Системный Кузнец XIV - Ярослав Мечников

class="p1">Ощущение из старого сна поднялось из глубины. Тёмная стена уже пришла к водопаду. У неё появились лица. Красная пыль лежала на панцирях. Скакуны дышали паром возле дара воды.

Командир снова направил зверя вперёд. Корзина осталась за ним. Копыто задней ноги задело кувшин. Обожжённая глина раскололась. Вода потекла по красной земле и быстро впиталась в пыль.

Чужак подъехал к Умру. С высоты седла он разглядывал старейшину. Их лица разделяло расстояник трех вытянутых рук. Умр поднял голову. Его горловые пластины двигались при каждом вдохе.

Командир произнёс короткую фразу.

Умр молчал.

Любой ответ утонул бы в незнакомом языке. Дар воды должен был сказать всё за них. Разбитый кувшин лежал позади скакуна. Последний общий знак уже получил свой ответ.

Старейшина медленно коснулся ладонью груди.

Командир следил за жестом. Возможно, увидел просьбу. Возможно, решил, что перед ним знак подчинения.

Он отвернулся к всадникам и правая рука поднялась над плечом.

Время словно замедлилось.

Затем ладонь резко опустилась.

— Конец, — прошептал кто-то возле внешнего камня.

Всадники закричали — их крик слился в единый удар. Скакуны рванулись вперёд. Земля содрогнулась под копытами.

Умр успел повернуть голову.

Командир выдернул широкий клинок. Серый металл описал короткую дугу. Голова старейшины упала возле разбитого кувшина, а туловище осталось стоять ещё один удар сердца. Потом Умр рухнул.

Край Пены взорвался криками.

Охотники бросились к спрятанному оружию. Первый успел вытащить копьё из-под тростника. Скакун ударил его грудной пластиной и отбросил к стене хижины. Другой охотник поднял лук. Всадник пронёсся мимо и рассёк тетиву вместе с кистью.

Сор попятился. Его синий диск подпрыгивал на груди. Чужое копьё вошло под ключицу и вышло между лопаток. Старейшина повис на древке. Всадник встряхнул оружие, сбрасывая тело на землю.

Орр схватил Раха за плечо.

— Беги!

Он толкнул сына в сторону нижних хижин.

— Беги, Рах! К расселинам!

Отец развернулся и поднял с земли охотничье копьё.

Рах увидел приближающегося всадника. Панцирь на груди чужака был покрыт красной пылью. Скакун вытянул голову. Его пасть раскрылась под краем лицевой пластины.

Орр шагнул навстречу.

Рах побежал и что было дальше не видел. Сумка лекаря била по боку. Костяные иглы гремели внутри. Красная земля скользила под ступнями. Он перепрыгнул через упавшего охотника и едва удержался после столкновения с бегущим стариком.

Вокруг двигались чужие звери. Они врывались между хижинами. Плетёные стены ломались под их телами. Крыши оседали. По поселению разлетались обломки тростника.

Рах услышал крик отца. Он обернулся на бегу.

Орр стоял на коленях. Копьё исчезло из рук. Всадник возвышался над ним. Клинок опустился, и отцовское тело упало возле внешнего камня.

Рах споткнулся. Ладонь ударилась о землю. Пыль забилась между пальцами. Он сразу поднялся.

Мимо пронёсся молодой охотник Ир. Они вместе собирали лекарскую траву возле северной протоки. Ир держал лук за середину и пытался добраться до лестницы между домами. Короткое копьё прилетело со стороны дороги. Наконечник вошёл ему в живот. Ир сделал ещё несколько шагов и ударился лицом о стену.

Рах побежал дальше. Его дыхание стало хриплым. Сердце билось уже где-то в голове, превращая происходящее в череду отдельных мгновений.

Нижние хижины открылись перед ним.

Женщины выводили детей наружу. Совет велел ждать внутри, пока старейшины договорятся с пришедшими. Теперь узкая тропа заполнилась телами. Матери тащили детей к северному краю поселения. Старшие девочки подхватывали малышей.

— К протоке! — кричала женщина из рода ловцов. — В пещеры!

Её голос оборвался под топотом. Всадник ударил женщину длинным клинком. Она закружилась и упала под ноги бегущим.

Дети плакали. Их крики сливались с рёвом водопада.

Рах двигался вместе с толпой. Он уже понимал, что расселины находятся слишком далеко. Всадники прошли через поселение быстрее, чем человек успевал добежать от Дома Воды до нижних хижин. Скоро они перекроют северную тропу.

Возле крайней хижины он увидел Иллу. Она стояла у стены и прижимала к груди маленького сына. Ребёнок вцепился пальцами в её плечо. Муж Иллы лежал возле порога. В его животе торчало копьё.

Илла подняла голову и их взгляды встретились.

Когда-то они вместе учились различать съедобные нити на влажных камнях. Илла смеялась над серьёзностью Раха и приносила ему сладкий сок мягкоствольного дерева. Потом старейшины соединили её с охотником из сильного рода. Рах стоял на церемонии возле чаши воды и держал лекарскую сумку отца.

Он собирался поговорить с ней раньше.

Подходящий день всё время оставался впереди. Сначала требовалось завершить обучение у деда. Потом Илла стала обещана другому. Слова потеряли право быть произнесёнными и остались внутри.

Теперь её лицо было белым даже для кхара. Пластины на голове прижались друг к другу. Ребёнок кричал у неё на руках.

Жаль, что он так и промолчал.

Рах протянул к Илле руку.

— Беги к воде! Спускайся по нижней тропе!

Она открыла рот.

Ответ потерялся в шуме.

Сзади раздался свист.

Что-то вошло между его лопаток.

Удар толкнул тело вперёд. Боль запоздала. Ноги подогнулись, и земля резко приблизилась. Рах успел выставить руки, хотя они уже перестали удерживать вес.

Он упал лицом в красную пыль.

Сумка лекаря раскрылась. Костяные иглы высыпались рядом. Одна перекатилась перед глазами и остановилась в углублении от чужого копыта.

Рах попытался вдохнуть — воздух вошёл коротким всхлипом. В груди что-то булькнуло. Руки лежали возле лица и казались далёкими. Он приказал пальцам сжаться. По земле прошла слабая царапина.

Где-то продолжали кричать.

Скакуны топтали тростниковые стены. Рёв водопада поглощал голоса Края Пены. Перед глазами двигались чужие ноги. Красная пыль поднималась и оседала на белой коже.

В поле зрения появилась ступня Иллы. Потом её заслонила тень. Раздался крик, который оборвался слишком быстро.

Сознание стало уходить.

Зачем всё это?

Для чего они жили, если конец занял несколько мгновений?

Красная земля потемнела перед глазами. Звуки отступили к самому краю мира. Последний вдох застрял в горле.

Рах провалился во тьму.

* * *

Холод вернул его.

Он вошёл в тело через спину, расползся вдоль рёбер и сжал суставы. Рах открыл глаза. Над ним высилось серое небо, разрезанное чёрными ветвями. Тонкие листья дрожали на ветру. Между кронами двигались клочья белого пара.

Рах лежал на земле. Щеку холодила влажная трава. Воздух пах сырой корой и чем-то тяжёлым, застоявшимся под почвой. Водопад исчез. Его рёв ещё звучал внутри головы, смешиваясь с криками Края Пены. Но здесь лес жил тихим шелестом.

Первой пришла мысль о смерти. Копьё вошло между лопаток. Он упал возле нижних хижин. Значит, сейчас находился за пределами жизни, в земле