Хранительница замка - Райан Гродин

class="p1">Фэй бросила с крыши бумажный самолетик. Благодаря «Скороногиусу» самолетик стремительно пролетел над разоренным курятником и над лесом, где стоял ее домик на дереве, прямо к границам поместья.

А там вспыхнул и сгорел.

ПРОКЛЯТЬЕ!

Нахмурившись, Фэй вгляделась в южный горизонт, высматривая феникса или еще какое-нибудь существо, способное порождать огонь. Но небо оказалось чистым. Да и на земле она никого не увидела. Самозванец тоже вряд ли ее заметил, и он уж точно не поджигал ее письмо.

Фэй повернула Пегаса на восток и попробовала еще раз. Письмо для волшебника Востока заскользило над усыпанной гравием дорожкой к главным воротам. Оказавшись возле золотой решетки, и этот самолетик загорелся.

Фэй посмотрела на последний, адресованный волшебнику Северу, и наконец поняла. Письма, которые Запад отправлял другим волшебникам, он всегда скреплял своей личной печатью. Послания без этой магической печати пересекать границы поместья не могут. Иначе вдруг кому-нибудь вздумается подделать письмо? Мало ли что бывает. Именно поэтому остальные слуги отправляют письма с деревенской почты.

– Тьфу! – Фэй скомкала последний самолетик. Даже попытайся она отправить письма из-за ограды – они не полетят, ведь там магия Селурдура не сработает. Нельзя же просто наклеить марки и передать эти письма почтальону. Так они дойдут до адресатов только через три дня, а дело-то срочное. Волшебникам надо поскорее прислать сюда учеников. Фэй прислонилась к флюгеру и задумалась.

Как, интересно, Брайс Борзопёр отправляет в «Проклятое очарование» свои статьи? Может, уговорить журналиста, чтобы тот включил в следующий репортаж просьбу о помощи? Другие волшебники наверняка читают про устроенный Западом турнир. Воспримут ли они всерьез ее просьбу, если прочитают об этом в газете? Или все они тоже мечтают превратить Брайса Борзопёра в жабу?

Ничего толкового в голову не приходило. Солнце садилось, и Фэй начали одолевать мрачные мысли. Облака над ареной постепенно приобретали знакомую форму. «Буквы», – поняла Фэй. Вылепленные из остатков заката, они превратились в гигантскую надпись на пылающем небе.

ЛЕПКА ОБЛАКОВ

Значит, вот оно, четвертое испытание. Вытянув шею, Фэй увидела на веранде толпу гостей. Они восхищенно охали и ахали, пока самозванец, запинаясь, произносил речь о том, что волшебники – это провидцы, которые ведут королевство к свету магии. Теперь, когда Фэй знала правду, его слова звучали совсем фальшиво. Ничего особенного в волшебниках нет. Или, скорее, все остальные убеждены в собственной заурядности и поэтому считают волшебников особенными. Незнатные сельские мальчики и все девочки. Ведьмы-поварихи и колдуньи-садовницы. Женщины, которым заклятья очень помогли бы в домашнем хозяйстве. Несчастные фермеры, вымаливавшие у волшебника Запада заклинания, чтобы спасти урожай.

Благодаря Селурдуру Сумеречная королева томится в подземелье, однако магия тоже оказалась взаперти, и даже волшебники чувствуют себя узниками. Попавшими в ловушку отшельниками, о которых вспоминают только потому, что те раскрашивают закат. Впрочем, этот закат не особо удался. Фэй подозревала, что создатель его, кем бы он ни был, дальтоник. Сочное оранжевое небо, потускнев, превратилось в охру, а пурпурные облака налились синим и раздулись в грозовые тучи. Фэй невольно прикинула, какие слайды выбрала бы сама, находясь сейчас в небесной библиотеке…

Она бы справилась гораздо лучше.

И ей никто не мешает.

Фэй дернулась, Пегас крутанулся, и над замком поднялся ветер. Дамы хватались за шляпы, мужчины уводили своих спутниц с веранды внутрь. Афиши, объявлявшие о четвертом испытании, улетали прочь, в темноту. Но Фэй знала: ночь только начинается.

Когда Фэй вернулась в трапезную, гости вовсю веселились. Кто-то собрал уцелевшие зелья, сваренные участниками, разбавил их водой, и теперь все увлеченно играли в «Правда или желание». В основном дело ограничивалось желаниями. Синего зелья Фэй не заметила – значит, Максу хватило сообразительности потихоньку выбросить остатки праводогона. Зато у многих дворян прямо на лицах повырастали драгоценные камни. Под действием эликсира Сесила Уильямса запеченные овощи превратились в сыр. Парящее зелье тоже пользовалось успехом: в раздувшихся, словно воздушный шар, юбках, леди Ледчестер взлетела к люстре.

Схватив кувшин с водой, Фэй направилась к столу участников, где принц Макс с опаской откусывал морковку, которая сделалась чеддером. Неподалеку сидел Вэнс – стоило Фэй подойти, как он злобно уставился на нее. Он даже и не думал благодарить ее за то, что спасла его от хищной тиары. И гнилую вишню Вэнс тоже не простил – сок он вытер, но шея все равно осталась красной. А может, это он от злости покраснел.

Однако утешать его Фэй не собиралась. Она нарочно отвернулась от Вэнса и, пренебрежительно взмахнув хвостом прямо у него перед лицом, сделала вид, будто наливает Максу воды.

– Надо, чтобы ты помог передать трем остальным волшебникам послание о помощи, – прошептала она принцу.

– Как? – тревожно спросил он.

Да и неудивительно, что он переживает.

– Никаких проклятых париков. И огня феникса. Честное слово! – Больше Фэй ничего не сказала. Она чувствовала, как взгляд Вэнса почти дырку в ней прожег, а за соседним столом сидел лже-Запад. Про его крамольные рассуждения в зельеварительном сарае все, похоже, забыли. Даже фотограф, который сейчас охотно показывал духу свою камеру. Самозванец заглянул в объектив и случайно сделал снимок – вряд ли удачный.

– Встретимся возле ваших комнат. Побыстрей. И приведи Иллиан.

– Куда сейчас пойдем? – поинтересовалась Иллиан, когда Фэй встретила близнецов возле королевских покоев. – В кладовку, где полным-полно летающих метел?

Когда они прошли мимо парадной лестницы, Фэй приложила палец к губам. Несмотря на поздний час, вечеринка продолжалась, хотя проснуться кандидатам предстояло до рассвета. Фэй довела принца с принцессой до другой лестницы – та вела наверх, но закручивалась, как улиточий панцирь, поэтому конец ее скрывался за очередным изгибом. В это крыло замка Фэй не заглядывала с тех пор, как волшебник Запад попытался наложить на нее проклятье.

– Нам надо в небесную библиотеку, – тихо объяснила она, – там волшебник Запад создает закаты.

– Зачем? – удивилась Иллиан.

Фэй уже добралась до поворота, где пол стал прозрачным. Несколькими этажами выше она видела их цель – помещение, заваленное кистями и заставленное корзинами с заготовками для облаков. Вдоль стен там тянулись стеллажи с небесными слайдами и другими инструментами, необходимыми для раскраски неба.

– Раньше я думала, что это просто для красоты, но Пак, наверное, прав. Волшебники раскрашивают небо, чтобы удержать бури, созданные Сумеречной королевой, подальше от острова.

– Нет, в смысле, зачем мы сюда пришли? – Принцесса показала на невидимые ступеньки. – Это испытание Макс и без посторонней помощи проиграет. Он и по лестнице-то не осилит подняться.

Фэй оглянулась. Видок у Макса был и впрямь жалкий: принц вспотел и, вжавшись в стену, наблюдал, как сестра поднимается наверх.