Исповедь смертного греха 4 - Макс Вальтер

Я рефлекторно прикрыл лицо сгибом локтя, но это не помогло. Запах просачивался сквозь ткань, оседал на языке, заставлял дышать ртом. И от этого становилось только хуже.

Как всегда, на помощь пришёл Каин и просто лишил меня обоняния.

Командный центр открылся нам во всей красе. Под потолком висел голографический проектор, с которого срывалась огромная мультиэкранная сетка. Десятки окон отображали поток информации с камер. Часть из них темнела пустыми квадратами (видимо, выбитые нами или просто вышедшие из строя во время бардака). Но некоторые ещё работали, и по ним пробегали едва заметные помехи. В центре под этим мерцающим полотном стоял сенсорный стол. На нём горел пульт управления, подсвечивая комнату холодным синим светом. Перед столом выстроились четыре кресла. Три из них пустовали, а в четвёртом сидел труп.

Он откинулся на спинку, запрокинув голову. В затылке зияла дыра от пули, с рваными краями, как будто выстрел сделали в упор. На потолке, прямо над креслом, прилипли засохшие мозги. Тёмные, сморщенные, с потрескавшейся коркой.

Рядом валялся пистолет. Обычный, табельный, с затвором, вставшим на задержку. Видимо, выпал из руки, когда тело последний раз дёрнулось.

Я медленно прошёл внутрь, стараясь не смотреть на труп, но взгляд сам возвращался к почерневшему лицу. Кто-то из сотрудников решил не ждать, пока его сожрут или обратят. Он предпочёл уйти сам. И, судя по всему, он оказался последним, кто держал оборону.

— Не подходите к нему, — глухо произнесла Марта.

— Я и не собираюсь, — ответил я.

Но к столу подойти всё же пришлось. Ведь мы явились сюда именно за этим.

— Даш, справишься?

— Да-а… — хриплым голосом отозвалась она.

Судя по бледному виду, рвотные порывы она сдерживала из последних сил. А я в очередной раз порадовался, что у меня есть Каин.

Подруга подошла к столу, склонилась над ним и вдруг рванулась в сторону, упала на четвереньки и принялась извергать содержимое желудка на пол. Мишка дёрнулся к ней, но я придержал его за руку и покачал головой, когда он посмотрел на меня. Помочь Дашке он всё равно не мог.

— К двери, — бросил ему я, — охранять вход. Марта, встань с ним. Лёха, Саня — за мной.

Команда зашевелилась. Дашка медленно поднялась, вытерла рот рукавом и вернулась к панели управления. Карина схватилась за стул с трупом и вытолкала его в коридор. Уверен, что дышать от этого легче не стало, хотя концентрация вони должна была упасть. По крайней мере, возле пульта.

Мы втроём прошли до двери, которая расположилась на противоположной от входа стене. Эта была не запертой и вообще не имела замка. Створка подалась в сторону, не издав ни единого звука. В лицо пахнуло свежим, прохладным воздухом, а под потолком вспыхнул свет, заливая серверную. Всюду ровными рядами стояли шкафы, мигающие разноцветными лампочками. Святая святых лабораторного комплекса. Наверняка информация, что здесь хранится, стоит столько, что продав её, мы будем безбедно жить до конца своих дней.

Вот только планы у меня были другими.

— Даш, как закончишь, загляни сюда, — бросил подруге я. — Саня, Лёха, осмотреть всё. Только ничего не трогайте.

Друзья кивнули, рассредоточились и двинули вглубь серверной, по обеим сторонам. Вскоре от дальней стены донеслись их возгласы:

— Чисто…

— Чисто, — словно эхо, повторил Лёха.

Мы вернулись обратно к пульту, над которым колдовала Дашка.

— Как тут у тебя? — спросил я.

— Почти закончила, — не отрываясь от работы, ответила она — Здесь почти каждая команда под отдельным паролем. Ума не предложу, как они их все запоминали.

— Там серверная. — Я кивнул за спину.

— Я поняла, — ответила подруга. — Что от меня нужно?

— Собрать жёсткие диски, но так, чтобы не выключить свет и управление вратами.

— Хорошо, займусь, как только закончу здесь.

— А не проще сразу серверы обесточить? — подал голос Санёк. — Безопасность останется без управления.

— Не останется, — покачала головой подруга. — Все турели на автономном питании, с собственным блоком управления. Отключив серверную, мы лишим себя возможности управлять ими. Вначале нужно всё отключить с пульта, а уже затем забирать жёсткие диски.

— Ты как? — Я переключил внимание на Карину.

— Нормально, — ответила она. — Справлюсь.

— Хорошо. Даш, поторопись. Нам до рассвета нужно выйти отсюда.

— Грех, не лезь под руку, ладно⁈ — огрызнулась она. — Я работаю.

Тишина стояла такая, что звенело в ушах. Но никто в этой комнате не чувствовал покоя. Каждый звук, даже самый тихий, заставлял дёргаться. Мишка переминался с ноги на ногу и слишком часто поглядывал в коридор. Его пальцы то сжимались на стволе огнемёта, то расслаблялись, будто он не мог решить: ждать или уже пора жарить. Марта кусала губу и не отводила взгляда от тёмного проёма. Карина стояла у стены, но даже в её неподвижности чувствовалась натянутая струна.

Дашка работала с пультом. Её пальцы летали с такой скоростью, что я не успевал следить за тем, что она делает. Пару раз она промахнулась по сенсорам и тихо выматерилась. Саня с Лёхой замерли у серверной, и оба выглядели так, будто их придавило к полу. Лёха протёр лицо ладонью, потом ещё раз, но пот всё равно блестел у него на лбу. Саня беззвучно шевелил губами, словно что-то считал. Мы все были на пределе.

Я и сам чувствовал, как внутри всё сжимается. Ожидание выматывало хуже, чем схватка. Хотелось, чтобы хоть что-то произошло. Потому что эта тишина уже не походила на передышку.

— Готово, — наконец выдала Дашка, и мы все с облегчением выдохнули.

— Давайте в серверную, — скомандовал я. — Забирайте все диски. Даш, покажи, как и какие ящики потрошить.

Карина молча прошла в серверную с остальными. Вскоре изнутри начали доноситься команды. Защёлкали фиксаторы. Ящики, лишившись памяти, принялись пищать, сигнализируя об ошибке. Но работа кипела, и от этого становилось легче.

Извлечённые диски распределили между собой. Пусть их считывают на Монолите, если нам повезёт до него добраться.

Мы выбрались обратно в коридор, но теперь могли двигаться без опаски. Камеры не работали, система безопасности была отключена, и мы больше опасались турелей.

Через десять минут мы уже находились в главном вестибюле, и теперь наш путь пролегал вниз. Лифты не работали,