Без страха и упрёка 4 - Андрей Борисович Земляной

Андропова и Куусинена сведения о Ленинграде, использовал их для оценки кадров и рассматривал лично Андропова как человека, способного служить кадровым резервом в руководстве города. На этом предварительную проверку остановили, все материалы свели в одну папку, а Куусинена и Андропова пока оставили на месте под наблюдением.

Кремль

После очередного заседания Комитета Обороны Берия не ушёл вместе с военными, и Сталин, закончив делать пометки на последнем документе, посмотрел на толстую серую папку возле его локтя.

— Ну, показывай, — Сталин отложил карандаш и освободил место на столе. — Судя по объёму, ты нарыл что-то серьёзное.

— Робинзон, Коба. Вот, написал стервец всего две странички. — Берия перенёс папку к нему и развязал тесёмки. — Остальное за две недели нашли мы, и я честно говоря в шоке. Сколько ещё такой грязи у нас в аппарате?

Сталин сначала просмотрел краткую справку по Куусинену, затем схему иностранных контактов, несколько банковских документов и, нахмурившись, постучал карандашом по одной из линий.

— Четвёртый интернационал понимаю, немцев вижу, а финансовые круги здесь зачем?

— Пока не установлено, заказчики они, посредники или просто обеспечивали финансирование, — Берия подал следующую справку и придержал её за край. — Поэтому писать, что Куусинен является германским агентом, нельзя. Установлены скрытые контакты с людьми Четвёртого интернационала, службой Безопасности Рейха и крупными иностранными финансистами.

Сталин отложил документы и потянул к себе ленинградскую папку, несколько минут листал таблицы, после чего провёл карандашом вдоль списка фамилий, и поднял взгляд.

— Да тут почти весь город.

— Город и область, партийное и хозяйственное руководство, часть прокуратуры, областного управления НКВД и крупных директоров. Компромат собирался ещё до убийства Кирова, а после его смерти темп сбора резко вырос. Часть планировалась кинуть в топку процесса, а часть использовать как своих людей под прессом компромата. Одновременно готовился кадровый резерв примерно на три десятка ключевых должностей.

Сталин снял очки и поднял глаза на Берия.

— Значит, процесс, после него смена руководства, и новые люди уже ждут?

— Прямого приказа ещё не поступало, но документы собираются именно под такую схему.

Иосиф Виссарионович снова надел очки и перешёл к папке Андропова, где первые страницы занимала официальная биография с вопросами и противоречиями, а дальше шли схемы контактов и списки людей.

— Это его сеть или Куусинена? — Сталин повернул один лист к Берии.

— Частично общая. Несколько человек начинали через Куусинена, потом замкнулись на Андропова, остальные уже его собственные. В Ленинграде это почти агентурная сеть. Кадры, хозяйство, прокуратура, печать, партийный аппарат. В Москве — скорее сеть влияния из должников и людей, которым когда-то помогли.

Но главное, что они, я имею в виду Неистового Финна и его людей, двигают вперёд человека, который сидит у них на крючке до самой задницы, и не соскочит никак.

Сталин перелистнул несколько страниц и остановился на фамилии Хрущёва.

— А Никита каким образом сюда попал?

Берия достал из папки протокол дополнительного допроса и положил перед ним.

— Два посредника совпали. После этого подняли старые показания и спросили Хрущёва уже предметно. Он признал, что получал от Андропова информацию по Ленинграду, использовал его для оценки кадров и собирался задействовать при смене городского руководства. Вот его собственные слова. «подготовить почву». А так, видимо просто пользовался как ресурсом. Скорее всего у него и у Куусинена общий хозяин.

Сталин прочитал отмеченный абзац, вернулся на страницу назад, потом несколько минут он молча сопоставлял фамилии, обводя красным карандашом те, что повторялись в разных документах.

— Значит, когда Никиту взяли, мы думали, что тянем одну нитку, а он, словно паук сидел в целой сети, — Сталин отложил протокол и поднялся, уперевшись ладонями в край стола. — Один работает с троцкистами, немцами и банкирами, другой собирает материал на руководство второго города страны, одновременно строит собственную сеть, а потом выясняется, что оба через посредников связаны с человеком, который уже сидит у нас и рассказывает про иностранные деньги и попытки подобраться к моему окружению. Слишком много совпадений.

Берия подвинул ближе итоговую справку.

— Поэтому я пока никого не трогал. Слишком туго всё завязано в узел.

Сталин вернулся в кресло, несколько секунд смотрел на схему, затем поставил карандашом две отметки — напротив Куусинена и Андропова — и снова перелистнул материалы по Ленинграду. Чем дольше он смотрел на справки, начатые ещё до смерти Кирова, на списки будущих обвиняемых и подготовленный кадровый резерв, тем сильнее каменело лицо.

— Вот, значит, как всё выглядело, Лаврентий, — Сталин отбросил карандаш и поднялся. — Сергея убили, а рядом уже лежали папки на его людей и списки тех, кто должен был занять освободившиеся кабинеты.

Берия снял пенсне и положил на край папки.

— Прямой связи Куусинена с убийством пока нет, Коба, но подготовка началась до смерти Кирова, а после неё работа резко ускорилась. Его смерть открыла именно те возможности, к которым они готовились.

Сталин резко повернулся к нему.

— Я понимаю разницу между доказанным и недоказанным. Но Киров был моим другом, и девять лет мне объясняли эту историю совсем иначе. Теперь выясняется, что его смерть стала началом заранее подготовленной переделки всего Ленинграда.

Он вернулся к столу, провёл пальцем по списку кадрового резерва и с короткой злой усмешкой покачал головой.

— Нет. Этих двоих оставлять нельзя. Какая ещё ценность в них самих? — Сталин раздражённо сдвинул бумаги. — У тебя специалистов по сетям мало? Идёт война, а эти внутри страны работают на троцкистов, чужие деньги, немцев и готовят смену руководства Ленинграда. Это уже не партийная возня, а подрывная деятельность.

Он снова посмотрел на материалы по Кирову.

— А если Куусинен действительно причастен к смерти Сергея, ждать тем более нечего.

Берия открыл записную книжку.

— Тогда Куусинена и Андропова брать одновременно. Вместе с теми, кто способен предупредить основных фигурантов. В и сразу же повальные обыски, аресты, охрану архивов, деньги, переписка, средства связи. Второстепенные связи пока оставить под наблюдением.

Сталин взял новый карандаш и поставил возле обеих фамилий жирные галочки.

— Сегодня ночью. Привлеки армейскую разведку. Одновременно, чтобы один не узнал про другого. Куусинена — отдельно, и подними дело Кирова заново. Мне нужны их связи с Четвёртым интернационалом, немцами, финансистами и всё, что касается подготовки убийства.

Он перевернул несколько страниц Андропова.

— А поэтому выяснить другое. Кто слепил самого Андропова. Кто закрывал дыры в биографии, подписывал рекомендации и тащил наверх. Такая карьера