Системный Кузнец XVI - Ярослав Мечников

Вейт явно увидел усмешку, хотя я почти не сомневался, что в такой темноте обычный человек различил бы лишь силуэт. Его левая рука шевельнулась. Свёрток перешёл в правую, край промасленной ткани откинулся, и под ним показалась плоская дощечка писца с металлическим зажимом. Несколько листов лежали под кожаной накладкой, защищённые от дождя. Значит, этот предмет, сопровождавший каждое его появление, являлся рабочим инструментом. Таких называли соглядатаями. Соглядатай ходил по городу с дощечкой, куда можно было сразу занести услышанное, имя, адрес или чужую ошибку. Вроде логично. Хотя у Вейта даже самая простая вещь наверняка имела ещё несколько назначений.

Я развернул Зрение Творца и посмотрел по сторонам. За стенами соседней плавильни двигались люди, их тепло проступало мутными пятнами. Возле дальней топки двое рабочих ворочали металл длинными крючьями. В проходах между штабелями задержались следы Ци, перемешанные дождём и жаром. Плотных источников рядом не обнаружилось. Засада могла скрываться лучше, чем я умел видеть, само собой, однако пока господин Вейт пришёл один.

— Вы способны замечать то, что скрыто от остальных? — спросил он из темноты.

Голос почти потерялся в шуме воды. Всё тот же, тихий и удивительно ровный, такой забудешь прежде, чем собеседник закроет рот.

Я оставил вопрос без ответа.

— Что вам нужно?

Вейт помолчал. Дощечка снова исчезла под полой плаща, и он двинулся ко мне. Шёл медленно, выбирая места, где грязь оставалась плотнее, хотя его сапоги всё равно уходили в неё почти по щиколотку. Свет топки постепенно открыл гладко выбритые щёки и складки возле глаз. Я видел это лицо раньше, конечно. Сейчас дождь изменил его сильнее: волосы прилипли ко лбу, вода бежала по вискам, а спокойствие выглядело почти неправильным рядом с домом, где умирал человек и под таким проливным дождем.

— Хорошо, — произнёс Вейт, остановившись в нескольких шагах. — Позвольте тогда ещё один вопрос, мастер Кай. Как вышло, что человека, которого люди Дома Цехов искали пять месяцев, чужак с севера нашёл за один день?

Я посмотрел на него, пытаясь понять, куда ведёт этот разговор. Вопрос звучал почти праздно. Так спрашивают о дороге или погоде, когда ответ давно известен.

— Нас было несколько, — сказал я. — И день вышел долгий. Вы несколько преувеличиваете лёгкость предприятия.

— Всё же как?

Я сделал шаг вперёд. Между нами осталось расстояние вытянутого молота.

— По следам.

Вейт улыбнулся.

— Здесь следов не разобрать, Кай. Заречье удерживает на каждой улице тысячи чужих шагов, а дождь смывает остаток. Даже мне пришлось бы потратить куда больше времени.

— Кузнец кузнеца по старому шву узнаёт. У нас говорят: рука мастера уходит домой последней.

— Хорошая поговорка.

— Только что придумал.

Улыбка Вейта стала заметнее. Он опустил взгляд на дощечку под плащом, будто собирался записать и это.

— Мне нравится, как легко вы держитесь в напряжённых обстоятельствах.

— Пока причины напрягаться я вижу только у человека за стеной. Мы с вами уже говорили, почтенный Вейт. Сегодня беседа просто продолжается под дождём, возле дома умирающего человека. Условия, конечно, так себе, однако как я уже понял — в Соль-Арке место выбирает тот, кто приходит первым.

Вейт медленно кивнул, затем посмотрел на дверь за моей спиной. Кашля изнутри сейчас слышно не было. Там наверняка прошёл Ульф, пол отозвался тяжёлым скрипом, и снова всё стихло.

— Вы ещё не понимаете, да? — спросил Вейт буднично.

— Чего именно?

— Вы сами ускорили весь ход дела. Ваше вмешательство получилось грубым, заметным, очень быстрым. У этой женщины оставался шанс протянуть до конца лета. Целый месяц, если бумаги продолжили бы лежать между книгами. Теперь…

Он умолк и провёл большим пальцем по краю дощечки.

Внутри что-то неприятно сжалось. Вот она, причина. Всё-таки нашлась.

— Договорите.

— Дело уже движется своим ходом.

— Оно двигалось и прежде. Виго умирает, так что месяц Берте мало помог бы. Теперь у него появился шанс вернуть долг и самому распорядиться двором. Вы ради этого пришли? Объяснить мне, что я вмешался слишком резко?

Вейт пропустил вопрос. Его взгляд снова скользнул к двери, потом вернулся ко мне.

— Смотритель гостевого дома каждое утро подаёт список постояльцев квартальному. Вы это знаете. Квартальный Кряква, получивший тот список, назвал вам три пустующих двора. Через него первый след вывел вас к Медному Ряду. Пометку об имущественном споре передал младший писец Дома Цехов. За подобную услугу человеку могут разорвать ноздри и выгнать без права снова держать перо. Дальше вы посетили Приказную Избу, получили выписку и отправились к мастерице Гримм. Всё это время человек с гербовой сумкой шёл следом. Вчера. Сегодня. От погостных книг до её двора.

Каждая фраза ложилась спокойно, почти мягко, и от этого становилась тяжелее. Я вспомнил сухого Тимофея с покрасневшими ушами. Вспомнил улицу у Приказной Избы, людей возле погоста, двор Ильзы и мелькнувшую возле стены тень, которой тогда не придал значения. Потом конторы Заречья, Джулию, погоню между рамами. Мы двигались по чужим следам и сами протаптывали дорогу, широкую, удобную, открытую всякому человеку с терпением.

— Вы оставили за собой столько отметин, — продолжил Вейт, — что найти их теперь сумеет любой хороший служка. Для этого даже Дом Тайных Троп не требуется.

Ци сбилась с круга. Огонь толкнулся к груди, Инь запоздала, и на одно мгновение дождь сделался ледяным. Капли били по шее, затекали за ворот, рубаха липла к спине. Я выдохнул медленно, возвращая поток к Костному Очагу, однако прежняя устойчивость уже ушла.

— Значит, они идут сюда по моим следам?

Я оглянулся на проходы. За мокрыми штабелями никого не появилось. Свет в соседнем дворе погас, кто-то закрыл заслонку топки. Дождь плотной завесой висел между домами.

— Пускай идут, — сказал я. — Виго жив. Долг он вернёт лично, деньги дам я. Их приход уже ничего не изменит.

Вейт рассмеялся.

Смех вышел негромким и вполне искренним. Он прикрыл рот свободной рукой, словно сам удивился, затем покачал головой.

— Что смешного?

— Им незачем сюда идти.

— В каком смысле незачем?

— Они сделали всё, ради чего могли прийти.

— К чему вы клоните, Вейт?

Он достал дощечку из-под плаща. Кожаная накладка откинулась, зажим тихо щёлкнул, и Вейт вытянул узкую полосу бумаги. Чернила выглядели свежими, края листа