Странная Вилма - Лора Лей

— Да, брат, всю голову сломал я с этой историей... — в который раз вздохнул граф. — Сам понимаешь, государь заинтересован в степи, там и земли, и бухарцы склоняются, а главное, проход к Джанго через их перевал уж больно удобен — по морю-то к тамошним товарам нам ходу, считай, что нету, британцы сидят там крепко! С маджурами, теми, что по Амуру граничат, мы худо-бедно торгуем, да только нет у них шелка, фарфора и прочих диковин, да и властители их не особо к диалогу склонны. Не пакостят и ладно, все в себе… А тут джунгары сами инициативу проявили, вслед за ногайцами и кайсарами на контакт пошли.

— И каким же боком тут эта баронесса?

— Вот о чем и речь! Тэмушин Эрдэн, ставший главой Зеленого знамени после смерти князя Илушуна, поставил условие, чтобы она обязательно вошла в состав нашей делегации, что отправится на их курултай, чтобы там, на собрании вождей степняков, подтвердить (я надеюсь) договор о сотрудничестве между нами и их народами! И это при том, что именно ее волк загрыз Илушуна!

— Как так? — Алексей аж подскочил в кресле. — Да быть того не может! Они же теперь кровники, вроде как… Да и …баба она…

— То-то и оно, братец… Этот Темушин-гуай… непрост, ох и непрост, поверь мне! Словечка в простоте не скажет… Мало того, что от виры отказался за князя, так еще и повинился перед государем, что причинили его соплеменники вред нашему человеку… И он-де желает отплатить сироте, приглашая её … посетить курултай и степь показать хочет… Вроде как тем самым добрую волю выражает и надеется на … взаимность.

— Черт знает что, Саша… — почесал по-мужицки затылок дворянин помоложе графа и залпом опрокинул в себя стопочку, опять же по-мужицки выдохнув и занюхнув хлебушком. — Чудесаааа… А что государь на то?

— А что государь? Встреться, мол, пощупай-посмотри да и… добейся согласия девы на поездку… Если от того будет польза, то …получит она … благодарность императорскую — многозначный обмен взглядами завершился еще одним тостом.

— И как она? — хохотнул Алексей. — Все они, провинциалки, от столицы в восторге? А эта и страшненькая, поди?

— Все бы тебе, Алеша, зубоскалить! — беззлобно упрекнул брата хозяин. — Да только не угадал ты!

— Неужели? Ну опиши! Как вошла, как говорила…

— Ох, я с тобой серьезно, а ты…

— Все, молчу и слушаю! Рассказывай, как прошло рандеву…

— Необычно, прямо скажу… Еще когда Яков Куницын отчитывался, что привез её и поселил в «Столешниках», он намекнул на её … особенность внешнюю и отметил, что глупой тетехой её считать не стоит…

— Яшку посылал? Даже так? Ну и…?

— Красивая она, братец, стройная и… нерусская! Если бы не седые волосы, чистая испанка! Она мне кого-то напомнила… Из молодости … Так и не вспомнил пока.

— Седые волосы? В её возрасте? — удивился собеседник.

— Да! Очень необычно! Куницын сказал, что поседела она после гибели опекуна и волка… Страшное там дело было… Так вот. Хромоты почти незаметно — обувь специальную носит, смущения — нет вообще или хорошо прячет, смотрит в глаза, кланяться не умеет, говорит мало, чисто, никого владимирского говорка, как и улыбки кокетливой. Знаешь, мужик в юбке скорее, чем засидевшаяся в девках барынька. Держится ровно, с достоинством, без суетливости, вопросы задавать правильные умеет, о политике рассуждает… совсем неплохо. Меня не боялась, будто каждый день с министрами в кабинетах заседает. Никакого пиетета, но с уважением к должности. Проблему вычленила быстро, хмыкнула только чуть-чуть… презрительно, веришь? Ни о каких привилегиях не просила, кроме личных извинений от степняков и губернатора …Владимирского хотя бы. Так и сказала — «хотя бы»…А ведь он докладывал, что вопрос был …решен им. Надо уточнить из интереса — приносил ли Шавлыгин соболезнования баронессе или просто откупился поминками?

— Хм, надо же… Но суть-то не в том? Что дальше? Согласилась поехать в тмутаракань?

— Обещала ответить после того, как я ей состав посольства назову и с главой его познакомлю, представляешь? Вот зачем ей это, как думаешь? А, еще спросила, будут ли у неё права какие или она «свадебным генералом» числиться станет…

— Что за свадебный генерал? Не слыхал никогда о таком… Хотя, кажется догадываюсь — рассмеялся Алексей Михайлович. — Типа украшения стола, да? Для форсу, а не для дела?

— Вот-вот, почти так и объяснила! Знаешь, брат, я после встречи с ней …долго в себя приходил. Непривычно как-то… Сидит такая дамочка строгая, глаз не отводит, слушает внимаааательно… и молчит! И лицо, будто маска… Ничем не дрогнула.

— Ты не спросил, она в покер, часом, не играет? Штурц-то славился выдержкой за столом… Царство ему небесное!

— Сказала — немного умеет, но не любит — фыркнул граф.

— Кхм… А что любит, ты не спрашивал?

— Волков и собак! Они, говорит, честнее людей и благороднее.

— Согласен, согласен… Ишь как, она точно не дура, прав Куницын. Кстати, а кто послом-то назначен? — задал вдруг вопрос младший Ромоданов.

— Петр Алексеевич Меньшиков, товарищ министра нашего, графа Горчаева.

— Да ладно? Нет, старик он умный, хитрый, мудрый и преданный государю … Но, Саша, он же… — понизил голос Алексей.

— Болен, имеешь ввиду? Есть такое, да только сам он вызвался. Так и сказал, что чем в постели помрет, лучше уж при исполнении и во славу Отечества. Завещание написал, чтобы, мол, никого не винили, осознает последствия. Лекари ему пару лет точно обещают, а там как Бог даст.

— Силен старик, уважаю! С ним-то дело, наверняка, сладится… Дорога, однако, дальняя, тяжело будет. Кто еще?

— Да много кого набралось… Из Академии наук и из университета несколько ученых профессоров, интерны им на подхват, казаков три взвода охраны отсюда, а как до степи поберутся, поменяются частью на поволжские отряды и поболе будет их… В это я уже не лезу, мне дипломатов натаскать, обоз собрать, документы подготовить, дары… Ох, братец, не поверишь, как я волнуюсь! Давненько такого посольства не формировали… Да и едут не за две сотни верст, а за тысячу, мало ли! А то и дальше, если получится у Меньшикова охмурить джунгаров, чтобы за перевал провели… А там что? Степь неоглядная, Алеша! Голубь не долетит, про верховых вообще молчу…

— Ага, и тут — бабу надо взять… — поддел младший.

— Ну, хоть ты-то не сыпь мне соль на рану! — огрызнулся хозяин дома. — Совесть меня мучит — невинную, в общем-то, девку в такую-то авантюру втравить