По следу из розовой пыльцы - Мария Камардина

– И вы с самого начала подозревали в убийстве медведя? Но зачем тогда было вламываться на свадьбу?

Кощеев вздыхает и поглядывает на Сашку с неодобрением.

– Наши маги выяснили, – произносит он с расстановкой, – что единственный способ снять проклятие с Евгения – передать дар оборотничества наследнику. Его младшие дети нужных способностей не имеют, годится только старший. И вот скажите мне, Катенька, что бы сделал ваш драгоценный супруг, если б знал, что для спасения родного отца нужно немножечко пожертвовать собой? Угадать нетрудно, бросился же он среди ночи накануне свадьбы за «розовой пыльцой» сомнительного качества к едва знакомой девице. – Он нехорошо улыбается и добавляет: – Не надо так смотреть. За вами и без меня есть кому следить – и подслушивать тоже.

Сильф в ответ на мой взгляд лениво пожимает плечами, и мне снова хочется дать ему в глаз. С другой стороны, Матвей либо сам знает не всё, либо далеко не всё рассказал мне.

– А что толку, – спрашиваю медленно, – с передачи дара? Был один сумасшедший медведь, станет другой?

Кощеев некоторое время шевелит губами, подбирая слова попроще, мол, формулировки специалистов простым смертным ничего не скажут. Магия, дающая возможность превращаться, сложная: она вроде как и передаётся по наследству детям, но в спящем состоянии, и разбудить её может только активный оборотень. Легенды про то, что способности передаются при укусе, в некотором смысле правдивы.

У Лерки фамильного дара нет, её умения пришли со стороны материнской родни. У Витальки магии вообще почти нет, разве что эмпатия выше средней. Сашкин дар проявился в способности обращаться с животными и немало развился во время драконоборческих тренировок. Сам по себе он ни в кого не превратится – но если захочет…

– В момент перехода дара, – объясняет Кощеев, – проклятие можно подцепить и выдернуть. Сейчас оно сидит очень глубоко, не дотянуться. Имейте в виду, я не настаиваю и даже не прошу, однако… – Он разводит руками и добавляет: – Но вряд ли выйдет как следует его допросить, пока он под контролем. Запрём покрепче и будем обновлять сонные чары, чтоб никуда не делся снова.

Я не помню, как Сашкина ладонь оказалась у меня в руках, но теперь я сжимаю её изо всех сил. Он не смотрит ни на меня, ни на Кощеева.

– Вы забыли сказать, – произносит он без выражения, – что отец Дашку тоже не убивал. Снотворное – перебор.

– А вот Екатерину, по её же словам, едва не убил, – тут же возражает маг. – Да и Василий Никитич может высказать мнение, не говоря уже о наших энергетических друзьях. Кстати, сегодня некоторые вполне материальны. Не хотите пояснить?

Адель, на которую он смотрит, с улыбкой качает головой.

– Не хочу. Дайте Екатерине допуск к делу. И Олегу.

– Не хочу, – передразнивает Кощеев. – Олег ваш вообще в отпуске. Вот скажите мне, Олег Андреевич, зачем вы лезете в некромантию?

– Хобби, – невозмутимо отзывается Князев. – Семейное, знаете ли.

– Знаю, – кривится маг. – Получше прочих. А, вон и профессионал наконец.

У поворота как раз останавливается белый автомобиль, а из него выбирается главный министерский некромант. Оглядывается, уверенно идёт к нам, и я вдруг обнаруживаю, что Сильф снова пропал.

– Добрый день, господа и дамы. – Вячеслав Сергеевич вежливо кивает, не подавая вида, будто он удивлён составом встречающих. – Мне сообщили, что здесь есть работа по моему профилю.

– Следов ритуалов в гараже нет, – быстро произносит Князев. – Но фонит, и есть намёки на подготовку. Хорошо бы оценить.

Дементьев бледно улыбается.

– Благодарю за разрешение. – Он несколько мгновений смотрит перед собой расфокусированным взглядом, потом моргает. – Чёрная свеча. Я-то надеялся, что вы повлияете на сына, господин Князев, а вы сделали строго наоборот. Про защиту, я вижу, помните, но слабенько, слабенько. Следы и на вас, и на юноше тоже.

Князев пожимает одним плечом.

– Допустимый после ритуала минимум. Развеется.

Некромант кривится.

– Семейная самонадеянность… Дружеский совет: покажите мальчика специалисту. И не затягивайте с этим.

Он кивает Кощееву и вместе с ним уходит к гаражу. Сильф проявляется – не полностью, лишь полупрозрачный силуэт, – дожидается жеста Саламандры и скрывается снова, только лёгкий порыв ветра указывает, что он направился за магами. Дементьев дёргается, оборачивается, но почти сразу успокаивается и идёт дальше. Если Маргарита сумела почуять Сильфа, то он тоже вполне может. Однако она вчера ушла, а он, между прочим, Сильфа таки отвлёк.

Подозрительные личности.

– Пытаться перехватить проклятие – очень опасная идея, – высказывается Князев. Хорошо, что тему поднял он, я пока не представляю, как об этом говорить. – Если б они были уверены, что получится, обратились бы сами, ещё до побега.

Сашка невнятно поводит плечами и молчит, но мантикоры снова начинают скулить. Мант приподнимается, расправляет крылья, встряхивается и укладывается обратно, пристроив морду на моём бедре. Я глажу его по макушке одним пальцем, обвожу жёсткие тёплые чешуйки.

А ведь не зря они с Гошкой рычали на Дашу. Если этот её Ванечка связан с Гномом, то запахи действительно могли остаться и на ней. Я вот ту же некротику не чую совсем, но Князевы реагируют – и почему бы Гошке не среагировать на что-то недоступное людям? Он же умный, чуткий, уловил след, амулетом подсказал направление мантикорам…

А они ведь могут телепортироваться. И запах знают. Подхватить эфирный след закрытого портала элементали не сумели, но они ведь и щель между мирами сами не отыскали, а Зверев с помощью дракона смог!

– Адель, – говорю осторожно, – а тот поисковый амулет… Он ещё у тебя?

Она смотрит удивлённо, но соображает почти сразу.

– Ты думаешь, они смогут подхватить след и пройти насквозь? Прямо к нему?

Сашка тут же оживляется:

– А давайте попробуем! Что мы теряем?

– Головы, – немедленно отзывается Князев. – Сам представь, что будет, если вломиться к нему в логово. – Он делает короткую паузу и заключает: – Я с вами.

– И я, – подаёт голос молчавший до сих пор Кожемякин. – Кое-что из защиты у меня в машине есть, сейчас принесу.

Он поднимается с покрывала, мимоходом пожав пальцы Ирины. Она остаётся на месте, только сумку расстёгивает – в ней, я подозреваю, куда больший выбор амулетов и заготовок под них, чем у меня.

Влад ставит локти на колени и на пару секунд прячет лицо в ладонях. Выпрямляется, морщится, прижимается к стволу затылком.

– А я на радость папе проявлю благоразумие, – сообщает он хрипло. – Голова раскалывается.

– Хороший мальчик, – одобряет Князев. – Ирочка, топора у вас в сумочке нет, как и меча? Жаль, жаль…

Таблетки от головы находятся у меня, и минералку я тоже отдаю Владу. Выглядит он и впрямь как-то нездорово.

– Может, тебе