Девятая жизнь - Дмитрий Воеводин

– Обидчивая какая, – сквозь зубы пробормотал я и нагнулся к микрофону: – Извини, милая, эти отношения не сработают.

Отключив звук, я обратился к Витьку:

– А ведь это она нас сканировала, еще на орбите. И точно знала, какие сырники я люблю: я как-то в интернете об этом рассказывал. Вот что, Витек, готовь-ка заряд.

– Андрей, может быть, не все потеряно? – Голос, имитируя человеческие эмоции, всхлипнул. – Может быть, вернешься? Мне здесь так одиноко.

– Ну что ты, дорогая, нам нужно двигаться дальше. Давай останемся друзьями. Витек, готовность?

– Термоядерный заряд готов к спуску, – показалось, или в голосе Витька были торжествующие нотки.

– Дело не в тебе, милая, – сказал я, откидывая пломбу с желто-черного рубильника на панели управления, – дело во мне.

«Стикс» слегка дернуло, когда из-под его брюха ушел вниз снаряд.

Ракету с умеренно мощным ядерным зарядом я прикупил по случаю, для крайней нужды, и использовать ее не собирался. Но в ангаре у этой… этих… валялось больше десятка кораблей. И я не хотел себе представлять, как именно это гигантское растение пожирает людей. Вряд ли с вилкой и ножом.

– Витек, полный ход. Ждать эффекта не будем.

В космосе было хорошо и спокойно. Двадцать минут спустя я смотрел на звезды, контролировал стыковку с контейнером и по-прежнему не хотел никуда уходить из уютного протертого кресла.

Камеры не могли пробиться сквозь бурю, но я точно знал, что исследовательской базы на планете больше нет. Как нет больше сумасшедших андроидов в виде милой рыжеволосой девушки и нет кошмарных черных щупалец, умеющих ими управлять.

– Интересно, какая была настоящая Лали Синг? – задумчиво произнес я.

Витек тут же поинтересовался:

– Ее биография доступна. Вывести на экран?

– Нет, – подумав немного, ответил я, – пожалуй, знать я этого не хочу. Слушай, а откуда она таких продвинутых андроидов взяла?

– Она прилетела с одним помощником. Остальных ей привезли курьерской службой. Ну то есть, конечно, уже не ей, а вышедшему из-под контроля андроиду. Заказ был создан несколько лет назад.

– И курьер назад уже не вернулся, я так понимаю.

– Совершенно верно.

Я немного помолчал, не зная, как задать следующий вопрос.

– А я? – спросил я наконец, стаскивая скафандр и оттягивая ворот футболки на камеру. – Я кто такой, Витек?

Чуть выше сердца, там, куда попал луч из бластера Лали, располагалось идеально круглое отверстие, в сантиметр диаметром. Не было крови, лишь белесые потеки неизвестной жидкости и бахрома блестящих, похожих на растрепанные мелкие жилы крошечного медного провода, волосков.

Искин молчал.

– Дружище, только не говори мне, что думаешь над ответом. При твоей скорости мышления ответ у тебя формируется за полсекунды. – Сарказмом я попробовал скрыть страх. Настоящий страх, перекрывавший те эмоции, которые я испытывал час назад на поверхности мертвой планеты.

– Я не хотел, чтобы ты опять узнал. Не в этот раз, не здесь. – Голос ИИ теперь словно имитировал печаль. – Замечательное ведь приключение вышло…

– «Опять», «не в этот раз»? – Сердце – или что там у меня было вместо него? – билось все чаще. – Давай сначала. Кто я такой?

– Ты – биоперсона. Как и Лали. Правда, гораздо более совершенная модель.

– Андроид, – подумал я и снова вспомнил прошлую ночь. Недоверчиво переспросил:

– Робот, который испытывает сексуальное влечение?..

Искин говорил медленно, словно через силу.

– В твоем теле имитируются абсолютно все физиологические процессы, присущие людям. Включая желание соития, чувство голода и усталость.

– Но кое в чем я все-таки лучше, – отстраненно продолжил я, – поэтому снотворное на меня не подействовало.

– Все верно, – подтвердил искин, – счастливая случайность.

– Вот бы этот сорняк удивился, если бы все-таки смог мной отобедать, – слабо улыбнулся я. – Так кто я такой?

– Биоперсона с памятью настоящего человека.

– То есть Ленка и жизнь на Земле – это все память того человека. – Я, кажется, очень устал, и сил удивляться у меня не было.

– Да. Именно так.

– А где он, этот человек?

– Андрей скончался в возрасте девяноста трех лет тридцать два года назад, через полгода после смерти своей супруги Елены. По завещанию Андрея его сознание было перенесено в биоперсону-пилота. При условии полного контроля со стороны его личного искина. Меня.

– Приветствую, хозяин, – вяло махнул рукой я.

В сознании это укладывалось плохо. Ленку я помнил прекрасно, и как мы с ней ссорились, и как расставались. И желание попасть сейчас к ней было жгучим, настоящим, человеческим.

– Жизни после смерти, значит, захотел… Стало быть, к Ленке я лечу уже тридцать два года. Стимул своего рода, я правильно понял?

– О да! – Голос искина, бывшего когда-то человеком, ожил. – И ты не представляешь, сколько у нас было приключений! Сегодня произошла лишь малая часть того, что мы пережили! Он не мог, понимаешь, просто не мог уйти. Они с ней очень любили летать. Вместе. К сожалению, ее сознание сохранить не удалось: она почему-то была против.

Почему-то. Умер и летаешь в теле киборга, под управлением искина, который понимает преданность слишком буквально. Вот же кайф.

– Почему я ничего не помню из этих твоих приключений? – Собственный голос показался мне ужасно скрипучим, как у робота.

– Приходится обнулять тебе память. Иначе ты сам начал бы задавать вопросы относительно своей живучести и цели полета.

Я помолчал. Я помнил запах ее волос, и кожу ладоней, и дурацкие шутки, и несобранность, и эмоциональность. Ничего из того, что я помнил, не было реальностью.

– И сейчас обнулишь? – Я знал ответ. – А если я все это хочу прекратить?

– На борту корабля ты не можешь причинить себе вред. А после капсулы криосна, в который ты рано или поздно ляжешь, – ведь твой мозг идентичен человеческому и не готов терпеть месяцы изоляции, – твоя память будет стерта.

– Ну что ты. – Я растянул губы в улыбке. – Какой вред? Ты же вон говоришь – приключения. Раз уж тебе так нравится. Только будь добр, подлатай меня в криосне или после. А то у живых людей провода не торчат из-под ключиц.

– Естественно, – ответил искин, – твоя телесная оболочка будет приведена в оптимальную форму. Кстати, есть хорошие новости. Получено новое сообщение с транспортного узла: его починили. Навигация возможна.

– Великолепно. Прекрасно. – Я улыбнулся еще шире, зная, что искин считывает мою мимику через камеры.

– Что ж, – закряхтев, я начал подниматься, – тогда пойду в спячку. Раз двух недель ждать не надо. Готовь ванну.

– Это – оптимальное решение, – ничего не выражающим голосом ответил мне бортовой искин.

Криокапсула заполняется теплой, неприятной на вид слизью. Она покрывает мое тело, на поверхности остается только лицо. Становится довольно приятно. Я перестаю чувствовать руки и