Космические мусорщики - A. Чемерис

***

«Надежда», по заключению военных экспертов, подлежала утилизации – впрочем, как выразились эксперты, еще до миссии по очистке мусора.

Нине, Борису и Рафаэлю разрешили забрать с корабля личные вещи, экспонаты для музея космонавтики и все более-менее ценное.

Бэлла и Игорь тоже изъявили желание взойти в последний раз на судно, спасшее им жизнь.

Сопровождал их высокопоставленный военный, который руководил утилизацией.

– Эх, старушка, – ласково сказал Рафаэль, похлопав панель управления в рубке. – Не зря мы так с тобой мучались…

На экране появилось уведомление:

ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ: МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОСМИЧЕСКИЙ ЦЕНТР.

– Интересно, – буркнул Борис, нервно протирая очки.

Нина тяжело вздохнула – почему-то она не ждала от этого звонка ничего хорошего – и ткнула «Ответить».

Перед всеми возник Максим Владимирович, лицо которого лоснилось тревожностью и глубокой озабоченностью.

– Я не понимаю, что происходит!! – заверещал он, даже не сказав приветственных слов. – Нина, что вы там устроили?! Сначала приходит отчет, в котором удалена половина данных! Потом корабль пропадает с радаров! Потом – новый отчет, где на записях ничего не видно! Потом звонят с МКС и рассказывают про террористов! Потом выясняется, что вы устраиваете в космосе какой-то балет! Разрушаете выданный под вашу ответственность корабль – государственную собственность, между прочим!!!

Военный, который невольно стал свидетелем выговора, едва удержался от вмешательства и лишь непроизвольно сжал кулаки.

– Как только вы вернетесь, мне нужен подробный отчет! – продолжал кричать Максим Владимирович. – Это совершеннейший скандал!! Вы в своем уме вообще, Нина?! Никаких средств никогда больше вы не…

В этот момент у Максима Владимировича зазвонил телефон. Не прекращая связи с «Надеждой», начальник раздраженно ответил на звонок. Его лицо побледнело и вытянулось.

– Да… да, понял, – пролепетал он, сглотнув. – Конечно. Разумеется. Нет-нет, никаких претензий. Конечно – герои. Я с ними, с нашими героями, как раз сейчас разговариваю. Хвалю их за беспрецедентный профессионализм и храбрость. Естественно, одобряю утилизацию, вы абсолютно правы…

Закончив этот исключительно неприятный для себя разговор, Максим Владимирович отвел глаза в сторону. Он смотрел куда-то в пустоту – видимо, ему требовалось слегка переосмыслить свою жизнь.

– Кхм, что я там говорил?.. Коллектив Международного космического центра выражает вам… Нина, Борис, Рафаэль… огромную благодарность… за проявленное мужество… героизм, – выдавил наконец Максим Владимирович. – В общем, молодцы. Ждем домой.

Он буркнул еще пару дежурных слов о «храбрости и профессионализме» и разъединился.

Рафаэль прыснул со смеху. Нина, которая за весь разговор успела вставить лишь пару слов, вскинула брови.

– Видимо, Максиму Владимировичу кто-то позвонил с самого верха, – заметил Борис.

Он перевел заговорщический взгляд на Игоря:

– Возможно, тот же человек, что и прислал сюда целую армию.

Парень – с абсолютно невинным выражением лица – пожал плечами.

– Мы, кстати, кое-что обсудили, пока вы отсыпались, – вмешалась Бэлла, обменявшись с Игорем кивками, – и решили, что следующую миссию по очистке космоса оплачивать будем мы.

Нина, Борис и Рафаэль выпучили на них глаза.

Пассажиры вычурного туристического лайнера – те самые пассажиры, которые еще вчера загрязняли орбиту своими отходами, – вот так запросто предлагают оплатить следующую миссию по уничтожению мусора?! Полностью?! Это же огромные деньги!

– Корабль мы вам достанем получше, будьте уверены, – безапелляционно добавила женщина.

Ученые, не до конца пришедшие в себя от таких новостей, выдали неловкие слова благодарности.

На секунду Нине даже стало стыдно за своё острое раздражение чрезмерно роскошным «Седьмым небом» и прочую классовую ненависть.

Стыд сменился новым раздражением и даже злостью:

«Ох, Нина, как же легко тебя купить, оказывается!»

– Вот он, результат популяризации науки, – победно заявил Рафаэль коллегам, подняв палец. – Что я вам говорил? Ну, что я вам говорил?!

Крыть Нине и Борису было нечем. Рафаэль оказался прав!

Вдруг голос подал военный, который все это время молча подпирал стену.

– В самом деле, Нина, если захотите уйти из своей шарашкиной конторы, ждем вас в Военно-космических силах. Будете тренировать пилотов. Мы ведь посмотрели телеметрию корабля, журналы управления и запись ваших ручных маневров. Честно говоря… очень впечатляет.

После паузы военный продолжил уже чуть более веселым тоном:

– И технология у вас отличная. С ее помощью, видите, можно не только мусор вылавливать, но и террористов задерживать. Такие вещи мы любим, – мужчина замолчал, а затем мечтательно добавил. – Есть ведь еще точечный импульс, правда? Которым можно сжечь что-то – или кого-то – в атмосфере Земли?..

Начавшаяся благостно речь закончилась почти зловеще. Последние слова военного заставили ученых обеспокоенно переглянуться.

– Времена меняются, как вы сами убедились. Безопасность нужно обеспечивать не только на Земле, но и в космосе. У нас так говорят, – военный понизил голос и произнес медленно, с особенным чувством, – ГЛАЗ всё видит, но он нуждается в мускулах…

Очевидно, это была какая-то доморощенная, часто повторяемая мудрость, которая передавалась в армии «из поколения в поколение».

При упоминании ГЛАЗ Игорь хмуро уставился в пол.

– Скажите… – он обратился к военному. – Можно ли мне слетать на «Седьмое небо»? Я бы тоже хотел забрать свои вещи.

***

На «Седьмом небе» полным ходом шла работа криминалистов, когда компактный перехватчик, осторожно пробравшись сквозь огромные куски мусора, доставил Бэллу и Игоря к стыковочному модулю.

Роскошный еще сутки назад, лайнер полностью потерял свой лоск. Теперь он кишел людьми в защитных костюмах, которые бесцеремонно прохаживались по его дизайнерским помещениям, фотографировали их – особенно залитые кровью места, водили по стенам ватными палочками. Убитые клоны и Михаил были эвакуированы.

Разрушенное снаружи, застрявшее на орбитальной свалке «Седьмое небе» тоже подлежало утилизации. Однако корабль являлся частной собственностью, поэтому военные не могли предпринять ничего – по крайней мере, до окончания следствия, – кроме как оставить его в космосе еще одним огромным куском мусора.

Коридоры лайнера пусть и не сильно изменились внешне, но приобрели для Игоря символическую ценность. Это были не просто стены, двери и углы. Здесь он прятался от бандитов. Здесь шел вместе с раненой Ниной. Здесь крался, чтобы проследить за Робертом. «Седьмое небо» стало памятником самому удивительному – одновременно худшему и лучшему – дню в его жизни.

Основная работа следственной группы велась в каюте капитана. Игорь попытался прорваться туда, но его не пустили.

– Вы и здесь, в каюте Роберта, личные вещи оставили? – поинтересовался следователь.

– Да. Я пришел за своим планшетом, – соврал Игорь.

– Он был