Джозефина вычисляет вероятности - Нова Макби

В просторных спальнях можно разместить несколько кроватей. Ванные комнаты и кухни в рабочем состоянии. В комнатах отдыха достаточно места для комфортного проживания. Именно то, что мне нужно.

Когда я спускаюсь, Кай отряхивает брюки.

– Как там шкафчик? – интересуюсь я.

– Как новенький.

– Твой отец просил сказать ему, если ты снова возьмешься что-то чинить.

– Пожалуйста, не надо! А то еще уволит меня. – Кай складывает руки в молитвенном жесте, с напускным раскаянием, а затем опускает их. – А впрочем, непременно расскажи ему.

У меня невольно вырывается смешок, почти хихиканье. Удивительно! Я не слышала собственного смеха с тех пор, как ушел Ред. Надо признаться, довольно приятно с кем-то пошутить.

Осмотр закончен, и Кай выводит меня обратно.

Мы идем по переулку, и Кай рассказывает про фабрику.

– Единственный недостаток в том, что она далеко от метро.

– Не так уж и далеко, – не подумав, ляпнула я. – Всего 1126,8 метра от ближайшей станции метро. Меньше мили.

Он приподнимает брови. Собирается что-то сказать, но тут появляется стремительно мчащаяся машина. Кай инстинктивно хватает меня за руку и тянет в сторону. Я тоже вцепляюсь в него.

Если учесть скорость и выбоины на дороге, то машину занесет вправо, к старому мусорному баку. И она в него врежется.

– Сейчас здесь будет разгром, – невольно вырывается у меня.

Через несколько секунд машина влетает в бак, и мусор рассыпается по улице.

– Откуда ты?..

Я потеряла бдительность. Дважды.

Да что ж со мной такое?

Я веду себя так только с людьми, которым доверяю.

Кай не сводит с меня глаз – целых 4 секунды. Я все еще сжимаю его плечо. Даже под одеждой чувствуется, какое оно твердое. Прическа у него строгая, как у бухгалтера, но глаза нежные и добрые.

Я не стала отвечать на его вопрос.

– Загадочная ты девушка, Феникс.

– Просто нервная, я ж тебе говорила, – смущаюсь я и ускоряю шаг.

Мы почти подошли к «рейнджроверу», когда я решилась спросить:

– А почему твой отец не продаст эту фабрику?

– Не поверишь, но он сентиментален. Она напоминает ему о моей маме. Здесь они разговаривали перед ее смертью. А потом он переезжал в разные места, но у него так и не хватило духу продать эту фабрику.

Кай замедляет шаг.

Я с трудом сглатываю, собираясь с духом, чтобы задать вопрос, который в китайской культуре считается неприличным.

– Как она умерла?

– Не знаю. Отец мне никогда не рассказывал, – пожимает плечами Кай.

Он не знает, как умерла его мама? Тогда можно исключить естественную смерть или болезнь. Начнем с того, что она была молода, но Чань не хочет про это говорить, скрывает от сына, плюс связь Чаня с Редом намекает на что-то темное. Готова поспорить, что умерла она не в результате несчастного случая.

Ничего подобного я вслух не говорю, конечно, а возвращаюсь к обсуждению фабрики.

– Думаю, если предложить подходящую цену, то он согласится.

– Учитывая грядущий кризис, вполне может быть. А тебе-то что?

– Не твое дело. – Ответ получился резким и даже грубым. Не люблю, когда суют нос в чужие дела. Не хочу, чтобы Кай задавал слишком много вопросов.

– Извини, – говорит он. – Просто любопытно.

После его извинения я чувствую себя виноватой. В эти несколько дней Кай хорошо ко мне относился, даже на работу опоздал, чтобы отвезти меня на фабрику, но я не хочу посвящать ни его, ни мистера Чаня в свои планы – особенно теперь, когда я нашла подходящее тайное убежище.

* * *

Следующая неделя проходит спокойно. Пока я не донимаю Чаня грядущей экономической катастрофой, он может быть вполне сговорчив. Не давит на меня, когда я что-то советую, обращается со мной как с настоящим сотрудником, даже здоровается, когда я прихожу. Может, я слишком сурово к нему относилась? Даже другие сотрудники компании стали приветливее со мной. Тут не так уж плохо.

Я почти подготовила предложение по еще одной инвестиции, когда шум в коридоре возле кабинета Чаня привлек мое внимание. Я подкрадываюсь к своей двери и слегка ее приоткрываю.

– Ты хочешь разрушить все, что я для тебя построил? Превратить все мои усилия в пыль?

Впервые слышу, чтобы Чань так злился.

– Нет, папа, вовсе нет. Я просто подумал…

Голос Кая звучит слишком тихо, ничего невозможно разобрать.

– Делай как знаешь, Кай! – Чань все еще говорит на повышенных тонах. – Но держись подальше от этой девчонки! С ней сплошные проблемы. Ей здесь не место. Когда все закончится, мы отправим ее восвояси. Навсегда вычеркнем из нашей жизни!

Меня словно под дых ударили. «Эта девчонка» может быть только одним человеком. Не секрет, что́ именно Чань про меня думает. И пожалуй, это неудивительно, но я надеялась, он увидит то же, что и Ред. Увидит, кто я есть на самом деле. В Прэтте все заявляют, будто им безразлично, что о них думают другие, но они врут. Осадок все равно остается. Люди черствеют. Возводят стены. Для меня очень просто отгородиться стеной. А вот прорваться сквозь стену совсем другое дело.

Тихонько закрываю дверь и возвращаюсь на место.

– Я здесь не ради Чаня или Кая! – выдыхаю я резким шепотом.

У меня куда более сложные проблемы. Например, мой новый план.

Чань, имея необходимые ресурсы в своем распоряжении, делать ничего не собирается. А значит, именно мне придется обеспечить невообразимое количество денег. Я пересматриваю свои вычисления. Они выглядят пугающе – как великан, преграждающий путь ребенку. Это рискованная попытка, учитывая время неизбежного кризиса, зато теперь я не буду чувствовать себя виноватой, что не попыталась помочь. Во-первых, я возьму свою долю от прибылей Чаня и сделаю то, что делаю лучше всего, – инвестирую. Получу больше денег, чтобы поддержать валюту, банки и фондовый рынок и подготовить облигации для займов.

Во-вторых, в погоне за невозможным мне нужно найти несметно богатые источники финансирования. К счастью, обнаружить обладателей грязных денег для меня несложно, и я с удовольствием заберу у них накопленное.

В пятницу я стояла у подножия Шанхайской башни и смотрела вверх, на все ее 126 этажей, в приятном ожидании хороших новостей от Чаня, которому на прошлой неделе предложила выкупить у него фабрику. Швейцар Юй Тай наблюдал за мной, стоя по стойке смирно.

– Хороший сегодня денек, не так ли, Юй-шифу?[52] – говорю я по-китайски.

– Прекрасный, подобно вам, мисс Феникс! – Он открывает дверь.

– Простите, Юй-шифу, а вы где-то еще работаете?

– Вот подрабатываю водителем, – отвечает он и достает визитку.

Я, согласно обычаю, принимаю ее обеими руками. Частный водитель? Опять совсем не то, чего я ожидала.