно, бросив взгляд на столик напротив, за которым сидела симпатичная шатенка.

Её пухлые губы были поджаты в брезгливости, а тонкий носик слегка вздёрнут в негодовании и превосходстве.

— Да ты знаешь, кто я?! — взревел незнакомец, которого не устроил мой ответ.

Мне было не до его брызг изо рта, мне принесли заказ, и я водила носом от удовольствия, наслаждаясь как видом блюд, так и ароматам, идущим от них. Я в нетерпении отрезала кусочек сочного мяса, обмакнула его в соус и, положив в рот, чуть не замурлыкала от удовольствия.

— Я граф Роберт Вяземский! Наш род занимается обеспечением продовольствия на круизные лайнеры, — восхвалялся мужчина, сотрясаясь от моего пофигизма.

— Мой статус не ниже вашего, я тоже граф, — ответила ему, отложила вилку с ножом на стол, предугадывая следующие действия дебошира, встала, заметив напряженные взгляды официантов и охранников.

Я, хрупкая девушка, закутанная в живую броню, что скрывала женские изгибы под грубыми мужскими очертаниями, но все равно терялась на фоне его внушительной стати. Граф Вяземский стал протягивать руку, чтобы меня схватить, но я ловко, словно ласка, обогнула его.

Я была примерно на голову ниже графа, да и моя девичья худенькая фигура не шла ни в какое сравнение с могучими плечами молодого мужчины. Но в боевом искусстве не важно, какого телосложения противник. Быстро надавив несколько точек на позвоночнике, я таким способом обездвижила дебошира. Устремив взгляд на охранников, кивком позвала их, и когда они подбежали, успели подхватить падающего графа. Невеста графа за столом вскрикнула, вскочив, бросилась к своему жениху, бросая на меня осторожные испуганные взгляды.

— Не переживайте, — сказала я, решив сгладить накаленную обстановку. — Робет придет в себя примерно через час. Как раз мы сможем продолжить наш ужин в относительной тишине, — ответила ей и для остальной встревоженной публикой и обслуживающим персоналом в ресторане.

Закончив ужин, я расплатилась за доставленное удовольствие, оставив на столике хорошие чаевые за инцидент, покинула ресторан вместе с Евой. Больше, на наше счастье, никаких неприятных случаев с нами во время путешествия не произошло.

Было странным, что за время моего отъезда из ханства демонов это был первый случай, когда мою внешность так бесцеремонно и громогласно подвергли оскорблению.

Рано утром мои ступни опустились на земли материка Инданис, и мне отчего-то было волнительно. Портовый город Арг-Харверск встретил нас шумной людской суетой, как матросов, приезжими, так и коренными жителями, которые сильно меня порадовали своей внешностью, схожей с моей. К сожалению, языковый диалект я не понимала, поэтому, закинув вещь-мешок за спину, вклинилась в идущую толпу, понимая, что она выведет меня в одно из самых посещаемых мест города. И не ошиблась. Первым местом оказался огромный по своей площади рынок. Мне показалось, что он тянулся куда-то в бесконечность. Походив между рядами, заставленными разнообразным товаром, я вслушивалась в разговор торговцев и покупателей, постепенно набирая словарный запас нового языка, и уже к вечеру сходно говорила на нем.

Купив у торговца румяные пироги с сыром и зеленью, я отошла под покосившийся навес, чтобы перекусить. Вкушая выпечку с наслаждением, я вдруг утонула в переливах гитарных струн и бархатном баритоне. Сердце забилось встревоженной птицей, и каждое слово песни отозвалось набатом в голове, заставляя меня, словно лунатика, идти на этот чарующий звук.

«Я начал жизнь в трущобах городских, И добрых слов я не слыхал… Когда ласкали вы детей своих, Я есть просил, я замерзал… Вы, увидав меня, не прячьте взгляд, Ведь я ни в чём, ни в чём не виноват…»

Я замерла перед уличным музыкантом, ловя каждое слово, словно рыба, выброшенная на раскаленный песок. Слёзы без стеснения катились по щекам. Казалось, нет в России человека, не знающего «Генералов песчаных карьеров». «Но… как… откуда здесь?!» — кричало моё сознание, и я беззвучно шептала слова знакомой песни:

«Край небоскрёбов и роскошных вилл, Из окон бьёт слепящий свет… О, если б мне хоть раз набраться сил, Вы дали б мне за всё ответ… Откройте двери, люди, я ваш брат, Ведь я ни в чём, ни в чём не виноват…»