Южный континент - Денис Игоревич Камков

было совершенно некогда внимательно оглядеть нас и наш жизненный путь со стороны. А если честно, то я сам в глубине сознания понимал, что очень многое пролетало мимо нас, оставаясь за бортом нашего стремительного плаванья в бурных водах опасностей и невероятно сложных и важных заданий, которые мы получали от самых влиятельный особ нашего мира. Это все, несомненно, закаляло нас, и делало сильнее, опаснее и мудрее. Но тот стремительный бег жизни, который мы вели, те приключения, что звали нас вперед, со временем превратились в опасную лавину, которая уже независимо от нашего желания, несла нас вперед своей неумолимой силой, давно вышедшей из под нашего контроля. Она не давала нам остановиться, оглядеться, сделать передышку, подумать. Она давно стала сильнее нас, а наши редкие, жалкие попытки воспротивиться ее нарастающей скорости, уже не дали бы результата. А скорее всего, она как бы походя, переломала бы наши хрупкие, по сравнению с ее невероятной мощью кости, забирая и закручивая наши жалкие останки в свою круговерть событий, перемалывая, посмевших даже на миг остановиться на ее пути дураков, на жерновах своей истории. Истории лавины событий, несущейся с каждым мигом все стремительнее, неумолимее, к уже ожидавшей ее, а соответственно и нас, в конце нашего общего с ней пути, темной и мрачной пропасти.

Я встряхнул головой, отгоняя то ли видение, то ли пророчество, то ли свои, то ли чьи-то наведенные на мой уставший и вымотанный почти до предела разум мысли, так внезапно окунувшие меня в этот темный омут. Остатки пронесшихся в моем мозгу рассуждений и неизбежного в конце моего пути падения в мрак пропасти, хотя и были по сути своей очень сильной метафорой, но все же частично совпадали с моими собственными мыслями, посещавшими меня иногда, когда я особо глубоко задумывался, или длительно медитировал. Сейчас же, все что уже произошло и происходило со мной ныне, лишь кем-то суммировалось, объединялось в моей голове, становясь из разрозненных событий чем-то единым, целым, превращаясь в некий итог. Это было сравнимо с тем, когда разрозненные пазлы постепенно собираются вместе, превращаются в цельную картину, стоит только присоединить последние детали, вставить их на свои места и отодвинуться, оглядев то, что получилось со стороны.

Я понял, что снова что-то погружает меня в тот омут осознания мирового неизбежного конца, из которого я с трудом вынырнул секунду, а может час назад. Сделав невероятное для моего истерзанного состояния усилие, я с трудом и скрипом в протестующих и требующих немедленного отдыха конечностях, все же поднялся с пола. Выпрямившись, я понял вдруг, что неизвестно, сколько прошло времени, пока я сидел, невидящим взором уставившись в темноту, разрезаемую лишь иглами пробивающегося сверху, через трещину свода, тонкими лучами яркого солнца. Сидел на пороге недавно покинутой мной залы, внутри которой, на самой границе темноты и света, сейчас постепенно затухали, отдаляясь в глубины мрака, огромные, светящиеся желтым пламенем глаза.

– Пппрррощщщай магггиссстррр! – Донеслись до меня оттуда отдаляющиеся, шипящие слова древнего и мудрого дракона Рейгарна, отчетливо понимающего то, что я в пылу своей юности и стремления вперед, упускаю от жизни слишком многое, а впереди меня, там, куда несет меня моя судьба, все сильнее сгущается мрак, достигнув которого, у меня уже не будет возможности вернуться и восполнить все то, что я так поспешно, а порой и просто бездумно пропускаю.

Я еще раз сильно встряхнул головой, и только после того как при этом движении очень больно задел ею каменную стенку коридора, во вспышке боли, наконец понял, что ментального щита на мне почему-то нет.

– Сэм! А где наша защита от ауры дракона? – Я повернулся к другу и увидел тот же отрешенный и уставившийся в некуда, абсолютно пустой взгляд, в его остекленевших, широко распахнутых глазах.

Потянувшись к кольцу Эльсинора, я решительно зачерпнул из него приличный кусок манны и поставил нам обоим защитные блоки. Сапфир при этом мигнул и погас, отдав свои последние запасы. Теперь для его подзарядки, требовалось вернуть кольцо в Древний лес. Но это было еще пол беды, гораздо хуже было то, что и мое кольцо магистра, тускло поблескивало погасшим, потерявшим свой ярко – кровавый цвет рубином, что так же говорило о полном истощении и этого резервного запаса маны.

Я дождался, когда Сэм придет в себя, и мельком взглянул на уже затихшего в луже собственной крови вождя племени южан, подал руку Сэму, а затем рывком на себя, поднял его на ноги.

– Нам нужно срочно убираться отсюда. Когда южане обнаружат пустой шатер старейшины и начнут его искать, нам нужно быть как можно дальше от этого места.

– Идем! – Сэм встрепенулся и только после этого заметил на себе поставленный мною щит. – Ты поставил нам ментальные щиты? А куда делись мои?

– Понятия не имею! Как раз хотел тебя об этом спросить! Когда я очнулся от транса, их уже не было, и более того, я не уверен даже в том, что они были на мне до того, как меня затянуло в этот глубокий омут апокалиптических видений.

– Проклятый дракон! Это его работа! Я уверен! – Сэм спешно приводил себя в порядок.

– Рейгарн очень умен и достаточно пожил в этом мире, чтобы понимать куда больше нас с тобой, вместе взятых, причем как о жизни тут, так и о том, что тут вообще, во всем нашем, разваливающимся на куски мире, происходит!

– Ты разговаривал с ним? Когда прошел в его логово. – Спросил он.

– Да. Конечно! Разве ты ничего не слышал? Хотя о чем это я… Видимо, я слишком сильно только что приложился ухом об стену! Мы же все это время говорили с ним только ментально! А ты сам, что именно отсюда видел?

– Я видел, как ты запустил в него горсть огненных шаров, после того, как отбил щитом его огненное дыханье, а потом вы оба замерли неподвижно! Я подумал, что вы ведете ментальный поединок! Вокруг все как бы зазвенело от вибраций повисшего в пещере магического напряжения сил, которое вы оба вокруг себя и создавали. Наверное, от этого всплеска силы и лопнули мои защитные щиты! А потом ты вдруг стал создавать огромные, прямо в рост человека шары из огня и подбрасывать их вверх, прямо перед носом дракона. После этого вы снова оба замерли, а шары твои постепенно растаяли. В это время мы и схватились с вождем племени южан, но об этом я тебе уже рассказывал. Потом я стал бинтовать себе руку, а следом подошел ты, уселся рядом со