Дело чести - Андрей Владимирович Булычев

— Третье — это прицельная планка, — продолжил тот. — Хороша, удобна, слов нет, но только разбалтывается, винт шарнира у неё ослабевает, и потом рамка туда-сюда начинает ходить, оттого и прицел сбивается. Нужно всё тут усилить. Ну и последний недостаток — это сам замок. Кремень из-за тугой пружины уж больно быстро колется, полтора-два десятка выстрелов сделал — и нужно менять. Может, сможете как-то его улучшить? Чтобы если камень и менять, то пусть бы он три-четыре десятка ударов держал?

— Что скажешь, Ефрем? — Бочаров посмотрел на мастера инструментальщика.

— А что тут сказать, — держа в руках одну из винтовок, произнёс тот негромко. — Конструкция кремниевого замка традиционная, он уже две сотни лет собой колесцовый и фитильный заменил. Всё, что можно было попросту улучшить, — давно улучшено, и нашими, и иноземными мастерами. Тут нужно серьёзно подумать.

— Думайте, господа, мы в вас верим, вы ведь у нас лучшие, — подбодрил оружейников Егоров. — Применяйте новые материалы, выдумывайте новые механизмы и детали, отстреливайте и испытывайте ружья сколько вам нужно. Время есть, никто вас не гонит. По пистолям — тяжелы, от ношения двух мы отказались, теперь у каждого егеря при себе один, и только в дозорной роте два держат, потому как там особые задачи и бывает важна начальная плотность огня. Но и в них жалуются на излишний вес пистолей. Нужно подумать, как их облегчить без потери точности и дальности прямого выстрела и увеличить количество зарядов. Один — это слишком мало.

Так, кроме стрелкового оружия хотел бы ещё вернуться к незаслуженно забытым нами дымовым шашкам. Раньше во время турецких кампаний мы их кустарным способом делали, и они хорошо нам помогали, скрывая от врага в наступлении и отходе. Несколько раз пожалел в прошлом походе, что не имели такие. Так что будем запускать у себя их производство. Чтобы у каждого егеря хотя бы одна, но при себе имелась. Много ведь тут не надо: селитра с серой, дёготь и сосновая смола с древесными опилками. Помещаем смесь в картонный тубус и, чтобы он не выгорал, обмазываем его огнеупорной глиной, после чего вставляем вовнутрь селитряный фитиль. Затем плотно закрываем, и всё — дымовая шашка готова.

Ну и переходим к самому сложному, к большим калибрам. Сейчас пехота на поле боя очень зависима от наличия артиллерийской поддержки — у какой стороны пушек больше, той проще в обороне выстоять или, напротив, с позиции противника сбить. Дальше роль орудий будет только расти, но не всегда бывает так, что они у пехоты есть, зачастую — или отстали, или на другом участке, а воевать нужно здесь и сейчас. По своему опыту скажу, что особенно не хватает пушек егерям, потому что они, как лёгкая пехота, действуют впереди основных сил или, напротив, прикрывают их отход. Мы вернули в строй такой вид ручного оружия, как гренады, улучшили их, сделали мощней и безопасней. Хорошее оружие? Несомненно! Но есть и большой недостаток — гренада стала гораздо тяжелее, и дальше тридцати, самое большое — сорока шагов закинуть её рукой практически невозможно. Ременная праща даёт ещё три десятка шагов плюсом, но этого всё равно мало.

И тут я подхожу к главному — нашей пехоте, пока я говорю про егерскую, нужна своя лёгкая артиллерия. Здесь я вижу два вида оружия — это ручной гренадомёт-мортирка и облегчённые, вьючные орудия. Мы с моим погибшим другом Куртом подходили уже в своих мыслях к разработке гренадомёта, но так и не успели его довести до готового изделия. Проводили даже опыты и пришли к выводу, что соединить приклад и широкий ствол для выброса гренады пока невозможно, отдача тут такова, что гарантированно сломает плечо стреляющему. Тому подтверждение — ручные мортирницы, которые в своё время применялись в армиях европейских государств. Мы их нашли в Италии, отстреляли и отложили в сторону, — генерал развёл руками. — Сложны в обращении и очень опасны. Для стрельбы фитиль гренады сначала нужно поджечь вручную прямо перед выстрелом, а затем быстро нажимать на спусковой крючок ружья, чтобы сработал кремневый замок и подожжённый пороховой заряд вытолкнул из широченного ствола гренаду. Если вдруг происходила осечка, — а они в замках, вы сами знаете, нередки, — гренада взрывалась прямо в стволе. Да и сами стволы не всегда выдерживали огромного давления пороховых газов. Так что это оружие представляло большую опасность своим хозяевам, а не их врагам.

Нам нужно придумать такую мортирку, которую будут переносить буквально пара человек. Чтобы у неё был широкий и недлинный ствол, с каморой внутри, куда засыпается вышибной заряд. На бомбу с фитилем можно надевать круглый деревянный поддон — эдакую юбку, не дающую прорываться раскалённым газам и принимающую на себя всю разрушительную силу удара в стволе. Для регулировки угла, задающего дугу полёта бомбы, на дульную часть можно закрепить прочную железную сошку с отверстиями, куда будут вставляться штыри, и пятой опорой у земли. По моим предположениям, на пару сотен саженей вести прицельный огонь из неё вполне себе будет возможно, ну а беспокоящий — и в два раза дальше. Это так, прикидки. — Алексей подал несколько листов с чертежами и расчётами Бочарову. — Я ведь не оружейник и не механик, как вы, Степан Ильич. Это просто размышления и черновые наброски, над которыми мы с нашим командиром полковой оружейной команды капитаном Вьговым несколько месяцев думали. Попробуйте всё это воплотить в работающее оружие. Может, получится?

Разглядывающего бумаги Бочарова обступили его оружейники.

— А если ствол из пушечной бронзы лить? — предложил начальник кузнечно-литейного цеха. — Такой и прочнее, и полегче стального или чугунного будет. И камору нужно подумать, какую внутри делать.

— Длинный здесь ни к чему, — вторил ему начальник ствольного цеха. — Тут ведь выстрел не прямой, а эдакий дуговой, настильный будет. Можно и меньше аршина чтобы ствол был.

— Лафет большой тоже здесь не нужен, — прикидывал старший ложевого цеха. — Зачем лишнюю тяжесть таскать. Можно небольшую пяту — станину из дуба сладить и железной полосой для крепости оббить. И сошник ещё так приспособить, чтобы она в грунт не зарывалась и часть силы удара в него передавала. А по бокам станины скобы для переноски закрепить.

— Ну вот и думайте, господа оружейники, — увидев, как увлеклись мастера, произнёс Егоров. — А у меня к вам последнее дело — это облегчённые, вьючные орудия, а именно: пушка и гаубица, — и достал