Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

Дакс, уже сдружившийся со Спартаком, честно предупредил, что хотя и лично знаком с тамошним лордом, ни за что поручиться не может. Правитель Тулузы жаден, хитёр и вероломен. Он искренне считает всех остальных, независимо от происхождения, низшими существами, так как имеет огромное личное войско. Одна лишь его постоянная дружина насчитывает двести конных копейщиков. Поэтому в своих действиях граф считается лишь с самим герцогом Гасконским, примерно равным Тулузе по вооружённой силе. Что, впрочем, не мешает отрядам де Тулуза регулярно нападать на соседские земли герцогства — баронства Ажен, Ломань, Фезенсак и Астарак.

Феоктистов задумался. Дополнительно попросил охарактеризовать владетелей порубежных владений. А утром предложил де Даксу дерзкий план. Виконт удивился, но, в целом, одобрил. Поэтому в тот же день уже четыре корабля вышли в море. Поднялись вдоль побережья на север и вошли в широкое устье Жиронды. Затем свернули в её правый рукав, Гаррону. В речном порту Бордо лорд Волк прикупил ещё четыре корабля. Раскидали на них гребцов и потихоньку двинули дальше. На десятый день достигли Ажена.

Тамошний барон встретил хорошо знакомого ему де Дакса «со товарищи» по-горски гостеприимно. А узнав, что те задумали, ещё и радушно. Все гасконцы искренне ненавидели графа Тулузы, который всё чаще использовал их земли как свои личные угодья для охоты и ловли рабов. Вот только поодиночке они ничего не могли поделать с могучим высокородным наглецом.

Ещё через две недели, 16 ноября 6701 года, со всей помпезностью, которую позволяло скромное баронство Ажен, сыграли свадьбу лорда Владимира с вольной воительницей Сусанной. В качестве гостей были специально приглашены бароны Ломани, Фезенсака и Астарака. Щедрый молодожён тут же одарил каждого речным кораблём, на который они умещались со всеми воинами своих «копий». В честь бракосочетания графа даже объявили рыцарский турнир, на который все вместе отправились вверх по реке. Вот только приграничный Дюбьен прошли ночью и дружно рванули дальше.

Через день активной гребли «свадебный кортеж», а это более сотни всадников, не считая моряков и каменщиков, достиг Тулузы. По совету графа, которого единодушно признали командиром, постарались встать так, чтобы корабли не видели с города. Ульфхеднар привычно отыскал подходящий ручей, по руслу которого чуть ли не волоком утащили с Гарроны речной транспорт. А затем ещё и замаскировали облетающими ветками. После этого лорд пригласил гасконских владетелей к себе.

Там, укрытый бортом флагманской «Виктории» исходил жаром круг подёрнутых пеплом углей. Два казака проворачивали над ним тонкие прутья с кусками молодой баранины. Неподалёку, на слое яркой палой листвы расстелили свёрнутый запасной парус, и леди Сусанна с Ольгертой накрывали его дощечками с сыром, овощами и зеленью, расставляли серебряные, специально приобретённые в Бордо кубки. Хлопотали они только на «господском» краю. Остальной импровизированный стол предназначался для воинов. Там уже устраивались казаки и гасконцы.

— Друзья мои! — Феоктистов широким жестом показал баронам и побратимам на дастархан. — Мы смогли лишь один день отгулять на моей свадьбе! Прошу считать это скромное дорожное застолье началом второго. А достойно завершить бракосочетание надеюсь, с вашей помощью, мы сможем уже в Тулузе!

Спич всем понравился. Новобрачная лично налила гостям слабого кальвадоса. И уже с первой чарки у гасконцев покраснели лица. Для воинов выставили пару бочонков аженского вина. Чтобы не упились раньше времени.

— Ну и лоза у Вас в Шансоне, граф! — восхищённо причмокнул де Фезенсак. После аперитива все жадно кусали горячий шашлык.

— Будете удивлены, барон, но это яблоки!

— Яблоки?!

Феоктистов рассмеялся и слегка кивнул воительницам, исполнявшим на его краю паруса почётные должности виночерпиев. Пока наполняли кубки, добавил:

— У нас в Нормане говорят: «Между первой и второй стрела не должна пролететь!» Попробуйте прочувствовать шансонское вино…

Гасконцы не заставили себя упрашивать. Со второй их глаза засияли:

— Милорд — это бесподобно! И, действительно, имеет послевкусие яблок.

Дав всем хорошенько закусить, граф непритворно вздохнул:

— К сожалению, перед серьёзным делом можно позволить лишь три кубка кальвадоса. Но ещё пара бочонков ждёт, когда мы откроем их после победы!

Это тоже засчитали за тост. Тем более, граф подарил каждому его серебряный кубок. Затем просто плотно покушали, запивая баранину горячим травяным взваром. В завершение владетелей пригласили ко второму норманскому кораблю, «Нике». Там тоже горел костёр, на котором Ольгерта подогревала кувшин с кисло-сладким малиновым чаем. Рядом выставили корзинки с сушёными фруктами и тарелки с кусками медовых сот. Спартак подошёл к жене, сдержанно кивнул, и та оставила мужчин.

Около часа обсуждали план дальнейших действий. Волк предложил баронам одновременно напасть с четырёх сторон на посад Тулузы, поджечь и разорить его. Сам же обещал, что норманцы не дадут выйти из замка солдатам графа. Но оказалось, что имелись определённые трудности. Прежде всего, посад защищала небольшая стена из каменных блоков. Ночью с её внутренней стороны ходили вооружённые патрули. Все трое городских ворот, а также четвёртые, запиравшие выход из речного порта, закрывали. Их охраняли постоянные гарнизоны надвратных башен. Барон де Ломань, как наиболее часто бывавший в Тулузе, помог составить из земли и палых листьев наглядную схему города. Прикидывали так и эдак. Наконец, лорд Волк вздохнул:

— Блин! Похоже, нужна ещё и личная разведка. А то получится как в поговорке. «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. А по ним ходить!»

— Граф, а что такое «бумага»?

— Эх-м… Да что-то вроде вот этой земляной схемы. Только плоское.

* * *

Всё-таки Ульфхеднар не зря считался «несущим Смерть». В качестве дружинников барона де Ломань съездили с побратимами в Тулузу. Оценили высоту и толщину городских стен. Проехали по узеньким, застроенным высокими каменными заборами улочкам. Покрутились возле замкового рва и речного порта. Затем барон долго и упорно торговался с местными ремесленниками. Наконец, купил красивый медный кувшин, украшенный серебряными нитями и искусной чеканкой Кордовского халифата. А также, по просьбе Ульфхеднара, много крепких длинных верёвок.

Сразу после возвращения разведки всех гасконцев и казаков разбили на боевые «тройки». Феоктистов рассказал о троянской тактике, которую его Стая применила при штурме деревень Гринеберга. Вместе с двумя казаками продемонстрировал. Затем тройки делали фашины и лестницы нужной длинны, и до ночи, а также половину следующего дня увлечённо учились бегать по плавающим связкам сухого хвороста и штурмовать стену. В качестве водного рва использовали русло полноводного ручья, а ограду города имитировали высоким бортом специально вытащенной на берег «Виктории». Затем перекусили, отдохнули, проверили оружие. Лорд Волк ещё раз разобрал на схеме с каждым из союзников