Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

порадовали жители Шансона, которые самостоятельно засеяли рожью все пахотные земли и засадили овощами бывшие огороды. В том числе и на месте его землевладения. Хозяйственный Чарли Дорингем лишь поинтересовался, как помощник шерифа собирался распорядиться возможным урожаем. А узнав, что он не собирался продавать продукты на сторону, успокоился. И даже помог начать восстановление двух домов в деревне, так как в посаде проживали несколько уцелевших семей гретевильцев. В благодарность сэр Гаий решил открыть сюзерену одну из волшебных тайн бывшего шерифа — показал тайник с запечатанным кувшином крови дракона. Кто её добыл и как, он не знал. Пояснил лишь, что тайник покойный де Фалез оберегал лучше, чем сокровищницу. Хотя куда применить кровь, похоже, не знал и сам.

Зато знал новый лорд! Тот чуть до потолка не подпрыгнул, заполучив заветный артефакт. Набрал медных тазов, чистых тряпок, мочалок, даже пару приспособлений для чесания спины. И закрылся вместе с кувшином в купальне. Таким сюзерена сэр Гаий ещё не видел. Некоторое время за закрытой дверью раздавались лишь какие-то непонятные звуки. Затем послышался треск раскалываемой керамики и, почти сразу, горестный вздох. Дверь отомкнулась:

— Сэр Гаий!

Тот не заставил себя упрашивать. Внутри стоял абсолютно голый шериф с каким-то кривым чёрным шаром в руке. На обожжённом лице читалось огромное разочарование. Приподнял шар:

— Видишь? Свернулась…

Только теперь рыцарь обратил внимание на осколки черепицы, валявшиеся у центральной бадьи. Это явно были остатки кувшина с кровью. Но, значит, этот чёрный шар…? Лорд, похоже, распознал его мысли:

- Да, это и есть кровь дракона. Точнее то, что от неё осталось. Высохла за время хранения. Свернулась. Сколько, говоришь, кувшин у де Фалеза хранился?

— Года три точно. Может, и раньше. При мне он уже в тайнике был.

— Ну да, ну да. Какая же кровь выдержит. Её же как-то по-особому хранят. Ладно, я чего тебя позвал. Давай-ка в воду поокунай, да меня ей разотри.

Передал довольно лёгкий и плотный шар вассалу. После того, как тот выполнил поручение, лорд потыкал себе в руки кинжалом. Выступила кровь.

— Не работает! Может, поскоблить и порошок в воде развести?

Сделали. Натерли руки графа получившейся грязно-коричневой жижей. После того как подсохло, он повторил операцию с кинжалом. Прежний результат. Сэр Гаий не выдержал:

— А что мы получить-то хотим?

- Да, извини. Ты же не в курсе. Если натереть кожу кровью дракона, она должна стать полностью непробиваемой. «Каменная кожа» называется.

— Но, милорд, это же просто сказка!

Граф грустно вздохнул:

— Сказка, друг мой, этот как раз кровь дракона! Но вот же она, перед тобой. А, значит, и сами драконы не сказочны... А «каменная кожа» у меня уже была. Мы с лордом Николаем как-то стаю крылатой нечисти перебили. Так кровью их уделались считай полностью! Вот только та ядовитой была. Чуть Богу души не отдали. Зато, когда выздоровели, словно в невидимых доспехах оказались. Стрела шкуру не пробивала. Видать, какими-то родственниками та нечисть-то настоящим драконам приходилась. Но и эффект от их крови со временем прошёл.

Увидел недоверие в глазах вассала:

— Ну да, я бы и сам не поверил... А! Ну-ка, кольни меня в спину.

Он отдал де Гретевилу кинжал и спокойно повернулся. Мечта убийцы! Вот только злости к молодому сюзерену тот не испытывал. Скорее, искреннее уважение.

— Я не могу, милорд.

— Да ты не зарезать пытайся, а просто шкуру проколи!

Ну, ладно! Раз сам просит. Рыцарь несильно кольнул под лопатку. Но остриё неожиданно упёрлось во что-то твёрдое. Словно деревяшку пырнул.

— Попробуй сильнее!

Новый удар. Кожа и мышцы заметно прогнулись под железным жалом. Но остались неповреждёнными! Уже по собственной инициативе замахнулся ещё… Лорд, похоже, почувствовал. Развернулся, поймал атакующую руку и с силой врезал стопой под коленный сгиб. Да ещё и второй ладонью в подбородок добавил. Сэр Гаий на мгновение потерял равновесие. Но лорду хватило и этого. Кинжал оказался у него. Острый кончик слегка чиркнул уже по горлу де Гретевила. Там сразу потекли капли горячей крови.

— Чувствуешь разницу?

Вассал непроизвольно зажал порез и ошеломлённо смотрел на волшебного Ульфхеднара. А тот вёл себя так, словно ничего и не произошло:

— Так, ну-ка дай! Попробуем так.

Приложил сухой комок к порезу. Там защипало, но кровь не остановилась.

— Значит, и это не работает! Ладно, отдам бабушке Линде. Может хоть на зелье какое сгодится.

Повинуясь неясному порыву, подшагнул и чиркнул по ранке собственным пальцем. Кровь моментально свернулась. Феоктистов промедлил лишь секунду. Но по опалённому лицу сэру Гаий так и не понял, был ли он удивлён.

* * *

Как ни крутился молодой шериф, а разорваться сразу на всё не получалось. Предстоящий поход в Лангедок грозил разрушить всё, что задумали для Союза. А тут ещё Спартак пришёл откланяться. Спасибо, мол, за хлеб-соль, пора нам в Гасконь. Явно ведь Ольгерта что-то ночью напела. Видно было, что решение горцу не по нутру. Он то задирал глаза к небу, то преувеличенно сурово смотрел куда-то мимо лорда. Но удержать было нечем. Ни титулом, ни деньгами. Стоп! Так это ему не нужно. А жене? И, кстати, дух боевого братства Спартаку присущ. Как бы даже и не чересчур.

— Спасибо, тебе, дружище! — искренне сказал Феоктистов и сильно стиснул гасконца в объятиях. — Выручил ты нас всех, не передать как! Без тебя бы и бой на тракте не выиграли, и «альпинистов» для Гринеберга не подготовили! Был у нас в Ванланде один такой же невероятно отважный храбр — шевалье д`Артаньян звали. Так он с тремя друзьями столько подвигов сумел совершить, что все до сих пор восхищаются.

— Да? И долго он их совершал?

— Хороший вопрос! Дай-ка припомню: «Двадцать лет спустя», да «Десять лет спустя». Ну, почитай, более тридцати лет геройствовал!

— Тридцать лет?! — в голосе сына гор сквозило искренне восхищение.

Подошёл Бьорн. Викинг давно замечал, с каким непонятным уважением оба его кровных брата посматривали на гасконца, и это обижало. Неужели он хуже?

— О, братишка! — сейчас лорд Волк так явно обрадовался, что ярлу сразу стало легче. — Вот, Спартак навоевался уже. Покидает нас.

Викинг хмыкнул и горделиво раздул грудь. Взглянул с таким пренебрежением, что гасконец сразу по-петушиному задрал подбородок:

— Не навоевался! Просто домой собираюсь! Я обещал лишь помочь Гринеберг взять.

— И с честью выполнил обещание! — миролюбиво заверил лорд. — Да, кстати!