Пятнистый - Валерий Камнев

Подарок пришёлся Режущему Нити по сердцу, если оно, конечно, было у этого человека. Вождь с Красной реки не сдержал изумления:

— Хорошую добычу духи послали тебе!

— Мои охотники добыли двоих Пятнистых, и вручили мне клыки, как и подобает по обычаю.

— Двоих? — недоверчиво спрашивает Режущий Нити. — Они должно быть очень храбры.

— Да, — важно говорит Грынк. — Молодые охотники стали мужчинами.

Шкуры смилодона лежат в шатрах, и определить навскидку, кто добыл зверей, Режущий Нити не в состоянии. Он словно невзначай озирается, но разумеется, безрезультатно.

Пока Слышащий встречает гостей, к нам приближаются новые визитёры. И здесь, среди других мужчин, мне сразу бросается в глаза смуглый человек в смилодоновой шкуре. Он крепкий и широкогрудый. Очень подвижный и быстроглазый. Его правая щека рассечена старым шрамом, идущим от виска до подбородка. Это Острее Ножа — вождь племени с Орлиных гор.

Он и сам похож на орла своей манерой держать голову. Да и нос у этого человека под стать орлиному клюву. Позади него шествует старик в накидке из птичьих перьев и массивном головном уборе с рогами бизона. Это шаман — Белое Облако. Из всех виденных мной в этом времени людей, он самый старый. Хоть когда-то был крупным и сильным мужчиной. Но годы безжалостно посеребрили волосы и покрыли морщинами лицо.

Пришедшие снова обмениваются подарками с вождём. Грынк получает красивый костяной нож и щедро отдаёт ещё один смилодоновый клык.

Острее Ножа не такой церемонный, как шаман, и довольно хмыкает, вертя в руках подарок. Я замечаю, что шкура на его плечах не слишком свежая, хоть и снята с достаточно крупного смилодона. Очевидно, для своего владельца она показатель статусности, а не предмет обмена.

— Давненько я не видал таких клыков! — усмехается Острее Ножа. — Тот, кто убил Пятнистого, заслуживает уважения!

— Да, — соглашается Грынк. — Это достойный поступок.

— Я хочу дать пир в честь храбрых охотников! Вы только пришли и ещё не охотились, а мы утром убили быка и двоих оленей. Я приглашаю всех на пиршество!

Режущий Нити морщится. Наверное, Острее Ножа его опередил. Он, как пришедший первым, наверняка должен был пригласить нас раньше, но вовремя не сориентировался или не захотел торопиться. Теперь ему тоже придётся пользоваться гостеприимством рода с Орлиных гор, а потом давать собственный пир.

На пир, разумеется, приглашаются только взрослые мужчины. Женщины и дети остаются на стоянке. Потому мы принимаемся медленно собираться. Грынк надевает лучшую рубаху, головной убор с рогами чёрного быка, и новые кожаные штаны.

Они висят мешковато, но не слишком. Мыр-ин всё же справилась с работой неплохо. Женщина вышила их иглами дикобраза и длинными прядями волос из лошадиной гривы. На мой вкус — это совершенно лишнее, но в глазах остальных наверняка смотрится неотразимо.

Я же свои предпочитаю не надевать. Поражать женские сердца мне ни к чему, а с достоинством войти в мужской круг поможет трофейная шкура. К счастью, сегодня дует северо-западный ветер, и не придётся особенно страдать от жары, когда я наброшу шкуру на плечи.

Даже Камень приоделся по случаю визита. На охотнике длинная вышитая рубаха, недавно изготовленная Женщиной-Облаком. В руках лучшее из копий, а на поясе неизменная палица. Без оружия здесь не ходят даже в гости. Потому и мне приходится тащить копьё и обсидиановый нож.

Грынк просто воплощение невозмутимости. Но вождь явно рад, что может впечатлить соплеменников нашими подвигами. Волчий Человек доволен ничуть не меньше, и с торжеством глядит по сторонам. Ведь это поистине небывалый случай, чтобы двое сыновей носили шкуру смилодона.

Плывущий Олень, мне кажется, поражён, завидев Грынка, облачённого в штаны. Не удивлюсь, если охотник сожалеет о том, что сжёг собственные. А может, он просто недоволен поступком Слышащего. Не знаю, что творится в его голове.

Только оказавшись посреди чужой стоянки, я понимаю, почему Острее Ножа так торопился. Этот званый пир в то же время нечто вроде смотрин. Мясо готовят и разносят женщины. Скорее всего, это именно те, которым требуется найти супруга. Вождь правильно поступил, пригласив нас первым. Куда больше шансов, что охотники, выбирающие невесту, остановятся на ближайших женщинах из доступных. Не каждый станет перебирать, если неподалёку есть более-менее подходящие. А Острее Ножа наверняка требуется спихнуть излишек женского населения.

Его род больше по численности, чем наш. Одних охотников я насчитал девятнадцать человек. И вот здесь, в мужском кругу, я хорошо уяснил, какой почёт даёт шкура саблезубого кота.

Наши с Твёрдой Рукой места среди старших охотников. Люди, окружающие меня, куда взрослее и опытнее, но каждый из них смотрит на меня, как на равного. Смилодоновая шкура сразу делает любого уважаемым человеком. Тем более такая, как висит на моих плечах. Даже Острее Ножа не удержался от восклицания, когда увидел её. Убитый мной кот — действительно достойный трофей.

Про внимание со стороны женщин не стоит и говорить. Для окружающих девушек есть только два человека, которые заслуживают внимания — я и почти-брат. Нам приносят лучшие куски мяса и пучки травы, пахнущей лимоном. Холодную воду в глиняной посуде, и горки ягод в берестяных чашах. Одна из девушек — рослая и крепкая, с необычным для местных жителей пухлым лицом, белоснежно улыбается моему почти-брату. Не догадываясь, что выбор Твёрдой Руки уже предопределён заранее.

Другая, тонкая, как тростинка, изящная и красивая, стреляет в охотника глазками из полумрака. К счастью, Твёрдая Рука смотрится для большинства женщин привлекательнее меня, и основные знаки внимания достаются ему.

Острее Ножа затевает разговор об охоте на Пятнистого, а поскольку я ближе к нему, чем почти-брат, мне и приходится отдуваться за двоих. Пока Твёрдая Рука изображает великого охотника, наслаждаясь знаками внимания, я пытаюсь не выставить его в неприглядном свете, избегая описывать подробности нашей охоты.

Потому мой рассказ звучит так, как обычно говорит Камень — пошли и убили, чего непонятного?

Но к моей радости, краткость здесь в почёте. Охотнику не к лицу хвастаться подвигами. Острее Ножа одобрительно ухмыляется, и очередная из женщин протягивает мне кусочки оленьего мяса.

Эта чуть старше остальных. Наверняка, молодая вдова, хотя и непонятно, почему её не взял кто-то из своих. Она симпатичная. Полные губы улыбаются мне, и словно невзначай женщина касается шрамов на моей груди.

— Хороша! — выдыхает сидящий рядом со мной охотник, когда женщина отходит в сторону. — Звёздное Одеяло очень красивая.

— Почему же