Убийство в ритуальном зале - Андрей Волковский

Дознаватель Данн явился к обеду изрядно замученный, но тыквенный суп по-веррийски и запеченная оленина со сливовым соусом быстро привели волшебника в доброе расположение духа. А после третьей кружки взвара, который Скай приготовил самолично, Данн уже вполне охотно рассказал друзьям обо всем, что они пропустили, восстанавливая здоровье.

– Ох и здоровенную же гору бумаг нам пришлось написать, – ворчал он, подливая себе дымящийся медовый напиток. – Ну почему этот Крей не мог выбрать себе в сообщники кого-то помельче, чем сын королевского советника?

Раскопки особняка даже силами волшебной Гильдии продлились четыре дня. Из-под развалин достали тела Квинтуса, его друзей, Крея, торговца Паулса, его жены, охранников Квинтуса и нескольких слуг. Еще несколько тел со следами укусов Змея нашли в фамильном склепе. Там же покоился убитый целитель Суон. С его телом похитители обошлись почтительно, видимо, проникнувшись уважением к непреклонному характеру покойного. Шаамский жрец, как ни странно, выжил и теперь лежал в лечебнице Гильдии под надежной охраной. В себя он уже пришел, но старательно прикидывался, что на аэри не говорит и совершенно ничего не понимает. Впрочем, его показания мало что могли бы добавить к картине происшедшего.

Ларежский поверенный семьи королевского советника пытался было убедить всех, что юный господин Квинтус оказался всего лишь невинной жертвой захватившего его в плен злодея. Но честные показания, которые люди Рисса успели получить у еще толком не пришедших в себя слуг, разбили эту версию вдребезги. Да и предложения «обрести волшебные силы с помощью шаамских ритуалов» Квинтус и Синистр успели сделать не одной леди Кэссии. Рассказали об этом, конечно же, не все. Но несколько разговорчивых свидетелей нашлось из самой верхушки ларежского общества. Пришлось советнику признать, что младший сын не оправдал возложенных на него надежд и опозорил благородное семейство.

– Кстати, а как вы так быстро сумели приехать? – поинтересовался Скай. – Линт сказал, что встретил вас у подножия Замкового холма.

– Так вас же хватились почти сразу, – улыбнулся Данн. – Где это видано, чтобы постоялец в «Снежном Змее» заказал еду и убежал, не дождавшись? А тут как раз и я подошел. Спросил тебя, мне все и выложили, прямо вместе с опасениями, что с вами что-то нехорошее приключилось. Карету, в которой вас увезли, никто, конечно же, не приметил, там в это время суток такая суета, что можно незаметно хоть дракона по улице провести, но я сразу понял, что с вами произошло. Потом, конечно, пришлось много побегать и крепко подумать. Ты же ни мне, ни кладоискателям не назвал имя своей осведомительницы. Так что уйма времени ушла на то, чтобы выйти на парня по имени Синистр, у которого якобы гостил шаамский жрец. И вот только мы узнали имя, к нам обратилась дочка почтенного профессора Вирра, Кэссия. Мол, утром ты расспрашивал ее о шааме и Синистре, а теперь она не может тебя разыскать и очень за тебя переживает. Вот тут уже господин Рисс самолично вмешался в дело. Аристократов-то допрашивать ему сподручней. Видел бы ты, какие у этих господ были рожи, когда к ним заявилась Охрана Гильдии, да сразу в четырех каретах, да с господином Риссом во главе.

Все представили. Когда смех утих, дознаватель продолжил:

– Выяснилось, что жрец давно уже гостит не у них, а у кого-то из друзей Синистра. Получили мы имена этих друзей, выехали за ворота и крепко призадумались, с кого начать. Смотрим, а кто это там по дороге ковыляет? Да прямо к нам? С виду вылитый ходячий мертвец, но как будто бы еще живой…

– Я как кареты с гербами Гильдии увидел, аж глазам не поверил, – сказал Линт. – Думал, у меня от перенапряжения галлюцинации. Но решил все-таки подойти поближе.

– Ну а дальше и рассказывать нечего, – подытожил Данн, подливая себе еще взвара. – Вы там уже сами управились.

Когда Данн покинул гостеприимный особняк, Линт тихонько спросил у Ская:

– Кстати, насчет того, что мы сами управились… Я всю неделю голову ломал, но так и не понял, что это было? Ну, отчего твоя защита будто взорвалась, когда ее ударило Солнечной яростью Крея. Защита ведь должна была просто вобрать в себя атакующее заклинание.

Скай поглядел на изрядно озадаченного студента и со вздохом сказал:

– Честно говоря, я сам не очень представляю, почему все так вышло. Могу предположить, что произошел резонанс, но давай не будем вдаваться в подробности. Очень уж неприятная история.

Линт кивнул и на всякий случай добавил:

– Я никому не рассказывал и рассказывать не собираюсь.

– Спасибо! – искренне поблагодарил волшебник.

Скай полагал, что все дело в Силе, перелитой предыдущим Змеем из Крея в него самого. Никаких других объяснений волшебник и представить себе не мог. Ведь заклинания, созданные не Креем, а, например, помощником Галенуса, такого эффекта не производили. Так что оставалось одно из двух: либо переживать из-за вероятного резонанса, либо нет. И Скай предпочел выбрать второе: все равно после смерти бывшего старого друга уже нет никакой разницы, как именно могли взаимодействовать их способности.

Нику после переезда в дом Ниара почти не спалось. Вернулись кошмары. Только теперь в них главная роль доставалась не ужасному господину Юстиниану и его подручным, а бескрайнему полю колышущихся на ветерке цветов среброзвонника. Наяву Ник помнил, что поле было не таким уж огромным. Но больше память ничего не выдавала. А во сне поле было бесконечным, и ноги сами несли его по дорожке между стеблей, оставляя дедушку на верную гибель. Он пытался остановиться, но разве можно ослушаться, если тебе приказали бежать среди цветущих и рассыпающих пыльцу серебристых венчиков? Он проклинал себя, но бежал. И просыпался с колотящимся сердцем и в отчаянии. Благо здесь у него была собственная спальня и его пробуждения никому не мешали.

На пятую ночь не выдержал Голос.

«Слушай, а давай ты уступишь мне место, и мы хоть раз нормально выспимся?» – предложил он.

– Хочешь занять мое место? – подозрительным шепотом отозвался Ник.

«Не особо, – отказался Голос. – Но ты же этак и с ума сойдешь».

– Лучше расскажи мне, что там случилось? – спросил травник. – Почему я не могу вспомнить?

«А мне почем знать? – ворчливо отозвался Голос. – Я в тебя залез в подвале. Моего прежнего носителя угораздило попасться Юстиниану. Пришлось выскакивать. Юстиниан и его дружки мне совершенно не подходили, а без носителя мне долго не протянуть. Пришлось забираться в тебя. Хоть ты, конечно, и