Кровь Десяти - Рия Райд

Теперь, когда здание Конгресса было частично разрушено, а угроза новых атак Вениамина Нозерфилда так велика, собрания приходилось проводить в строгой секретности и в ограниченном кругу тех, в чьей верности ни у кого не было сомнений. Каждый раз в разном месте, координаты которого Поль Лорес сообщал меньше чем за сутки. В этот раз Карл Багговут милостиво согласился предоставить для совета свою резиденцию, которую Андрей знал наизусть. Дом семьи Багговут был, пожалуй, единственным местом, кроме Кальсиона, которое Нейк Брей всегда посещал с охотой. Ну и, конечно, часто брал Андрея с собой.

Возможно, ему нравилось здесь, потому что резиденция Багговут походила на его собственный дом – мрачная, но уютная за счет мягкого, теплого света и гладких, шелковых ковров; просторная, но не пугающая и пустынная, а скорее величественная, с высокими сводчатыми потолками, перетекающими в массивные колонны гостевых залов, и арочными окнами в пол, украшенными витражами. В отдельных комнатах они были завешены тяжелыми, такими же темными, как и стены, занавесками с синеватым отливом, гармонично перекликающимися с другими синими деталями интерьера – встроенными светильниками, декоративными столами на резных изогнутых ножках и массивными рамками портретов членов семьи знатного дома. Для Андрея до сих пор оставалось загадкой, почему именно синий Багговут десятилетиями считали цветом своей семьи, хотя того даже не было на их гербе. Но от этого их семейные покои еще больше напоминали ему Кальсион, который он уже давно считал своим домом.

В главном зале резиденции ожидали начала собрания всего несколько десятков семей. Как мало, с ужасом осознал Андрей, когда они с Муной прошли внутрь. Как мало тех, кому они могли доверять, и как ничтожны их силы против лагеря Вениамина.

Нейк уже был здесь и тихо переговаривался с Карлом Багговут, Лаимом Хейзером и Полем Лоресом. Он казался крайне сосредоточенным. Густые брови были сведены к переносице, а лицо осунувшимся, очевидно, после нескольких бессонных ночей. Дело плохо, понял Андрей по одному только его тяжелому взгляду.

Он оглядел зал, вычленяя знакомые лица. Подис были здесь. Ракиели, Лаферги, Бренвеллы. Андрей почувствовал легкий укол вины, когда понял, что даже не попытался найти взглядом Софию. Хотя вряд ли она этого хотела – их последний личный разговор состоялся на Элькаде больше трех месяцев назад, когда Мария «чинила» ее сознание. Тогда он признался Софии в том, что его прежние чувства остыли, что он испытывает к ней лишь уважение и глубокую дружескую привязанность, и был неумолимо вышвырнут вон.

– Иногда так бывает, когда пытаешься задрать две юбки одновременно, Эндрю, – посочувствовал Питер. – Именно для таких случаев я всегда держу про запас третью.

Алик с Марией должны были появиться с минуты на минуту, и Андрей не мог заставить себя перестать оглядываться на дверь. Лукаса и Корнелии здесь, само собой, не было – Поль Лорес до сих пор не взял их под стражу лишь потому, что Нейк Брей и Андрей лично поручились за них перед Конгрессом, обещали использовать их семейные связи с Вениамином, чтобы добраться до него. Андрей искал глазами Питера, который должен был прибыть раньше всех, но почему-то до сих пор не появился. Он собирался отправить ему сообщения, как заметил в оживленной толпе огненные волосы Изабель.

К удивлению, Андрей не обнаружил рядом с ней Кристиана. Изабель выглядела взволнованной и незаметно вошла в зал под руку с девочкой-подростком, которую он еще никогда не видел прежде. Ее белые как пепел волосы волнами спускались до плеч, а кожа казалась такой белоснежной, словно незнакомка была призраком.

– Это сестра Кристиана? – изумленно приподнял брови Андрей, когда, заметив его, Изабель будто даже обрадовалась, что-то быстро шепнула спутнице и подошла, чтобы поприветствовать.

– Да, – с паникой в голосе шепнула Изабель, – Эмилия заставила меня взять ее с собой, я не могла ничего сделать. Когда Кристиан узнает, что она явилась сюда, он будет в ярости. У него были дела в соседней системе, – добавила она, опережая его вопросы, – он должен быть с минуты на минуту.

«Вылитая Джорджианна, – подумал Андрей, разглядывая Эмилию, – разве что волосы белее». Он слегка кивнул, когда, словно в ответ на его мысли, Эмилия оглянулась и посмотрела на него. Ее острый взгляд полоснул его как лезвие ножа, и, кажется, ей даже не пришло в голову приветствовать его в ответ. Она высокомерно оглядела его с ног до головы и, приподняв подбородок, демонстративно отвернулась.

– Как мило, – поджав губы в натянутой улыбке, сообщил он.

– Не обращай внимания, – вздохнула Изабель. – Плохая новость: Эми не самая большая твоя фанатка. Хорошая – всех остальных здесь она ненавидит в равной степени.

– Из нее выйдет хороший политик.

– Надеюсь, – озадаченно пробормотала Изабель, – пока из нее получается только хороший диктатор.

Она вернулась к Эмилии, и Андрей настрочил сообщение Питеру.

«Ты где?»

Ответ пришел меньше чем через минуту.

«Соскучился? Нарисовалась пара срочных вопросов,

Эндрю, так что в этот раз я, пожалуй, пас».

Полминуты Андрей в недоумении смотрел на сообщение, пытаясь понять – это Питер несет чушь или это он не так прочитал сообщение. На мгновение он представил, как объявляет перед судьями, Конгрессом и всей коалицией о том, что Питер Адлерберг не сможет к ним присоединиться из-за пары срочных делишек.

«Пас? Пит, ты что, пьян».

«Это вопрос или утверждение? В обоих случаях – увы, нет, хотя было бы очень кстати».

«У тебя есть минута. Лорес уже открыл заседание».

Все уже заняли места. Судья хрипло откашлялся и взял слово, но Питер так и не ответил.

«Пит!»

«Прости, Эндрю. Давайте там как-нибудь без меня».

Андрей принялся строчить ответ, но в конечном итоге вздохнул и стер сообщение. Бесполезно угрожать Питеру, ему ли не знать.

– Вениамин Нозерфилд выдвинул условия, – без вступления начал Лорес и внимательно оглядел зал. – Где Его Величество? – требовательно спросил он, заметив, что место Кристиана рядом с Изабель по-прежнему пусто.

– Он должен быть с минуты на минуту, – отозвалась она.

– А мисс Понтешен?

– Тоже, – сухо буркнул Нейк. – Довольно валять дурака, Поль, они знают о собрании, у нас нет времени на прелюдии.

Андрей усмехнулся. Только Брей мог позволить себе так общаться с ним, другими верховными судьями, да с кем угодно. Вероятно, он был единственным человеком во вселенной, который при необходимости мог осадить хоть весь Конгресс. Андрей бы не удивился, если бы узнал, что Нейк прикрывает звезды, чтобы те не сияли слишком ярко и не мешали ему спать.

– Мисс Понтешен должна была прибыть… – вспыхнув, начал Лорес, но не договорил, потому что ровно в