Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

— После чего?

Неожиданно, Мыстан открыла ладонь и выдохнула белую пыль в своего сына. Бердибек тут же рухнул на землю.

— Ты не хочешь, чтобы сын увидел твою казнь, Мыстан? — Голос Алтын Адама стал твёрже.

Свет за его спиной угас окончательно. Теперь он стоял перед ней, реальный, неоспоримый, словно сама смерть.

— Я ждала чего-то подобного… — прошептала она. — Но с тех пор, как у меня появился сын, я надеялась, что смогу измениться.

— И что же тебе помешало?

— Материнские инстинкты. Я хотела дать ему лучшее… А как ты знаешь, лучшее всегда запретно в мире магии.

— С этим я спорить не стану. Но твой путь давно окончен. Время отправляться в подземный мир.

Мыстан взглянула ему в глаза и усмехнулась.

— Как и тебе, нестареющий подлец.

Третьим артефактом была железная «Маска Воина», на поверхности которой выгравированы лики древних воинов. Мыстан не создавала её, а украла, поэтому артефакт не нёс в себе проклятья. Напротив, он даровал владельцу силу — способность говорить с душами поверженных врагов.

Достаточно было надеть маску и взглянуть на жертву, чтобы увидеть всех, кто когда-либо сражался с ней. Эти призрачные воины могли поведать о своей смерти, раскрыть слабости своего убийцы или даже открыть способ, как его уничтожить. Разговор с мёртвыми мог длиться часами, но в мире живых проходило лишь мгновение.

Когда Мыстан посмотрела сквозь маску на Золотого Человека, её охватил ужас. За его спиной стояли тысячи существ — от обычных людей до исполинов, чьи очертания невозможно было воспринять человеческим разумом. Некоторые были облачены в доспехи, покрытые трещинами, с ранами, зияющими даже после смерти. Другие же казались тенями, огромные космические создания, что возвышались, словно башни. Их тела не имели чётких границ, только колышущиеся силуэты, сотканные из звёздного мрака.

Их было слишком много и все они заговорили одновременно.

— Нет брони прочнее, чем доспехи Алтын Адама. Мы пали, потому что не смогли пробить их. Ни клинок, ни огонь, ни колдовство — ничто не способно их разрушить.

Слова эхом разнеслись по пустоте, но вдруг вперёд вышел маленький мальчик. Он выглядел жалким. Одежда висела лохмотьями, а ноги дрожали, будто он не умел стоять на месте. Его лицо оставалось опущенным, но оно не выражало страха — лишь странную отрешённость.

— Я помню… — прошептал он, едва шевеля губами. — После того как он убил моего отца, он забрал меня к себе. Он думал, что я всего лишь запуганный ребёнок. Поэтому он привёз меня домой и постелил мне кровать. Мыстан затаила дыхание.

— Сам он снял свою броню и уснул. Именно тогда я достал нож и попытался его убить. Но у меня не получилось…

Мыстан резко сорвала маску. Этот ответ её не устраивал. Она не могла ждать, пока враг снимет доспехи сам. Она должна была победить его здесь и сейчас. В её глазах вспыхнула тьма.

— Раз магия не работает… значит, мы используем нечто более страшное.

Подняв руки выше, Мыстан скосила глаза, впиваясь взглядом в Алтын Адама. Тьма закрутилась вокруг неё, словно живой туман, прядя свои невидимые нити. Она уже начала произносить нужные слова, когда вдруг почувствовала жгучую боль в животе. Огонь вспыхнул в её груди. Она опустила голову и увидела пылающий меч, пронзивший её тело.

— Никогда не любил проклятья. — Голос Алтын Адама звучал спокойно, но в нём сквозила усталая бдительность. — А с такими могущественными колдуньями, как ты, я особенно настороже.

Её колени подкосились. Алтын Адам удержал женщину, медленно опуская её на землю, как если бы хотел дать ей уйти с достоинством. Но его взгляд внезапно метнулся в сторону Бердибека, он стоял, крепко сжимая книгу. На страницах Безумного договора уже было выведено его имя.

— Нет, не делай этого! — Алтын Адам молниеносно оказался перед ним и вырвал книгу из его рук.

Бердибек поднял на него тяжёлый, озлобленный взгляд.

— Ты даже не дал нам объясниться. Мы с матерью сделали много добра… И могли бы принести ещё больше пользы.

Алтын Адам медленно покачал головой.

— Дай человеку пару артефактов — и он почувствует себя богом. Именно поэтому я здесь, Бердибек. Чтобы остановить тебя.

Бердибек не ответил. Медленно, без спешки, он стянул кожаную перчатку, обнажая ладонь, словно раскрывая скрытую угрозу. После, он поднял руку, демонстрируя кольцо, и в этот момент тишина сгустилась, будто сам воздух застыл в ожидании. Время тянулось мучительно медленно, каждая секунда ощущалась, как вечность, но Золотой Человек не отвёл взгляда, словно пытался заглянуть в самую суть проклятого артефакта.

«Раз… два… три.»

В тот же миг кольцо дрогнуло, и из него потекла густая, чёрная жижа, растекаясь по коже, будто живое, голодное создание, рвущееся наружу. Она вытекала всё быстрее, извиваясь, словно тени, стремящиеся обрести форму. Алтын Адам никогда прежде не видел подобной магии. Он наблюдал, как тёмная субстанция растекалась в воздухе, заполняя пространство необычным сиянием, странно схожим с его собственной аурой. Это не могло быть совпадением. В глубине разума вспыхнула тревога, но он ещё не осознавал, что именно сейчас происходит.

Рука его инстинктивно сжала меч, и, не теряя времени, он метнулся вперёд, направляя клинок прямо в источник этой силы. Но прежде чем сталь достигла Бердибека, из сгущающейся субстанции вырвалась рука, точная копия его собственной. Кисть двигалась с молниеносной скоростью и, прежде чем меч достиг цели, сжала клинок, остановив удар. Алтын Адам замер, глядя в своё отражение, рождающееся из мрака.

— Это подарок от моей матери, — голос Бердибека звучал спокойно, но в нём сквозила холодная уверенность, как у человека, знающего, что его следующие слова изменят всё. — Оно создаёт твою копию, и единственный способ остановить этот процесс — проклясть меня через безумную книгу, взглядом он указал на книгу, что держал в руке.

— И почему же ты делишься этим знанием? Хочешь, чтобы я использовал его против тебя?

— Оно приносит несчастье каждому, чьё имя вписано в его страницы, но если проклятый умрёт в течение семи дней, проклятие перейдёт к тому, кто его наложил, — голос Бердибека звучал твёрдо, но в нём слышалась холодная угроза. — Ты убил женщину, которая пыталась измениться, которая хотела стать лучше. Ты отнял у меня мать.

Его взгляд потемнел, в пальцах мелькнуло напряжение, но он не дрогнул.

— Я не смогу убить тебя, я не дурак. Но хотя бы с помощью книги я смогу отомстить. А иначе твой двойник появится через мгновение, и, как мне кажется, ваша битва разрушит половину планеты, я прав?

Бердибек резко бросил книгу в его