Ненавистная лекарка для слепого дракона - Мария Минц

— Ты подняла чашку. Я услышал.

Он говорил уверенно, но взгляд на секунду скользнул к моей руке.

Следующий час я роняла салфетки, показывала пальцы, бесшумно переставляла лампу и проходила у него за спиной. Бастиан должен был смотреть перед собой, поворачивать голову только на звук и не ловить предметы, которые падали в поле зрения.

С последним было трудно.

Я столкнула со стола пустой пузырёк. Он перехватил его в воздухе.

— Плохо.

— Ты бы расстроилась, если бы он разбился, — усмехнулся он.

Бастиан всё ещё держал пузырёк двумя пальцами. В прежние дни это движение заслужило бы похвалу. Сегодня пришлось сделать вид, что я не восхищена.

— Дэмиан обрадуется сильнее, если увидит, как якобы слепой ловит стекло!

Бастиан поставил пузырёк на стол. Велел:

— Ещё раз!

Теперь я бросила клубок бинта. Он упал у его сапога. Бастиан даже не моргнул.

— Лучше.

— Я начинаю понимать, почему ты так любишь приказывать пациентам.

Он наклонил голову, пряча улыбку. Я услышала её в голосе и заранее знала продолжение.

— Потому что пациенты делают глупости.

— Потому что тебе нравится, когда тебя слушаются.

Я хотела возразить, но Бастиан улыбнулся. Впервые увидела его глаза при этой улыбке. Тёмные, почти чёрные, без дымки и боли. Злиться не получилось.

— Вторая ошибка, — сказала я. — При посторонних ты не должен смотреть точно на лицо говорящего.

— Раньше я поворачивался на голос.

— Чуть мимо. На полшага левее, если человек стоит близко. И не следи глазами под повязкой: ткань двигается.

Бастиан вернул чёрную полосу на лицо. Я стала справа.

— Где я?

Он повернул голову чуть левее моего плеча.

— Здесь, — ответил Бастиан, повернувшись на полшага левее.

Неплохо. Я поставила перед ним чашку, потом без предупреждения двинула её ближе к краю. Он проследил за движением глазами. Повязка едва заметно натянулась.

— Попался.

— Я слышал звон! — попытался оправдаться он.

— Чашка стоит на салфетке, тут не обо что звенеть.

Я забрала чашку и вернула уже с другой стороны. Бастиан потянулся, нашел край стола, повел пальцами по дереву. Так он делал каждый день, пока темнота была настоящей. На секунду его лицо стало жёстким.

— Ненавижу это движение, — произнес он.

— Знаю. Ещё несколько дней придётся потерпеть.

— Несколько?

— Хочешь быстрее — заставь брата признаться уже за завтраком!

Бастиан хмыкнул и нарочно задел ложку. Та упала на ковёр почти без звука.

— Зачем?

— Слепые иногда роняют ложки.

— Ты — никогда.

— Значит, сегодня начну новую жизнь.

Я наклонилась за ложкой одновременно с ним. Мы столкнулись лбами. У меня из глаз посыпались искры, Бастиан отшатнулся и наконец рассмеялся.

— Очень убедительно, — сказал он.

— Ещё раз, и Дэмиана ты будешь ловить без меня.

Бастиан снял повязку. Смех исчез, когда он заметил ушиб. Пальцы легли у виска осторожно, точно в край красного пятна.

— Я вижу, где больно.

От этой фразы злость куда-то делась. Раньше он нашел бы ушиб на ощупь. Сейчас рассматривал меня и сам выбирал, как прикоснуться.

— Больно?

— Терпимо.

Он узнал ответ и приподнял бровь. Я сама загнала себя в эту ловушку во время лечения.

— По шкале от одного до десяти.

Я посмотрела на него.

— Не надо использовать мои слова!

— Семь?

Слишком довольный голос.

— Один, — буркнула я, — И то из-за твоего упрямства.

Он рассмеялся. Я чувствовала тепло его тела и заметила, что Бастиан смотрит на мои губы.

После первого поцелуя прошло больше двух недель. За это время я призналась в правде, Вивиан отпустила меня, а Бастиан увидел моё лицо.

Мы так и не решили, что делать со всем этим…

По коридору прошёл караул. Звук шагов вернул меня в реальность.

— Повязку, — напомнила я.

Бастиан опустил руку.

— Ты каждый раз будешь прятаться за неё вместе со мной?

— Пока в доме Дэмиан — да.

Он ничего не ответил. Завязал ткань и снова стал прежним слепым генералом: подбородок чуть поднят, плечи напряжены, внимание обращено к звукам.

Я проверила его в коридоре. Сэнди прошла с подносом, Арден задал вопрос о заставе, молодой часовой бесшумно поправил съехавший ремень. Бастиан ни разу не выдал себя. Только когда служанка споткнулась у лестницы, он едва не потянулся поддержать её и остановился в последний момент.

— Прогресс незначительный, — объявила я при Ардене. — Печать ослабла, но полное зрение пока недоступно. Яркий свет по-прежнему опасен.

Полковник принял слова без вопроса. На его лице мелькнуло разочарование, и Бастиан увидел его через щель. После ухода Ардена тихо произнес:

— Он надеялся…

— Все надеялись.

Бастиан провел пальцем по нижнему краю повязки. За несколько часов она успела превратиться для нас из символа болезни в оружие.

— Ты легко солгала ему.

— Учусь у тебя.

Это была шутка, но Бастиан напрягся. Я уже открыла рот, чтобы извиниться, когда со двора донесся звук колёс.

Дэмиан приехал раньше рассвета!

Он вошел в малую гостиную в сапогах, покрытых дорожной пылью, и усталостью на лице.

Сначала обнял Бастиана, крепко, привычно. Я помнила, как прежде рядом с братом Бастиан становился мягче. Сейчас он ответил на объятие точно так же, только пальцы на моей руке перед этим сжали два раза: вижу.

— Ты заставил меня бросить половину совета, — укорил Дэмиан. — Эш сообщил, что вы уехали искать божественные следы. Я решил, вам понадобится помощь.

— Мы нашли старые записи Вивиан, — ответил Бастиан. — Для суда почти бесполезны.

— А лечение?

Вопрос прозвучал заботливо. Дэмиан отступил от брата и посмотрел прямо на чёрную повязку.

— Свет и крупные контуры, — сказал Бастиан. — Иногда цвет. Больше лекарка обещать не берётся.

Он произнес это с раздражением, которого от него ждали. Я сложила руки, изображая обиженного врача.

И увидела лицо Дэмиана.

На мгновение Дэмиан расслабился: плечи опустились, рот больше не был сжат. Потом он снова изобразил правильную братскую печаль.

Бастиан видел то же самое.

Его брат только что обрадовался, что он остался слепым.

Глава 47 Брат, который уверен, что его не видят

Дэмиан попросил показать записи Вивиан сразу после завтрака.

Мы собрались в кабинете Бастиана. Арден положил на стол копию заключения Элины, спасённый лист журнала, схему подменённого маршрута и страницы из атласа. Подлинники были спрятаны в другом месте; об этом знали трое.

Бастиан сидел у окна в чёрной повязке. Утро было пасмурным, света мало, но через нижнюю щель он различал лица. Я заняла место справа, чтобы прикрывать обзор от слуг и подавать чашки там, где он ожидал.

Дэмиан взял заключение Элины.

— Значит, чужой заклинатель управлял силой Вивиан. Почему этого нет в копии, которую прислали мне?

— Я не