Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

— Да, собираются строить центр по ремонту тяжёлой техники, без решений Конструкта.

Мне нравилось наблюдать за грацией и пластикой Лауры. Но почему-то вместо охотничьего азарта или же возбуждения я чувствовал лишь созерцательный интерес. За красотой посланницы Императора прячется слишком много приключений. Вся её сексуальность меркла перед мимолётным взглядом Надежды. Так, мысли опять прыгнули в сторону Тени… Я отвёл глаза. Вряд ли Челидзе сдастся. Она, слава богу, не шла напролом, как Паулина. Просто расставляла сети, терпеливо подманивая жертву.

— Найдите мне доказательства, Михаил Иванович. Пожалуйста.

У меня в кармане включился телефон, поставленный на беззвучный режим. Туров. Сбросив звонок усилием воли, я улыбнулся и легко поднялся, чуть поклонившись:

— Постараюсь. Мне нужно идти.

Она покачала бокалом, коснулась его губам, не мигая глядя мне в глаза. После чего выпрямилась и кивнула, повторив.

— Пожалуйста, Михаил Иванович.

Ничего обещать не могу. У Семецкого семьи не было, но специалист был ценным. У выхода из покоев Челидзе я остановился, обернулся:

— Мне нужен психомант. Хороший психомант с лицензией, умеющий держать язык за зубами. Чем быстрее, тем лучше.

Конычев всё ещё рыл носом землю, раскапывая след культистов и сетевых революционеров. Он и группа Волгина сейчас находились в Екатеринодаре, вытаскивать его сюда — мешать основному заданию и терять время. С момента убийства прошло два дня, а значит, действовать нужно быстро.

— Вечером он будет здесь, — сказала Лаура и вздёрнула бровь, не сводя глаз. — Может быть, что-нибудь ещё?

— Пока нет.

— Жаль…

Я улыбнулся на прощание и вышел. На улице было солнечно и солнце, надо сказать, уже немного грело. Остановившись на лестнице отеля, я, щурясь, вытащил телефон. Капелюш ждал меня внизу, тоже пользуясь моментом всеобщей красоты. Лёд на озере сверкал, над крышами домов поднимались дымки, а ещё вокруг царила потрясающая тишина. Мы с моим охранником понимающе переглянулись.

— Что у тебя? — спросил я у Турова.

— Мы готовы, ваше сиятельство, — сказал бывший имперский гренадер, теперь командующий целой армией из одарённых, среди которых были и боевые офицеры.

— Работай.

Где-то на окраинах Кобрина через несколько секунд вооружённые люди в масках ворвались в квартиру, где мужчина в трусах сидел у телевизора с банкой пива и поедал чипсы. На вторжение он среагировал почти моментально, схватившись за оружие, но был выведен из строя магическим ударом.

Загадочные люди в чёрном выволокли тело на улицу, запихали в багажник автомобиля без номеров и увезли за пределы зоны действия Конструкта.

Я спустился к «Метеору» и сел на заднее сидение. Пытать захваченного человечка никто не станет. Мне нужен слепок с его памяти, пока ещё не поздно. Методы получения меня не волновали. И, полагаю, Челидзе закроет глаза на то, каким образом был найден потенциальный свидетель.

Надо сказать: Александр Шуйский оказался человеком разумным и осторожным. Или тот, кто за ним присматривал. Всё сопровождение, побывавшее на злосчастном озере, уже на следующий день оказались заменены новыми людьми. Сам представитель знатного рода усиленно занимался делами ремонтного производства, следя за работой строительной бригады. А в центре Кобрина, в гостинице «Несвиж» торопливо организовывался временный выход свидетелей преступления за орбиту хозяина. Идея несложная: неделю посидят в покое, не высовываясь, а там уже никто толком не разберётся, если дело дойдёт до психомантов. В Кобрин из Петербурга даже прибыл поверенный по таким вопросам. Некто Волк Ипполит Михайлович, низенький флегматичный мужчина, занимающийся координацией.

Шуйским, наверное, показалось, будто они надёжно прикрыли себя от возможного расследования. Насколько я понял, Ипполит Михайлович настаивал, чтобы сам Александр тоже покинул мои земли на недельку-другую, но молодой аристократ упёрся, справедливо считая, что уж его-то сознание никто не посмеет потрошить. Тем более что Шуйские вертолётом прислали к нему адвоката, одного из самых дорогих в стране.

Следы четы Воробушкиных терялись на подъезде к Минску. Автомобиль точно покинул Кобрин, но в следующем городе не появлялся. Вокруг хватало дорог без камер, так что при должном везении или же желании можно было добраться до центральной России, не оставляя цифровых следов.

Да и не выглядели они как люди, которые могли убить репортёра. Но, несомненно, что-то про это знали.

Саша Панова с утра уже ездила к Шуйскому, интересуясь его визитом в район близ Селях. Парень, обворожительно улыбаясь, очень охотно ответил на все её вопросы. Однако разговор совсем ничего не дал. Мол, ничего толком не видел, ничего не знает. Катался, охотился. Лицензия есть. Люди сопровождения на плановой ротации, но, как вернутся, будут готовы ответить на все вопросы следствия. А что случилось? Убийство! Какой кошмар. Да-да, он видел там странную машину, но кто был внутри не разбирался — проехал мимо.

Глаза Шуйского были кристально чисты. Саша закончила опрос и вернулась к себе, уверенная, что Александр говорит меньше, чем знает и вообще врёт. Умница. Однако оснований для того, чтобы тащить знатного человека, представителя известного рода, на стол к психоманту — у неё не было.

— Куда, Михаил Иванович? — спросил у меня Капелюш. Я посмотрел на часы. Меня манила загадочная аномалия под Мостами. Вокруг неё уже выросли стены, отсекая случайных посетителей от греха подальше. Туров организовал небольшой пост гвардии для охраны.

Пока у меня не было идей, с чем я столкнулся. Сможет ли помочь Тринадцатый отдел с их изысканиями? На моих землях из представителей данной организации остались только дежурные. Ни Кадывкин, ни Орлов на границе более не появлялись. Возможно, нужно позвонить последнему.

Потому что всё увеличивающееся в размерах требует внимания.

— Кажется, к вам гости, — сказал Капелюш. Я вынырнул из размышлений и повернул голову. По ступеням, придерживая шляпу на затылке, торопился старший конструктор Танков. Созрел, наконец.

Я открыл дверь и шагнул к нему навстречу.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — почти нараспев сообщил тот. — Я завтракал, знаете ли, и вижу вы или не вы. Потом понимаю — вы. Очень рад, что успел вас перехватить.

— Добрый день, Геннадий Геннадьевич. Не хотел вас беспокоить, честно. Как мои результаты?

Постоять на зимнем солнышке мне было в радость.

— Вот я как раз насчёт результатов вашего теста, — покивал Танков. — Результат, Святая Технология, просто ошеломляющий. Я, уверяю вас, ничего подобного не видел прежде. Конечно, ждать от изобретателя невероятных схем чего-то посредственного было бы слишком глупо с моей стороны, но всё же… Мы впечатлены. Я даже поставил в известность самого князя Столыпина.

Я хмыкнул.

— Но вы ведь прекрасно об этом знаете, — продолжил инженер, тонко улыбнувшись. —