Бывает и хуже? Том 12 - Игорь Алмазов

— «Скрипит», — сообщил он с отвращением. — Двадцать одна тысяча, и скрипит.

— Так не бери.

— «Хорошая коляска, но ручка ниже, чем хотелось бы», — прочитал он следующий комментарий и посмотрел на меня. — Саня. У меня рост метр девяносто.

— Значит, ручка регулируется. Смотри в характеристиках высоту ручки.

— А тут её нет.

— Тогда это плохой магазин.

К тридцатому варианту я поймал себя на том, что разбираюсь в детских колясках лучше, чем в половине приказов Минздрава. Появились слова «шасси», «амортизация», «люлька», «блок». Выяснилось, что коляска бывает «два в одном» и «три в одном», и Чердак твёрдо решил, что три лучше, чем два, просто потому что три больше.

— Стой, — сказал я. — Три в одном значит, что там ещё автокресло в комплекте. Это имеет смысл, у тебя же есть машина.

К сороковому варианту он начал прикидывать вслух, пройдёт ли коляска в подъезд.

— У нас там под лестницей место есть, но там велосипед Сергеича, — объяснил он. — Сергеич сказал, что не уберёт его.

— А если попросить?

— Я попросил, — сказал Чердак. — Один раз. Он сказал, что не уберёт.

Я решил, что судьбу велосипеда Сергеича мы обсуждать не будем, потому что Чердак, если захочет, сам это решит.

Где-то к девяностому Чердак впервые за всё время замолчал надолго. Он смотрел не на планшет, а куда-то в стену.

— Чердак?

— А я нормально всё делаю? — спросил он.

Ёлки-иголки. Второй за день. Сегодня, видимо, день такой.

— Ты сто колясок смотришь два часа, потому что боишься выбрать не ту, — сказал я. — Знаешь, что это значит? Что ребёнку повезло.

Чердак засопел, отвернулся и сделал вид, что читает характеристики.

— Тут написано «поворотные колёса с блокировкой», — сообщил он сдавленно. — Это чего?

— Это чтобы по гравию ехало прямо, а не вбок.

— Полезно, — одобрил он.

Наконец, где-то на сто первом варианте, выбрали. Тёмно-синяя, без цветочков, колёса большие, ручка регулируется. Чехол снимается, вес одиннадцать двести, три в одном.

— Вот эта, — сказал Чердак. — Она.

— Точно?

— Точно, — сказал он и посмотрел на меня. — А если Лизку не устроит?

— Точно устроит, — заверил я. — После таких мучительных выборов.

Чердак сделал онлайн-заказ, сказал мне тысячу спасибо и убежал.

Я сделал небольшой перерыв, и вновь задумался о пране. Она продолжала работать всё хуже, и у меня было несколько гипотез, почему так.

Гипотеза первая. Ресурс не бесконечен в принципе, у него есть общий объём, и я его тратил, не считая. Тогда моя задача экономить.

Гипотеза вторая. Организм этого тела прану отторгает. Не выдерживает нагрузки, и падение отдачи есть защитная реакция. Тогда экономия не поможет, поможет только состояние тела.

Гипотеза третья. Это что-то ещё. Ещё одна плата за вторую жизнь. С этим я ничего не сделаю.

Классика дифференциальной диагностики: три версии, и подтвердить можно только исключением. Значит, будем исключать. Как всегда.

Я решил попробовать не использовать прану несколько дней подряд и проверить, что же будет в таком случае. Если после этого отдача вырастет, значит, работает гипотеза расхода. Если нет, то одну из гипотез вычеркну.

И записал себе в блокнот условия: фиксировать перед каждым запуском сон, еду и уровень стресса, а после — отдачу и длительность. Если я собираюсь в этом разобраться, то по правилам, а не по наитию.

После перерыва я занялся работой. Ко мне стали приходить анализы Ольги, и я вспомнил, что она сама должна прийти сегодня. Только её не было.

Ни в назначенное время, ни через час. Я позвонил.

Длинные гудки, никто не ответил. Позвонил ещё раз. То же самое.

Я набрал ещё раз. И ещё через десять минут.

А потом женский голос автоответчика сказал «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Не нравится мне всё это.

Глава 16

Телефон Ольги молчал весь вечер.

Я сделал то, что делает любой врач, у которого пациент не пришёл на приём с готовыми анализами. Открыл карту и стал смотреть контакты. Нашёл там номер её подруги, которая была указана как экстренный контакт.

— Здравствуйте, — позвонил я ей. — Меня зовут Александр Александрович, я врач-терапевт. Звоню вам по поводу Ольги Симоновой, она не явилась ко мне на приём. Ваш номер указан как экстренный.

— Оля к подружке уехала, она меня попросила кота кормить, — удивлённо ответила она. — Даже не сказала про врача. Она чем-то заболела?

— Я не имею права это разглашать, — вежливо ответил я. — А есть контакты её подруги?

Она продиктовала телефон, попросила если что сообщать ей. Я перезвонил второй подруге, объяснил ситуацию. Как выяснилось, Ольга ей не сказала про приём у врача, просто попросилась пожить несколько дней. Эту подругу звали Таня, и у неё был частный дом в Екатериновке, Ртищевской области. И Ольга ушла гулять в лес, якобы чтобы о чём-то подумать.

Таня сообщила мне адрес, потому что я объяснил, что это очень важно. И я предупредил, что приеду.

Не нравилось мне всё это. То Ольга не хотела даже один день на работе пропустить, а то не пришла к врачу и уехала непонятно куда.

Сбежала. Вообще-то это личное дело пациента, сбегать или оставаться. Формально я сделал всё, что должен: пригласил, назначил, зафиксировал неявку в карте. Дальше начинается зона, куда врача никто не звал.

Но я обещал её отцу. А обещания у меня, к сожалению, обладают неприятным свойством, они не забываются.

Так что я набрал Чердака.

— Саня! — заорал он в трубку так, что я отодвинул телефон от уха. — Брат! Ты не поверишь!

— Что случилось?

Я уже напрягся автоматически.

— Лизок коляску одобрила!

— Поздравляю, — улыбнулся я. — А мне нужно в Екатериновку. Отвезёшь?

— Конечно! — легко отозвался он. — Вообще без проблем, я теперь твой должник! Давай через десять минут у входа в главный корпус.

Мы поехали в Екатериновку. Чердак вёл аккуратно и всю дорогу говорил.

— Я, значит, всё сделал, — сообщил он. — Как ты сказал.

— Что именно сделал? — я говорил ему даже слишком многое. Так что сразу понять сложно.

— Бизнес, — отозвался тот. — Помнишь? Ты советовал мне, Мухе и