Королевство проклятое и пустое - Стасия Старк

class="p1">Мы долго сидели в молчании. Слова Конрета давали пищу для размышлений. Если нам удастся преодолеть барьер, то можно попросить помощи у других королевств. Наверняка мы сумеем что-то предложить им взамен.

– Как нам пройти сквозь барьер? – наконец со вздохом спросила я.

– Об этом мы поговорим в другой раз, в присутствии прочих лиц. Мне почему-то кажется, что этот разговор в любой момент могут прервать. Пользуйтесь, пока еще есть время, чтобы задать остальные вопросы.

Интересно, почему он не стал отвечать? Из-за кровной клятвы? Или у нас в самом деле мало времени? Как бы то ни было, Конрет упрямо вздернул подбородок. Его брат тоже часто так делал.

Прекрасно.

– Расскажите мне об амулетах.

Конрет склонил голову набок:

– Полагаю, Лориан не делился с вами, как наша семья лишилась амулета.

– Нет.

Он вздохнул:

– Лориан… разозлится, что я его опередил. Но, – губы Конрета тронула слабая улыбка, – сейчас я тоже на него зол. Возможно, однажды он даже меня поблагодарит.

Конрет поднялся и принялся расхаживать взад-вперед по палатке, как будто пытался собраться с духом, чтобы погрузиться в эти воспоминания. Наконец он вновь сел в кресло и жестом указал мне на другое, стоящее напротив.

– Это долгая история.

Я подчинилась. Взгляд Конрета стал отстраненным.

– Мой народ не часто говорит об этом времени. Особенно Лориан. Из всех нас… – Он вдруг замолчал и пригвоздил меня к месту жестким взглядом. – Но вам нужно понять, что Регнер сделал с фейри. Наш народ пострадал не только от потери амулета. Мы также разучились доверять тем, кого любили. И лишились тех, кто был нам дороже всего.

Мимо палатки прошли несколько мужчин, до нас долетели громкие голоса и лязг оружия. Конрет поднял руку, и внезапно вокруг воцарилась полная тишина. Похоже, он наложил на палатку какие-то чары, поглощающие все звуки.

– Амулеты позволяют моему народу делиться силой. При необходимости усиливают нашу магию, исцеляют больных и впитывают силу тех из нас, у кого ее в избытке, а после, в трудные времена, восполняют наши магические запасы. У нас похитили первые два амулета, но фейри в своем высокомерии отказывались видеть в Регнере настоящую угрозу, пока не стало слишком поздно. После этого отец со своим амулетом не расставался.

Значит, первый найденный нами амулет на самом деле похитили последним.

– Кто может высвободить силу из амулета?

– Регнер потихоньку высасывал из них магию, но, чтобы высвободить сразу все, что в нем содержится, требуется кровь фейри. Пожалуй, лишь по этой причине король людей еще не опустошил весь этот континент.

Руки начали дрожать, и я положила их на колени. Не приходилось сомневаться, что, если Регнер однажды обретет достаточно магии, то попросту уничтожит на этих землях всех фейри и смесков. Нужно его остановить.

– Что случилось, когда амулет попал в руки Лориана? Он забрал из него всю силу?

У Конрета дрогнули губы:

– Нет. Мой брат никогда не взял бы себе чужого. Магия вернулась к тем, кому изначально принадлежала.

Значит, Лориан от природы обладал огромной силой. Трудно было примирить этот его образ с мужчиной, который прошлую ночь провел в моей постели в человеческом облике. Однако в глубине души я знала, что Лориан никогда не уподобится Регнеру. Он не стремился к власти.

– Что вы знаете о спящих пауках? – вдруг поинтересовался Конрет.

Я моргнула, не ожидая подобного вопроса.

– Они считаются мифом. В деревне мы играем… играли в «Королевскую паутину». Согласно легендам, один из далеких предков Сабиума вторгался в умы детей, а потом подсовывал их иностранным правителям. Таких детей прозвали спящими пауками. Если прошептать им на ухо определенную фразу, они пробуждались, полностью послушные воле короля.

Конрет покачал головой. Возможно, его удивило, что из такого ужасающего мифа люди состряпали карточную игру.

– Это не просто истории. До того как мы вступили в войну с Регнером, его дед на самом деле научился подсовывать нам своих так называемых пауков.

– Каким образом?

– Кто-то полагает, что с помощью того же древнего трактата, из которого Регнер узнал о создании барьера. Потом он передал знания сыну, а тот в конечном итоге вложил их в руки Регнеру.

Что же стало с культурой королевства, если любой ребенок мог с возрастом превратиться в наемного убийцу на службе иностранного правителя? Особенно если учесть низкую рождаемость фейри, для которых появление на свет ребенка уже было событием.

– Мой отец был старшим из двух братьев, – вновь заговорил Конрет. – Он правил страной, а его брат Астраус стал его лучшим другом. – В глазах короля фейри сверкнул ужас, и у меня замерло сердце. – Мой дядя всегда говорил, что влюбился в тетю с первого взгляда. Она была смеском. Мы, фейри, любим глубоко и безоговорочно. Более сильно и необузданно, чем люди или смески. Дядя обожал тетю всей душой. Королю далеко не сразу сообщили о пропаже первого амулета. Члены семьи, ответственной за его сохранность, вместо того чтобы предупредить отца, предпочли скрыть свой позор. Но когда похитили второй амулет, отец уже понял, что происходит, и всеми силами постарался защитить третий. Поэтому Регнер придумал новую тактику.

Конрет рассказывал спокойно, почти скучающим тоном. Вот только крепче сжал подлокотник кресла.

– Он заполучил вашего дядю.

– Нет. Тетю. Мы не знали, что в детстве Эйратию похитили. К тому времени ваш народ уже скрывался везде, где только можно. Кто бы заметил пропажу еще одного смеска? Существуют способы увидеть будущее. Регнер использовал могущественного провидца, чтобы узнать, за кого эта девочка выйдет замуж.

– Он выяснил, что ей суждено связать свою жизнь с вашим дядей?

– Да. И забрал ее еще в раннем детстве, чтобы вылепить из девочки то, что ему было нужно. Придать ей необходимые качества. И превратить в одного из своих пауков.

К горлу подступила желчь.

– Он ждал, – выдавила я, – долгие годы, пока они не встретились.

Конрет посмотрел прямо на меня.

– Он дождался, когда у них родятся дети. Даже несмотря на бушевавшую войну, они жили счастливо. А потом он ее пробудил.

– И что случилось?

– Существуют травы, способные вызвать безумие даже у фейри. Эйратия начала добавлять эти травы в еду моего дяди вместе с небольшим количеством волшебного железа. Он начал слабеть, его разум постепенно разрушался. Дядя чувствовал, что с его женой происходит что-то серьезное, и от этого еще больше сходил с ума. Регнер знал, что Эйратия не смогла бы близко подобраться к моему отцу, убить его и забрать амулет. Эта роль выпала Астраусу. А отец, отвлекшись на постоянные набеги Регнера, ничего не заметил.

Я пока еще не понимала, как эта