Хранительница замка - Райан Гродин

Фэй оглянулась в надежде увидеть где-нибудь в уголке Пака. Куда же он запропастился? И где настоящий волшебник Запад? В трапезной стояло более дюжины доспехов, но ни одни не поспешили ей на помощь.

Иллиан уперлась руками в бока и шагнула вперед:

– Макс правду говорит, папа. Мы не жульничали!

Вэнс хмыкнул:

– Тогда почему вы полезли в небесную библиотеку лепить облака?

– Потому что… – Иллиан запнулась. Она понимала, что именно ей предстоит ответить и что истина покажется всем нелепой. Но принцесса выпрямилась и выкрикнула: – Потому что это не настоящий волшебник Запад!

Леди Ледчестер под потолком ахнула. Остальные кандидаты заворочались во сне, а Брайс Борзопёр оторвался от своей сверкающей пишущей машинки. Самозванец сердито стиснул кулаки. Но Иллиан продолжала говорить, пока кто-нибудь, пускай даже и Фэй, не остановил бы ее.

– Настоящий волшебник Запад умер во сне почти три недели назад. Это существо рядом с нами – всего лишь его тело… в которое вселился слуга Сумеречной королевы!

Леди Ледчестер ахнула еще громче. Вэнс замер и испуганно посмотрел на лже-Запада.

– Это очень серьезное обвинение, – строго сказал король Максимиллиан дочери.

Ко всеобщему удивлению, самозванец разразился смехом.

– Ваше Величество, это же все несерьезно! У принцессы Иллиан разыгралось воображение, и, боюсь, виновата в этом моя горничная, – он улыбнулся Фэй, которая прежде не замечала, насколько длинные у волшебника Запада клыки. – Она давно таит на меня зло, еще с тех пор, когда я наградил ее дополнительными ушами. Теперь вот пытается отомстить, забивая вашим детям головы ядовитой ложью.

Фэй вдруг почудилось, будто она попала в адское пламя, а пепельного чая, способного защитить ее от огня, под рукой нет. Она поняла, почему Макса так пугает вероятность стать похожим на отца. Король – совсем не такой, как папа Фэй, у которого руки вечно грязные, а на губах улыбка. Взгляд у короля такой же едкий, как заклятье колдуна. Он обжигал Фэй кожу и морозил ей сердце.

И тут между нею и королем встал принц Макс:

– Отец, он лжет!

– Я и правда видел, как эта кошка-служанка перешептывалась за ужином с принцем Максом, – беспомощно пролепетал Вэнс.

Иллиан повернулась к нему.

– Она просила нас о помощи! Просила Макса завтра во время испытания послать сигнал SOS трем другим волшебникам! Ты что, не видел, какие там буквы летали?

Вэнс ухмыльнулся.

– Если там и были буквы, то это надпись у вас на лбу: «Мы жульничаем!»

– Хватит! – заревел король так громко, что разбудил остальных участников турнира.

Зрителей прибавилось. Как же так? Все гости здесь, а Пака и остальных союзников Фэй нигде не видно? Она все бы отдала, лишь бы кто-то из рыцарей откинул забрало и сказал что-нибудь невероятно хвастливое, например: «Признайтесь, вы ведь никогда еще не видели такого красивого призрака? Да-да, я в курсе. Смерть редко кого красит. Но я исключение!»

Однако вместо этого в трапезной повисла неловкая тишина, и щеки у Фэй запылали. Ей хотелось что-то сказать, но она понимала, что слушать ее никто не будет.

У Иллиан, по крайней мере, есть титул, от этого ее слова и звучат более веско.

– Да, мы правду говорим! Этот дух хочет начать вторую Эпоху теней. Он сам признался сегодня днем, когда Макс напоил его правдогоном. Вы разве не слышали? Он же столько странного наговорил. О том, что ему две тысячи лет, и даже смерть им служит?

– Правдогон? – Глаза у самозванца, словно фитиль фейерверка, снова вспыхнули красным, и Фэй поняла, что назад пути нет. – То синее зелье? Дайте-ка угадаю, эта кошка-служанка подговорила вас его сварить? Боюсь, это еще одно проявление ее мести. Никакой правды это зелье не выведает. Это, Ваше Величество, скорее, яд, из-за которого я и нес чушь.

Король явно не знал, кому верить. Он перевел взгляд с волшебника Запада на своих детей. Макс снял очки, и Фэй вспомнила, что на обратной стороне одной из линз принц записал рецепт.

– Папа, это эликсир правды! Смотри, у меня вот тут и рецепт есть.

Увидев очки, король болезненно скривился. Он даже не посмотрел на список ингредиентов, которые Фэй собирала всю ночь, зато уставился на сына.

– Ты жульничал.

– Я пытался помочь друзьям…

– Ты опоил волшебника Запада ядом! – Король Максимиллиан стиснул очки Макса, и они треснули. Затем он повернулся к Фэй: – Это ты, ты его вынудила!

Гости затаили дыхание – все, кроме лже-Запада, которому вообще не надо было дышать. Он улыбнулся еще шире, Фэй посмотрела на него и почувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Ужасно. Все пошло наперекосяк. Настоящий волшебник Запад прав. Рассказав королю Максимиллиану правду, она только все испортила. Праздник провалился. Все кончено.

«А может, и не кончено», – подумала Фэй, глядя в пылающие глаза духа. Он явно не отпустит ее, ведь тогда она непременно налепит облаков с просьбой о помощи.

– Ваше Величество, – обратился самозванец к королю Максимиллиану, – я человек здравомыслящий и вижу, что в сложившейся ситуации ваши дети – жертвы, поэтому им я мстить не буду.

– Что?! – ошарашенно переспросил Вэнс. – Вы… вы не дисквалифицируете принца Макса?

– Нет. Если он захочет, разрешаю ему принять участие в четвертом испытании. Но для чистоты эксперимента это испытание я изменю. Раскрашенное ими небо я оценивать не стану. Полагаю, нам требуется некое более наглядное… перевоплощение, – он на миг умолк, и шерсть у Фэй встала дыбом. – Эта служанка не в первый раз меня разочаровала. Неудивительно. Но этот раз станет последним.

Где здесь ближайший выход?

Фэй знала, что убежать сейчас – значит признать свою вину. Но выбора у нее нет, и это она тоже понимала. Дверь на кухню всего в двух шагах… Вот только между дверью и ней самой стоял Вэнс Грейвсворт. И он уже закатывал рукава.

– Вот четвертое испытание: завершите превращение этой горничной в кошку. Желательно не говорящую. Победит тот, кто принесет ее мне, мяукающую, – объявил самозванец, – испытание начинается прямо сейчас.

Кандидаты нерешительно замерли. Удивились они не меньше Фэй. По законам Равновесия, никто из них не имел права накладывать заклинание перевоплощения. Но Вэнса Грейвсворта это не остановило, и он бросился вперед. Вэнс растопырил пальцы, и с них, потрескивая, полетели разряды магии, правда, на пути у него встала Иллиан, и ее юбки тотчас же покрылись мехом.

– Фэй, беги!

Заскрипели стулья, и остальные кандидаты присоединились к погоне. Фэй мчалась к кухне, а заклятья с шипеньем и