Отложенное взросление - Яна Яжмина

– Берите, не ошибетесь. Сейчас модно немного свободное. В этом году походите в облипочку, а на следующую зиму все будут спрашивать, где взяли.

– Берем. Кира, может, еще платье? Раз на танцы.

Я вспомнила, что Марина же шила платье на меня. А я не забрала. Хотя как я себе это представляю? Марина, привет, я проголосовала против. Да, наши дороги разошлись, но платьице-то по моим меркам. Может, я возьму? Да уж!

– Ничего не говорите, я мигом, – знакомая Марка снова скрылась в служебном помещении.

Я выбрала длинное шерстяное платье в крупную клетку. Так странно, только день назад у меня был полный комплект вещей, а сейчас я, словно впервые, примеряю то, что горожане носят каждый день. Пока я переодевалась, Марк подсунул мне сапоги и туфли.

– Заработаем, бери, – успокоил он.

– Я в сказке?

– Надеюсь.

Мы зашли в Дом творчества, сдали одежду в гардероб, миновали вход в тот самый актовый зал, где десять лет назад состоялся показ нашего спектакля, и поднялись на второй этаж. Танцы уже начались. Радостные пары отплясывали под зажигательную музыку. Я увидела среди них несколько знакомых ребят из моего класса и несколько постарше. Точно, остальные еще в резиденции. Сейчас уже наверняка известны результаты. Да, через год мы обязательно встретимся с остальными.

Жаль, что завтра воскресенье. Я так закрутилась и совсем забыла, что хотела навестить Ольгу Николаевну! Как она там? Да, в понедельник, в понедельник, как только подадим заявление, побегу к ней. Вот бы пустили. Скажу, что хочу трудоустроиться. Впрочем, почему бы нет? Где еще в этом городе меня так любят? Где еще в меня так верят?

– Ты плачешь?

– Нет, всё хорошо, просто вспомнила…

– Пойдем танцевать, никаких грустных мыслей! Твой день рождения!

– Точно, он же сегодня. Вот я рассеянная, совсем забыла.

– Я тоже в первый день потерялся.

Из колонки раздалось знакомое: «Раз-два, туфли надень-ка», потом какая-то веселая песня про любовь, а потом специально для меня заиграла песня про день рождения. И все вокруг меня поздравили. Ведущий объявил, что нужно танцевать активнее, ведь уже семь часов, ровно середина программы. Заиграл медленный танец, песенка принца из художественного фильма «Золушка».

Вдруг забудусь на мгновенье,

И отчаянно проснусь.

И тут я опомнилась.

– Марк! А как же мои? Надо с ними отметить! А я здесь, как же…

– Я провожу тебя после танцев, спорим, они не ложатся спать в девять вечера?

– Ну разве что Никиту уложат, – начала я, но потом вспомнила, как выглядит Никита. – Нет, думаю, они еще не ложатся.

И они действительно еще не легли.

– Скажем?

– Скажем.

Решив, что не будем держать в секрете радостную новость, мы поднялись на этаж. Марк зашел в квартиру вместе со мной.

– Мам, пап, Никита! Вы не представляете! Идите скорей сюда.

Марк уже повесил мое пальто и надевал на вешалку свое.

– Кира, погоди.

Папа выглядел серьезнее, чем обычно. А мама… Даже когда мы прощались, она старалась скрыть слезы. А сейчас на глазах всей семьи рыдала в три ручья.

– Папа, что случилось?

– Никита. Его забрали. Досрочно.

Глава 16

– Что случилось? Почему?

– Про болельщиков слышала?

– Как не слышать, пап, весь город гудит.

– Ну так вот.

– Не понимаю.

Мы сидели на кухне, отец налил себе очередную рюмку. Марк опустился на Никитино место, рядом со мной, мы держались за руки под столом. Мама в очередной раз промокнула платком глаза. Они уже стали красными, а кожа под ними отекла.

– Да чего ты не понимаешь! Это одноклассники его были. Пятерых задержали, а шестой, вратарь, недавно в резиденцию досрочно отбыл по сумме баллов.

– А Никита-то при чем? – Я тоже перешла на крик.

– А у нас в семье всегда кто-то крайний, не заметила?

Мне пришлось замолчать, потому что Марк крепко сжал мою руку.

– Андрей Юрьевич, может, вы всё-таки расскажете, лаконично?

Отец вздохнул.

– Никита не хотел в резиденцию. В отличие от Киры, ему и дома было хорошо. Тренироваться не стал. Хотя, я считаю, из него бы вышел первоклассный стрелок.

– Андрюша, да какой стрелок!

– Тихо, Наташа. В общем, шел он ровно, баллы за знания высокие, а спорт и творчество посещал с осторожностью. Пятое-шестое место среди мальчиков. Достойно, но не рисовался. Его старшие били последние несколько лет, как раз за победу в олимпиаде. Должен был какой-то их друг поехать, а взяли Никитку. В общем, что я. Не высовывался он. А этот, шестой, его в резиденцию отправили. А теперь и он задержан. Стали смотреть, кто дальше по списку, а там эти, остальные из команды. А за ними по списку аккурат Никитка был. Вот его и…

Отец с яростью опрокинул рюмку и налил еще одну, расплескав половину.

– Пап, может, обойдется? Я была в резиденции. Досрочникам дают квартиры. Никита преуспеет в научной секции. Еще гордиться им будем.

– А от старших его кто защитит? Там предусмотрена охрана?

– В моей не было.

– Что значит «в твоей»? В вашей! Или, ты думаешь, для Никиты отдельную построят?

Ничего я не думаю.

– Но подождите, – вмешался Марк. – Может, у него там с наукой заладится?

– Да, вы говорили, он с вычислительными машинами на ты?

– А заказы за мать кто выполнять будет?

Тут папа понял, что сболтнул лишнего.

Мама побелела, а я жалобно посмотрела на Марка.

– Сегодня я сделал предложение вашей дочери. И тайны вашей семьи – теперь мои.

– Дурдом!

– Мама!

Отец опрокинул еще одну рюмку, а затем пожал Марку руку и вышел из квартиры.

Мама на некоторое время забыла про Никиту и устроила допрос с пристрастием: как, когда свадьба, какие планы на дальнейшую жизнь.

Марк рассказал, что у нас будет комната. Что свадьбу сыграем через месяц. А я? А я просто устала. Так сильно устала от этого дня, что просто наблюдала за происходящим.

Час спустя мы попрощались с Марком на лестнице. К тому времени отец уже вернулся и со словами «мне на работу завтра» отправился спать.

Мама снова вспомнила, что Никиту увезли, и вздыхала на кухне. Никто не оценил мое платье, никто не выпил за мое совершеннолетие. Я могла бы заплакать по этому поводу, но, кажется, я это переросла. Едва коснувшись подушки, я отключилась. Во сне я снова была в резиденции, за мной гнался отряд милиции, а голос в громкоговорителях повторял: «Ваше время истекло».

Утром, открыв глаза, я первое время не понимала, где я.