Дом номер тридцать - Екатерина Евгеньевна Алешина

– Само собой, – гаденько ухмыльнулся Игемон.

Повисла тишина. Кот принялся тереться об одеяло, будто его мучили блохи. Время от времени он разевал пасть, высовывая длинный мерзкий язык. Теперь Лера знала, что только она не видела в нём пушистого милашку. Истинная суть прорывалась наружу в такой вот причудливой, искажённой форме.

Девушка забралась на подоконник, инстинктивно желая хоть как-то отстраниться. Коснулась плечом прохладного стекла, вздохнула обречённо.

Алое зарево рассвета уже поднималось над домами, небо посветлело. За окнами соседских домов начинала кипеть жизнь, обычная рутина, не обременённая проблемами. Лера посмотрела на часы, почти шесть.

– Почему я? Почему это происходит со мной? – зло спросила она, не поворачивая лица от окна.

Ответа девушка не ждала. Но Игемон проговорил:

– Твоя бабка.

– Что? Бабушка? – Лера повернулась к коту.

– Ты с ней одной крови, – пояснил демон, молниеносно спрыгнул с дивана, метнулся к девушке, принялся тереть спину о батарею. – А кровь сладкая, сильная. Ум… Дай крови.

Лера почувствовала приступ тошноты от очередного упоминания крови.

– Говори, что знаешь, – произнесла она, стараясь придать голосу больше уверенности.

– Бабка твоя была непроста. И в тебе от неё что-то есть. Я это чую.

«Она изменилась, набожной стала. Дар у неё открылся болезным помогать. Говорят, после сильных потрясений такое случается. Как-то Лида обмолвилась, что в роду у неё бабка-лекарка была. Но как знать? Думаю, тот роковой день в ней что-то открыл», – вспомнила Лера слова тёти Зои.

– Что это значит – «непроста»? – настаивала девушка.

Игемон недовольно зашипел, покрутился возле и вальяжно побрёл прочь, словно не собирался отвечать.

– Ладно, иди сюда, – решила схитрить Лера, отчаянно желая узнать всё о бабушке. – Я тебе шкурку почешу. Она ведь у тебя зудит, да?

– А потом крови дашь?

– Дам, – пообещала она.

Кот вспрыгнул на подоконник. И Лера, скрывая отвращение, принялась его чесать, словно домашнего зверька. Она сама дивилась абсурдности этой картины, но не могла остановиться.

– Так что это значит? – повторила девушка вопрос. – Что бабушка делала?

– Держала беса в узде, – ответил Игемон, подставляя спину.

От удивления Лера перестала двигать руками.

– Как? – изумлённо выдохнула она.

– Этого Игемон не знает.

«Врёт», – подумала Лера.

Она никак не могла уложить в голове всю новую информацию. Даже поверить в происходящее казалось немыслимым.

«Как вышло, что бабушка никогда таким не делилась? А разве можно было сказать подобное ребёнку?» – рассуждала Лера.

От вереницы ужасающих размышлений разболелась голова. Девушка гладила кота, забыв про страх и отвращение. В мыслях всплывали образы случившегося в доме Субботиных, её доме.

Солнце поднялось над малоэтажной застройкой. Узкий тротуар уже не был безлюдным. Шелестели шинами по асфальту проезжающие автомобили. Длинные золотистые тени пересекали улицу. А в бабушкиной комнате царила угнетающая тишина. В робких лучах солнечного света кружились пылинки. Лера старалась не смотреть на Игемона. У неё осталось бессчётное количество вопросов. Но она не спешила, знала, что теперь получит ответы на каждый. Вслед за шоком и эмоциональным взрывом пришло опустошение. Странное, чуждое, циничное хладнокровие овладело девушкой. Лера размышляла о том, как выгодней распорядиться сложившейся ситуацией. «Теперь ничего не изменить. Так зачем психовать? Успокойся и думай», – говорила она себе.

Глава 28

Никита, перекинув через плечо спортивную сумку, шёл с автобусной остановки к дому. Долгая дорога его измотала. Утреннее солнце слепило глаза. Яркие косые лучи тянулись из-за покатых крыш. Знакомые потёртые временем фасады сегодня навевали тоску. Парень посмотрел на часы: полвосьмого.

Никита представлял, как обнимет Леру при встрече, запустит пальцы в её короткие волосы, поцелует. И всё же он не знал, что сказать, чтобы удержать, отговорить возвращаться в Москву. Никогда в прошлом его не напрягала неясность в отношениях. Но сейчас было по-другому.

«Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей. Вот только тут наоборот, – усмехнулся про себя парень. – Ладно, буду действовать по обстановке», – решил он.

Дом номер тридцать возвышался над соседними постройками мрачной громадой. Обветшалые шпили башен тянулись к небу. Стрельчатые окна взирали пустыми бойницами, словно дом был безлюден.

Никита ощутил неясное предчувствие беды, но сразу отогнал эту мысль.

«Глупость какая, – подумал он. – Сейчас встречу Леру, завалюсь на часок в кровать, а после стану помогать ей с обедом».

В комнате Леры не было. Никита бросил у себя вещи и поплёлся на кухню. Ещё из коридора он заслышал тихий раздражённый шёпот девушки. Будто она переговаривалась с кем-то. Сам не зная почему, Никита зашагал медленно и бесшумно.

Подкравшись к двери кухни, парень застал неожиданную картину. Лера, лощёная как никогда, стояла у плиты, а рядом, возле её ног, крутился чёрный кот. Что-то смутило его в увиденном. Никита присмотрелся. Лера старательно нарезала нечто бурое и бросала коту. Тот заглатывал кусочки не жуя.

– Ну, нравится? – приговаривала девушка.

«Сырое мясо? – удивился Никита. – И когда это они сдружились? Она же терпеть не могла кота».

Лера, заметив движение в дверях, обернулась. Волосы её были идеально уложены, глаза загадочно блестели. Никита залюбовался. А девушка замерла на секунду, будто не ожидала его увидеть.

– С кем ты здесь разговариваешь? – с улыбкой поинтересовался парень.

– Ни с кем. Сама с собой.

Лера ополоснула руки и в несколько порывистых шагов подошла к нему, обняла. Никита прижался к тоненькому девичьему телу и сразу забыл про усталость последних часов.

– Я соскучился, – прошептал он девушке на ухо.

– Я тоже, – ответила она и поцеловала так отчаянно и страстно, словно в последний раз.

Никита удивился такому порыву. Лера казалась какой-то другой, ещё более красивой. Лицо горело румянцем. Глаза сверкали шальным блеском.

Парень отстранился.

– Ты какая-то не такая, – улыбаясь, сказал он.

Лера вопросительно нахмурилась.

– Красивая очень, – поправился Никита.

– Спасибо.

– Я сейчас в душ, а после давай тебе помогу, – предложил парень.

– Да не надо… – начала Лера.

В этот момент на кухне появилась тётя Зоя.

– Доброе утро, – поприветствовал её Никита.

– Доброе, – угрюмо ответила соседка.

– Как Даша? – спросила Лера.

– Приболела, – коротко ответила тётя Зоя и принялась возиться у плиты, ставя чайник.

Никита не придал этому значения. А Лера на удивление начала расспрашивать соседку.

Парень не хотел мешать на маленькой кухне и собирался уже уйти, как Лера сама вышла в коридор.

– Чем тебе помочь? – спросил её Никита.

– Да я сама справлюсь. Ты же устал, наверное, с дороги.

– Нет, – соврал парень.

– Ну, тогда было бы здорово в магазин сходить. Я кое-что забыла купить.

– Ладно. Слушай, Лер, я хотел поговорить, – начал Никита, сам не зная,