Только бы зеркало уцелело - Анна Викторовна Дашевская

– Только папа может сказать, на кого обратить внимание, ты понимаешь?

– Конечно. Не волнуйся, сестричка, я справлюсь. Даже если тебе придётся оставаться в Ромее не три часа, а три дня.

– А что скажем родителям, почему я не пришла?

– Заболела?

– Тогда папа примчится сюда сразу же! – я помотала головой. – Нет, это не пойдёт. Может, улетела в Москву? В университет, срочно понадобилось?

Тут уже возразил Макс.

– Он прекрасно знает, что тебе подписали академ, сам присутствовал. Тоже не вариант.

– Тогда… Тогда можно сказать, что я уехала в Цюрих, забирать связное зеркало. То, которое купил ты, не действовало…

– А я, лопух такой, не проверил? Нет, нехорошо. Лучше не в Цюрих, а в тот отель, где мы были в Санкт-Морице. Ты там оставила… Что ты могла там оставить? Драгоценности?

– Какие у меня драгоценности, серебряное кольцо? – фыркнула я. – Может, паспорт?

– Тогда бы тебя в отель не поселили. А любую другую забытую вещь можно было просто отправить с курьером.

Мы задумались. Никакое достаточно правдоподобное враньё не лезло в голову, а врать неправдоподобно было бы глупо, родители у нас всё-таки не зря столько лет занимались детективной деятельностью. Они ложь отслеживают на раз…

– Придётся сказать правду, – сказал брат с лёгким вздохом.

Я фыркнула.

– Горе-то какое, придётся обойтись без вранья! Ладно, говорим, что мессере Василис пригласил перейти, он нашёл некие сведения и хочет их передать. Только почему меня, а не тебя?

– Ты у нас менталист, – пожал он плечами. – А я огневик, тупая машина, боевой маг. Не знаем мы, почему именно тебя пригласили, не тот случай, чтобы спорить.

– О чём разговор? – раздался голос мессере, возвращения которого мы в пылу спора даже не заметили. – Итак, подходящие для перехода зеркала есть в двух местах. Во-первых, в самом Люцерне, в доме гильдии Пфистерн – туда легко попасть, поскольку в первом этаже известный ресторан…

– Кажется, мы там вчера ужинали, – меланхолично сказал Макс. – Но я обратил внимание, что сегодня они закрыты.

– Тогда вам, мессера Екатерина, придётся проехать в Санкт-Мориц, и там в отеле «Палас» в одном из залов первого этажа найдёте зеркало, которое приведёт вас сюда, в мои комнаты в королевском дворце.

Невольно мы с братом рассмеялись – вот только что говорили об этом горнолыжном курорте, и сама судьба руками мессере Василиса ведёт меня именно туда.

– То зеркало сейчас открыто?

– Ещё три дня, – кивнул маг. – Мы управимся.

– Хорошо, тогда так: мы сейчас сходим к родителям в клинику, и прямо оттуда Катя поедет на вокзал, – кивнул Макс. – Поселится в «Паласе», поздно вечером после ужина пройдёт к зеркалу и откроет путь к вам.

– Я буду ждать, – просто ответил мессере Василис.

Глава 19

В отеле «Палас» ничего не изменилось за те несколько дней, что нас не было: знакомый шофёр ждал меня на станции, и тот же швейцар в цилиндре распахнул дверь, и дежурный на ресепшен улыбнулся навстречу.

– Мадемуазель Линецкая, рад вас видеть! Ваш номер готов, прошу вас. Заказать вам столик на ужин?

Я поблагодарила, посетовала вместе с ним, что брат приехать не смог, и поднялась на третий этаж. Тот же вид из окна – озеро под голубым льдом, дорожка вокруг него, освещённая старинными фонарями, заснеженный лес… Сжалось в груди: совсем недавно, чуть больше недели назад, я с восторгом глядела на этот снег, вершины гор, трассу с разноцветными фигурками на ней, представляла себе, как пойду гулять по игрушечному городку. И гостиница нравилась мне ужасно!

А теперь я собираюсь, словно воровка, просочиться ночью в один из залов и воспользоваться их старинным зеркалом для незаконного пересечения границы миров.

– Хм, интересно, а существует ли в уголовном кодексе такая статья? – спросила сама у себя и засмеялась.

Всё же получится, правда? Не может не получиться!

Надо было привести себя в более или менее нормальное состояние, так что я оделась и пошла гулять. Кружок по дорожке вокруг озера, свет фонарей на сугробах, тёмные ёлки… Подняв глаза к небу, я разглядела несколько звёзд и подумала, что нужно будет сюда вернуться и отойти подальше от освещённого места, чтобы увидеть звёзды по-настоящему.

Ужинать я специально пошла попозже, и не стала подниматься в свой номер и оставлять там куртку. Течение времени у нас с Ромеей совпадает, значит, там тоже зима или совсем ранняя весна. Да и потом, мало ли что? А вдруг мне придётся вернуться через другое зеркало? И хороша я буду в джемпере и кроссовках…

Ела, не торопясь, разглядывала людей за другими столиками, время от времени трогала в кармане листок бумаги с заклинанием открытия дороги. Наконец ресторан стал пустеть, я поблагодарила официанта, подписала счёт и вышла. Интересующий меня зал располагался, к счастью, в стороне от бара и лобби, основных мест, где сейчас ещё были люди, и я неторопливо побрела в ту сторону. Закрытые уже магазины с роскошными вещами – одеждой, сумками, ювелиркой, часами, шоколадом, потом поворот направо к туалету, ещё несколько шагов, и слева – приоткрытая дверь. За ней темно и тихо.

Пальцем я чертила знаки на стекле, и они загорались холодным голубым огнём. Заклинание нужно было проговорить трижды, обязательно вслух – с другой стороны, спасибо, что не пропеть. Вот бы порадовались проходящие мимо! Каждую секунду я ждала, что кто-нибудь войдёт, зажжёт свет и спросит, что это я тут делаю, одна и в темноте?

Но всё в мире кончается, зеркальная гладь пошла волной, истаяла, и я увидела большую комнату, кресло прямо напротив меня, мессере Василиса, задремавшего в этом кресле… и шагнула туда. За моей спиной с тихим звоном закрылось окно в мой мир.

– Учитель! – негромко позвала я.

Он открыл глаза – светлые, ясные, словно и не спал только что, – легко поднялся из кресла и обнял меня.

– Здравствуй, девочка! Как ты?

– Всё получилось, учитель. Теперь… лишь бы удалось вернуться. Лишь бы зеркало уцелело!

Он бросил на меня странный, нечитаемый взгляд и пошёл, развернувшись, к письменному столу.

– Садись, Екатерина, – показал рукой на диван. – Садись и излагай.

Глубоко вдохнув, будто собиралась прыгнуть в холодную воду, и начала рассказывать. О слежке и попытках нападений на родителей в Москве, о маминой травме и ранении отца, о том, как я проверила его на ментальное воздействие и обнаружила явные его следы…. Обо всём.

– Сегодня мы с Максом у них были, – сказала напоследок. – Отец уже практически полностью пришёл в себя, рана хорошо заживает, и его планируют завтра-послезавтра выписать. Маме лежать ещё две недели, пока срастётся нога.

– А сегодня ты проверяла ментальный фон?

– Да. Без изменений. И знаете… на маме вроде бы ничего нет, но они оба ведут себя… нехарактерно. Неправильно. Весёлые, будто ничего плохого не произошло и опасности ждать