Нартуган: Из огня и магии - Ануар Нурланулы Кошкарбаев

— Что ты делаешь?

— Ты иди. Поговори с ним. Мне нужно посмотреть на него, не выдавая, что на мне надета эта маска.

— Хорошо.

После этого Нартуган медленно начал подниматься вверх, к выходу. Перевёрнутая пирамида казалась полностью разрушенной. В воздухе стоила тяжёлая завеса пыли, скрывая обзор, и каждый вдох отдавался горечью каменной крошки. Одна из сторон, разрушенная его ударом, обрушилась вниз, скрывшись во мраке. Три другие были изрезаны глубокими шрамами, оставленными копьём его матери. Но, к счастью, к этому времени, огромная розовая голова исчезла.

— Мама! Сабыржан! — громко крикнул Нартуган, его голос эхом отразился от разрушенных стен.

Ответа не последовало. Но вскоре сквозь пыль проступил силуэт — парящий сферический вихрь, вращающийся в воздухе. Внутри находились Бике и Сабыржан. Шар опустился на землю, и Бике тут же выбежала из него, заключая сына в объятия.

— Ты цел?

— Да, всё хорошо, мама.

— А где Мардан? — Сабыржан, тяжело дыша, огляделся по сторонам, но не увидел его.

— С ним всё в порядке. Он скоро придёт.

— Неужели он отправился за артефактами?

Сабыржан сдвинул брови, тут же включил свой передвижной шар и собирался спуститься обратно вглубь руин.

— Нет, подождите! — Нартуган шагнул вперёд, пытаясь его остановить.

Но в этот момент из завесы пыли показалась знакомая фигура. Мардан вышел навстречу им, и в его руке поблёскивала железная Маска Воина. Сабыржан остановился, напряжённо всматриваясь в него.

— Мардан?.. Ты всё-таки достал её…

— Да. — Его голос звучал спокойно, но в нём читалась скрытая напряжённость. — Нартуган, подойди. Я должен тебе кое-что показать.

— Не стоит, парень. — Сабыржан заволновался, его взгляд метался из стороны в сторону, словно он искал пути к отступлению.

Мардан не отвёл взгляда.

— Нартуган, быстрее! Надень маску!

Он подбежал, не раздумывая, и рывком надел её. В тот же миг, как Сабыржан попытался взлететь, Бике ударом копья сбила его на землю и крепко удержала.

— Не думай, что я не знаю, что это за маска. Я пока не уверена, что ты натворил, Сабыржан, но если это то, о чём я думаю… тебе не жить.

— Постой, я могу всё объяснить!

— Молчи. — Голос Бике был холоден, в нём не было ни капли сомнения. — Нартуган, маску, живо!

Как только металл коснулась его кожи, волна силы пронзила тело, словно тысячи тонких игл проникли под кожу, вгрызаясь в кости. Его зрение вспыхнуло, мир потемнел, и перед глазами замелькали расплывчатые пятна. Нартуган моргнул, пытаясь сфокусироваться, и первым, кого увидел, был Мардан. Позади него стоял молчаливый мужчина — высокий, с тем же жёлтым цветом волос, как у Мардана, но с усталым взглядом, в котором читалась глубокая печаль.

— Мардан… Позади тебя… Там кто-то…

Мардан не шелохнулся.

— Знаю. Ты лучше посмотри на Сабыржана.

Нартуган не стал медлить. Он повернул голову и посмотрел на Сабыржана, который лежал на земле, тяжело дыша. Но что-то было не так. Нартугану казалось, что он видит не одно лицо, а множество — они сменялись, дрожали, проступали одно за другим, как зыбкие отражения в воде. Он не знал этих людей, кроме одного. Позади Сабыржана стоял молчаливый мужчина. Его силуэт был чётким, неподвижным, а взгляд — тёплым и знакомым. Сердце Нартугана сжалось.

— Отец?

Мужчина поднял голову. Это был образ Карги.

— Сын! — Как только он услышал голос сына, его глаза наполнились радостью.

Но прежде чем Нартуган успел сделать шаг, раздался звон металла.

— Ну всё, Сабыржан, ты покойник.

Бике создала пурпурное копьё — острие сверкнуло в воздухе, направляясь прямо к её врагу. Но Нартуган успел схватить её за руку.

— Постой, мама! Я хочу с ним поговорить!

Бике неохотно опустила оружие, но её взгляд оставался ледяным. Нартуган вернулся к Карге.

— Отец… Где ты? Что вообще происходит?

Карга не мог подойти ближе, но его образ дрогнул.

— На тебе Маска Воина. Она показывает души тех, кого убил человек.

— Так тебя убил Сабыржан? — Нартуган почувствовал, как внутри всё сжалось.

Карга вздохнул, но его лицо оставалось спокойным.

— Я сам попросил его. В этом нет его вины.

— Но мы же встречались недавно! Ты был жив! Почему ты исчез? Что случилось?

— Условия магии маски таковы, что я не могу сказать тебе больше, чем положено, сынок.

— Но у меня ещё столько вопросов!

— Сабыржан ответит. Слушайся его.

Карга посмотрел на Сабыржана, затем вновь перевёл взгляд на сына.

— Скажи ему: "Ворона вернулась". И добавь, что если он в следующий раз попытается причинить тебе вред… Совет бахсы придёт за ним.

После этих слов Нартуган снял маску. Глаза жгло, будто их пронзили тысячи игл, и чем больше он моргал, тем сильнее разливался этот нестерпимый огонь. Он провёл рукой по лицу и глубоко дышал, пытаясь избавиться от болезненного покалывания. Теперь он понимал — носить эту маску дольше нескольких минут было невозможно, словно она вытягивала из него силы жизненные силы. После того как жжение начало отступать, а дыхание стало ровнее, он выпрямился и направился к Бике. Она стояла неподвижно, крепко сжимая копьё, а в её взгляде читалась неугасающая ярость, готовая вылиться в действие. Нартуган решил помочь Сабыржану. Он остановился перед мамой, заставляя встретиться с собой глазами, и, несмотря на усталость, его голос прозвучал спокойно, но твёрдо.:

— Отпусти его.

Бике не шевельнулась.

— Если он действительно убил твоего отца, ему не сдобровать. — В её голосе кипела боль, словно бушующий ураган, требующий выхода.

— Папа сам попросил его.

— Почему?

— Он сказал, что Сабыржан нам объяснит.

Нартуган перевёл взгляд на старого друга отца.

— Отец велел передать: "Ворона вернулась". — Он сделал паузу, затем добавил: — И если ты снова попытаешься причинить мне вред… совет бахсы придёт за тобой.

Сабыржан остался неподвижен, но его лицо побледнело.

— Я всё понял. Этого больше не повторится.

Он попытался встать и отойти, но едва сделал шаг, как копьё Бике ударило в землю перед ним, преграждая путь.

— Я не услышала нужного ответа. Пока ты не скажешь правду, никто отсюда не уйдёт.

— Хорошо… Хорошо. Я всё скажу. Но давайте выберемся отсюда. Это место рушится. — Сабыржан поймал её взгляд, сжал кулаки и встал на ноги.

После чего в воздухе вспыхнул портал, и, не теряя времени, они шагнули внутрь. Дом встретил их теплом. В воздухе витал аромат свежезаваренного чая и сладких десертов, которые уже ожидали на столе, а у очага хлопотала тётя Маржан. Но несмотря на уют, никто не чувствовал облегчения — они сели за огромный стол, и в тишине быстро переглянулись.

— Ну, скрывать больше не