Хранительница замка - Райан Гродин

Слуга Сумеречной королевы разглядывал алмазные окна так, будто только что проснулся и теперь пытается вспомнить, где это он заснул.

– Никакой это не праздник, – сказала Фэй. – Это будущее нашего королевства!

– Это и то и другое, – возразил волшебник Запад. – И так было всегда. Лучший способ помешать Сумеречной королеве вырваться на свободу – как можно скорее найти мне преемника. Теперь, когда мы знаем, что этот негодяй замышляет, лучше и не придумаешь! – Волшебник Запад схватил самозванца за рукав пижамы и потащил его к двери. – Он будет руководить турниром, полагая, будто от него что-то зависит.

– И будет прав! – заявила Фэй.

Но призрак словно не слышал ее:

– А я буду оценивать кандидатов со стороны. Завтра состоится конкурс по облачной лепке, и тогда у меня сложится гораздо более четкое представление о том, кто из мальчиков пойдет по моим стопам! С помощью преемника мы укрепим заклинания Селурдура и выгоним отсюда этого духа, вышвырнем его, точно кусок тухлого мяса. В запасе у нас целых два дня! Никто и не догадается!

Ожидая поддержки, Фэй огляделась. Аргон замер, Макс выглядел так, словно предпочел бы накрыться с головой мантией-невидимкой и исчезнуть, Иллиан по-прежнему злилась и явно ни о чем не думала. Высказался только Пак.

– Можно попробовать схватить этого злого духа без помощи со стороны, но он древний. И сильный. Получится не церемония, а битва… Если перед этим сражением фундамент Селурдура не укрепить заклятьем, замок обрушится.

Фэй сглотнула. Почему все так сложно? Ведь так не должно быть.

И им достаточно просто попросить о помощи.

– Из-за Равновесия самим волшебникам приехать сложно, но их ученики-то, – не отставала Фэй, – они-то вполне способны приехать сюда, в Селурдур?

– Тогда гости встревожатся! – отмахнулся волшебник Запад. – Дух примется крушить все вокруг, а ведь фундамент-то еще не укрепили! Так, глядишь, и вторая Эпоха теней начнется!

– Значит, пускай лучше Вэнс Грейвсворт здесь все крушит? – Фэй вспомнила, как разлетались щепки срубленного дерева, которое росло на спине у Нела.

Сегодняшний спор напомнил Фэй ту ночь, когда она умоляла волшебника Запада защитить старого дракона. Правда, сейчас на карту поставили не просто несколько деревьев. Запад молча склонил голову и задумался.

Сердце у Фэй подпрыгнуло.

А вдруг волшебник ее все-таки послушает!

– Хм… Младший Грейвсворт. Во время испытания мужества я разглядел в нем некие зачатки смелости. Как по-вашему, может, и правда, пускай он будет моим преемником?

– Нет!

– Нет!

– НЕТ!

От крика Фэй и близнецов в сарае задрожали стекла.

– Он плохо отзывается о кошках, – прошипел Пак.

Вздохув, призрак наморщил прозрачный нос.

– А вы, принц Макс, любите кошек?

– Конечно! – Но, вникнув в смысл вопроса, принц осекся. – То есть… может, и нет. Я… и правда не знаю. Я и приехал-то лишь потому, что откажись я, и папа закрыл бы мою лабораторию. Вряд ли из меня вышел бы хороший волшебник Запад.

– Я знаю птенцов василиска, которые с тобой не согласились бы! Да и правдогон твой тоже чудеса творит! – Волшебник Запад вгляделся в волосы принца. Неровные пряди тот зачесал назад, но цвет по-прежнему оставался ядовито-желтым. – Хотя с париком ты серьезно дал маху, так что, возможно, ты прав. Чтобы составить окончательное представление, надо оценить твои способности лепить из облаков, – он распахнул двери и повел самозванца обратно в замок. – Наши поиски продолжаются!

Глава пятнадцатая. Сигнал о помощи

«Пришло время взять все в свои руки», – снова и снова повторяла Фэй. Она вырывала чистые страницы из папиного «Руководства» и записывала события последних двух недель. Три письма с просьбами о помощи, адресованные трем волшебникам. Волшебник Запад, может, и гордый, а Фэй – нет. Трижды написав слово «Помогите!», она сложила письма самолетиками и посыпала их крылья «Скороногиусом» – порошком из перьев колибри, когтей гепарда и ртути.

Под серебряным тисненым узором Фэй написала имена адресатов: Север, Юг и Восток.

Подобные сообщения она отправляла и раньше. Эту работу Аргон часто поручал ей: чтобы бумажные самолетики не запутывались в ветвях, отправителю надо забраться выше деревьев, а Фэй как раз неплохо лазала по скользким крышам Селурдура. Лучше всего отправлять корреспонденцию с флюгера – платинового Пегаса. На самом деле это он управлял ветром, а не наоборот. Пегас всегда располагался на самой высокой точке замка, но никогда – на одном и том же месте. Порой добраться до него можно было за несколько минут, а в другие дни подъем занимал часы, поэтому перед восхождением Фэй часто брала с собой перекусить – и для себя самой, и для горгулий.

Однако сегодня вечером зайти на кухню она не решилась. Не сейчас, когда в кармане у нее письма, а по залам бродит в доспехах волшебник Запад. Да и самозванец тоже где-то неподалеку. Действие правдогона прошло, и теперь он, пытаясь загладить вину перед гостями, устроил вечеринку. Даже если Фэй удастся ускользнуть от внимания обоих волшебников, настоящего и поддельного, то мимо Рены ей уж точно не проскочить. Стоит Фэй зайти за булочками, как повариха наверняка заставит ее прибирать на кухне.

Так что на крышу Фэй поднялась с почти пустой сумкой, а когда горгульи, услышав ее, выглянули из-под карниза, она извинилась. Статуи нервничали даже сильнее, чем обычно: прижав уши, они тревожно, на цыпочках, переступали с ноги на ногу, словно черепица Селурдура не серебряная, а сделана из яичной скорлупы. Они словно понимали, какая угроза нависла над замком – и над всем остальным.

Фэй невольно чувствовала то же самое.

Когда Фэй добралась до флюгера, солнце еще не совсем зашло. Остановившись возле Пегаса, Фэй любовалась золотистым светом, разлившимся по окрестностям. С арены, где теперь лежал Нел, поднимался пар. Окружающие сады постепенно восстанавливались, цветочные вензели «ВЗ» вновь расцветали, а возле пруда резвилось стадо кустов. Как обычно при закате, лунофруктовый сад наполнялся светом и его плоды, словно ранние звезды, отражались в стеклянных стенах оранжереи.

Как же странно, что такое красивое место – на самом деле ключ к тюрьме.

По земле возле замка протянулись вечерние тени, и Фэй старательно гнала от себя мысли о Сумеречной королеве.

Она развернула Пегаса так, чтобы он смотрел на букву S. Флюгер взмахнул крыльями, ветер изменился на южный, и Фэй вытащила из сумки письмо для волшебника Юга.

Раньше она еще ни разу не смела так дерзко ослушаться волшебника Запада.

Разозлится он будь здоров.

Возможно, даже заставит своего преемника полностью превратить Фэй в кошку.

Но сейчас ей без разницы.

Кто-то из трех оставшихся волшебников наверняка им поможет.