Кровь Десяти - Рия Райд

– Рассказывай! – донеслось в ответ на кривом кристанском. – Вы потребовать «двойную порцию», не уточнив, чего именно! Милли вам телепатка?! Милли не обижать своих гостей дешевыми соками. Милли добавить эгельского вина!

– Эгельского вина?! Этим пойлом можно скосить всю площадь!

– Вряд ли, – разглядывая жидкость на дне стакана, протянул Кристиан. – Я не собирался ни с кем делиться.

И прежде чем Питер успел протянуть руку, чтобы вновь забрать стакан, выплеснул остатки себе в рот и отшвырнул стакан в урну вслед за опустевшей коробкой с лангустинами. Он, черт возьми, и правда был пьян, но так невозмутимо держался, что Питер этого даже не заметил. Это многое объясняло, с досадой подумал Адлерберг. И то, почему за последние полчаса Кристиан три раза поинтересовался у Изабель, в порядке ли она, и почему вдруг стал таким расслабленным и не задал ни одного вопроса о собрании Поля Лореса. Питер старался игнорировать всполохи входящих уведомлений, что один за другим сыпались на электронный браслет с последними новостями из Конгресса. Большинство из них были от Эндрю, но если до этого тот требовал, чтобы Питер немедленно явился на совет, то теперь, узнав, что Кристиан с ним, еще и донимал вопросами.

– Какие-то новости? – наконец поинтересовался Диспенсер. Питер нахмурился, пролистывая одно сообщение за другим. Видимо, все было написано у него на лице, потому что Кристиан тут же нахмурился и сам выдвинул предположение: – Эйлер что-то натворила?

– Ты помолвлен? – ответил вопросом на вопрос Питер.

Кристиан медленно поднял на него взгляд и прищурился, словно пытался разглядеть ответ у него на лбу.

– Откуда ты знаешь?

О Десять, значит, и правда помолвлен. Идиот. Еще один болван, которому не терпелось обернуть кольцом палец и веревку вокруг шеи. Ладно Эндрю, он хотя бы познал все прелести свободной жизни и осознанно был готов загнать себя в брачную кабалу – по крайней мере, тут совесть Питера была чиста, но Диспенсер…

– Ты сделал предложение мисс Кортнер? – на всякий случай еще раз уточнил Питер.

– Не понимаю, в чем проблема моего предложения, – искренне удивился Кристиан. – Разве что у тебя есть для меня предложение получше.

Ага, очень смешно, идиот, мрачно подумал Питер. По крайней мере, он был в состоянии шутить.

– Ну разумеется, мисс Кортнер, – заключил Питер. – Достойный выбор, далеко не худший из того, что могло бы быть. Жаль, что даже искусный деликатес вроде сасинских моллюсков может приесться, если ужинать им каждый день. Понимаешь, о чем я?

– Изи не моллюск, – с твердой убежденностью проговорил Кристиан. – Так что вряд ли.

– Тебе ведь понравились лангустины? Если я их буду поставлять тебе каждый день, ты будешь их есть?

– А ты угощаешь?

Питер закатил глаза.

– Разнообразие и свобода – вот что делает жизнь по-настоящему яркой, придает ей полноту и смысл. Как оценить хорошее, не узнав… не такое хорошее?

Сначала Питер даже не заметил, что Кристиан пьян, но теперь видел, как алкоголь медленно ударяет ему в голову и его взгляд мутнеет и расплывается, как попавший на солнце кубик льда.

– Я надеюсь, твое предложение насчет лангустинов было серьезным… – после недолгого раздумья, нахмурившись, пробормотал Кристиан. – Потому что я был бы рад его принять…

Питер улыбнулся, внезапно ощутив прилив воодушевления. Последний раз так было, когда они развлекались с Эндрю. Тогда он только встретил Софию Бренвелл и еще не успел стать таким занудой. Десять, как же Питер скучал по их приключениям! К тому же последние дни выдались далеко не простыми, и раз на Эндрю рассчитывать больше не приходилось…

– В моем меню только разнообразная кухня. А что насчет угощений, – довольно протянул Питер, наблюдая, как в глазах Кристиана гаснут последние проблески ясности. – Думаю, Пако и его святая обитель справятся с этим куда лучше меня.

* * *

– Ты мой свет, danchi[31], – тихо сказал Константин, не выпуская мою руку. Его карие глаза изучали мое лицо из-под длинных, чуть опущенных ресниц. Я все еще чувствовала взгляд Вениамина за спиной, слышала шум на трибунах Конгресса, тысячи голосов, сливающиеся в один общий гул, видела расплывающиеся очертания капсул, пока все это не исчезло и не остался только Константин.

Его лицо изменилось: щеки слегка осунулись и покрылись щетиной, подбородок заострился, волосы отросли и небрежными прядями падали на лоб, а в глазах не осталось ни капли прежнего тепла. Его лицо тонуло в кривых тенях, и от этого золотые искры, что играли в них в сумеречном свете, казались холодными и даже неестественными, словно отблеск металла. Константин будто и вовсе не был живым. Веки потемнели, словно он не спал много суток, кожа выцвела и обтянула череп, почти как у мертвеца, узкая линия рта искривилась в жуткой улыбке.

– Когда я приду за тобой, danchi[32], от Ландера и всего, что тебе дорого, останется лишь прах.

Я попыталась одернуть руку, но его хватка стала лишь сильнее.

«Лишь прах», – отлетел его голос от стен.

Все это не по-настоящему.

«Лишь прах», – вторило эхо.

Прочь!

«Лишь прах», – повторил ветер.

– Тебя здесь нет! – с усилием процедила я.

Улыбка Диспенсера растянулась сильнее и вовсе перестала походить на человеческую. Длинные пальцы стиснулись вокруг моего запястья, зрачки почернели, и я закрыла глаза, пытаясь вспомнить все уроки Кристиана и то, как он десятки раз помогал мне сохранять контроль, когда меня затаскивало в жуткие воспоминания Десяти.

– Хорошая идея, – прохихикало что-то над ухом, разгоняя по телу холодные волны ужаса. – Это то, что стоит изучить.

Тебя здесь нет!

– Это то, что стоит изучить, – повторило эхо голосом Поля Лореса.

И вдруг стихло. Будто кто-то захлопнул дверь, вышвырнув меня в реальность.

– Если план мисс Понтешен сработает и нам удастся сдержать атаки Нозерфилда на границах, это выиграет нам время, – донесся в резко обрушившейся тишине голос другого судьи. – Наша задача – найти самого Нозерфилда и определить местоположение его штабов. Только так у нас появится хоть какое-то преимущество. Но мисс Понтешен должна дать гарантию, что военные силы ее дома будут всецело задействованы в обороне рубежей.

Я почувствовала металлический привкус на кончике языка, быстро слизнула кровь с прокушенной губы и заставила себя открыть глаза, тут же столкнувшись с тяжелым взглядом Поля Лореса.

– Если мы примем условия и восстановим ваши права в юрисдикции Понтешен, сколько вам нужно времени для того, чтобы проверить свои предположения о местонахождении его штабов?

Я сглотнула и осмотрелась вокруг. Поль Лорес, Нейк Брей и Карл Багговут, что стояли в