Бесконечность - Марцин Подлевский

— Готовность систем! — прогремел Тип, поворачиваясь к главному интеркому «Гнева». — Усилить магнитное поле! Солто!

— Да, господин генерал?

— Мне нужно связаться с флотилией, немедленно!

— Есть! — Бледная как стена, Диана без особой надежды наклонилась над навигационной консолью и нажала кнопку экстренной связи с Сердцем. Начала быстро что-то говорить в микрофон, но было видно, что она не получает никаких хороших новостей. Пикки нервно облизнул губы и снова взглянул на неостекло.

То, что приближалось к ним, действительно можно было принять за город, но город огромных готических зданий — странно пустых и мертвых соборов, озаренных зеленоватым, гнилым светом с примесью болезненного голубого. Титан — потому что в его огромных размерах уже не было сомнений — казался дрожащим от Глубины, призрачная структура которой облепила его, как разорванное магнитное поле.

— Время удара волны Т минус сто двадцать, — объявил Айра.

***

Фибоначии удалось добраться до гиперболоида.

Массивная геометрия Машин размером с суперкрейсер впустила ее внутрь без колебаний. Небольшой транспортник проник в темный ангар, вход в который сразу же закрылся неометаллом. Красивая Четверка приземлилась рядом с векторами — машинами-истребителями, похожими на наконечники конических стрел — и сразу же подала сигнал о прибытии своим подчиненным Машинным Сущностям.

Компьютерный разум, заполняющий гиперболоид, в принципе не имел спецификации, хотя для общения с людьми его назвали Ньютоном. И именно он первым почувствовал своего капитана.

Он включил свет и затопил Фибоначию машинной версией надъязыка, сообщая о повреждениях, вызванных исчезновением Синхрона. Для постороннего наблюдателя этот короткий обмен информацией прозвучал бы как серия компьютерных щелчков, но Ньютон не общался с Машинными Сущностями иначе, если только не использовал vinculum серверной Связи, протянувшейся бесчисленными щупальцами по внутренним помещениям корабля. Но времени на долгие разговоры не было. Машинный капитан геометрии выбралась из транспорта и направилась к криптам и палубам, в направлении spectrum — эквивалента человеческого СН на кораблях Машин.

Когда она подошла к месту, по гиперболоиду прошел информационный всплеск. Что-то происходило; то, что она увидела, когда добежала до spectrum, сбивая по пути выходящих из своих крипт и сильно удивленных Машин всех уровней.

Грим Бледного Короля появился на огромных экранах Эмитера Данных, как предвестник скорой гибели. Данные о подобных явлениях были фрагментарными даже для изучающего возможность их существования Единства, но их хватило, чтобы Фибоначия застыла как вкопанная.

— Atropos, — прошептала она. — Необратимый.

— СЛАВА БЛЕДОМУ КОРОЛЮ, — раздалось из Эмиттера. Тяжёлый и мёртвый голос, несомый через Глубину Белым Шумом, прорвался через все возможные защиты и громко раздался на всех выживших кораблях Флотилии Пятнадцатой.

***

— Он всего один… — слабым голосом сказала Ама Терт сразу после того, как грим передал сообщение. — Но что бы это ни было…

— Наверное, какой-то корабль Консенсуса Ксено, — неуверенно заметил Гняздoвский. — Какого-то… ксенокороля или как там его назвать.

— Что бы это ни было, «Миротворец» не может позволить себе прямой конфронтации, — сказала капитан. — У нас слишком много повреждений и слишком мало экипажа. Учитывая размеры этого явления, единственным выходом кажется массированная атака всей флотилии на грима.

— На что? — не понял Гняздовский. Ама моргнула.

— Я оговорилась, — сказала она, хотя загадочное название звучало в ее голове, как будто оно было там уже давно. Она знала старые легенды, поэтому, видимо, слово вдруг вскочило ей на язык, как из забытой шкатулки. — Лейтенант, пожалуйста, выведите «Миротворца» на линию с ближайшими судами и переключите энергетику ядра на наступательные действия, — добавила она, немного оправившись от странного впечатления, которое произвел на нее чужой корабль. — Если генерал Тип примет подобную стратегию, у нас есть шанс уничтожить этот корабль. Ронья?

— На связи. — Голо кастрированного ИИ появилось на консоли.

— Ты займешься поддержкой стратегического анализа, — решила Терт. — Если вычислишь, что флотилия не принимает мою стратегию массированного удара, немедленно сообщи мне об этом.

— Есть, — подтвердило голо растрепанной девочки.

— Выполняй, — приказала Ама, и ИИ закрыла свое голограммное изображение. Капитан повернулась к своему заместителю. — Лейтенант? Рекомендую перейти от наступательной стратегии к оборонительной в случае отрицательного ответа ИИ.

— Есть, госпожа капитан, — сухо ответил Гняздoвский.

До удара волны оставалось около сорока трех секунд.

***

В принципе, всё произошло быстро.

То, что осталось от Флотилии Месть, состояло из двух эскадрилий крейсеров и четырёх эскадрилий эсминцев. Все это дополнял объединенный дивизион фрегатов, пять прыгунов, два истребителя и один бомбардировщик. Ама Терт отвечала за первый дивизион, а полковник Мозара с «Капитолия» — за второй дивизион крейсеров. Эсминцы были переданы под опеку подполковнику Филусу на корабле «Лазурный Поезд» — постаревшему ветерану из Обода Федерации, чей сын Эдус командовал выжившей эскадрой прыгунов. Надо всем бдительно бодрствовал суперкрейсер «Гнев» и союзный корабль Фибоначии, близкий по тоннажу к «Гневу».

К сожалению, дело все равно не выглядело оптимистично.

Несмотря на спасение почти пятидесяти процентов флотилии, большинство кораблей — может быть, за исключением эсминца «Коготь» Ханкуса и самого «Гнева» — представляли собой жалкое зрелище. Корабли, может, и не были так сильно повреждены, как «Миротворец», который Пикки по не совсем понятным причинам назначил флагманом дивизии, но их состояние оставляло желать лучшего. Тем не менее, план Амы Терт мог сработать — если генерал Тип и подчиненная ему флотилия додумаются до того же.

Разбросанные силы находились довольно близко друг к другу, но достаточно далеко, чтобы потенциальный взрыв одного из кораблей не повредил другие. Связь все еще не работала, но ИИ решили эту проблему, используя вспышки корабельных прожекторов, аварийную версию забытого во мраке галактической истории средневековой морской азбуки Морзе. Первым начал «Капитолий» Мозары, и остальные корабли быстро подхватили идею.

К сожалению, эта идея провалилась так же быстро, как и появилась. По двум причинам.

Во-первых, флотилии достигла электромагнитная волна. А во-вторых, на нее напал грим.

Предсказанный ИИ удар не был особенно сильным. То, что ударило по кораблям, немного напоминало действие ЭМИ — Электромагнитного Импульсного Передатчика — хотя и было слабее. Системы на мгновение зависли, часть функций вышла из строя, магнитные поля замигали. Однако подготовленные к этому человеческие техники и кастрированные Искусственные Интеллекты быстро взяли ситуацию под контроль, частично перейдя на аварийное программное обеспечение или защитив наиболее важные элементы с помощью программного сна.

К