Повелитель бурь - Е. Юань

Подумать только: будучи истинным ангелом, Она воочию столкнулась с переломами костей и удушающей нехваткой кислорода!

Казнь через повешение!

Впрочем, по мере того как пальцы Арианны с натужной тяжестью скользили по металлу, тот самый, едва вылупившийся на свет первый декрет оказался безжалостно, словно невидимым ластиком, стерт с лица реальности, наглухо провалившись в состояние Сокрытия.

А ведь непреложный механизм «0–02» гласил: дабы обрести карающую мощь, любой выкованный закон кровь из носу обязан пройти через публичную огласку или прямое уведомление!

С гулким шелестом Арианна перехватила «Латунную книгу Трэнсоста» и швырнула её прямиком в панорамное окно, отдавая реликвию в руки дожидающегося снаружи Клейна.

За минувший изматывающий час Клейн успел дотошно прокрутить в уме все мыслимые, даже самые шизофреничные сценарии, скрупулезно отшлифовав их с Арианной. А потому юноша не испытывал ни капли паники. Улучив тот самый безупречный миг, покуда «0–02» еще летела в воздухе, он хищным жестом выдернул из пустоты собственного двойника, щеголяющего жуткой перчаткой из человеческой кожи.

Следом он мертвой хваткой вцепился в «Латунную книгу Трэнсоста». Оседлав историческую проекцию, сыщик без промедлений пустил в ход «Телепортацию» и унес ноги.

Лишь когда его силуэт бесследно растаял, Арианна наконец-то с глухим стуком рухнула обратно на пол. Её шею «украшал» багровый, впившийся в плоть рубец от удавки.

Спустя какие-то жалкие секунды Клейн, сжимая в руках артефакт «0–02», материализовался на самой вершине главного пика горного хребта Хорнакис. Пустив в ход свое ангельское «Истинное Зрение», он воочию узрел тот самый древний, окутанный непроглядной мглой дворец с рухнувшими, развороченными стенами.

Не раздумывая ни доли мгновения, Клейн всучил «Латунную книгу Трэнсоста» историческому фантому. Двойник в один скачок вынырнул прямо у парадных створок дворца и с силой толкнул их.

Взору фантома предстал монументальный чертог, под сводами которого безжизненно болталась целая прорва подвешенных трупов. Каждое тело являло собой уникальный, гротескный образ: там были и мужчины, и женщины; кто-то щеголял в роскошных шелках, иные кутались в аскетичное тряпье, чьи-то наряды дышали изысканностью, а чьи-то — кричащей, небрежной простотой.

В спину каждому из этих висельников намертво впивалось прозрачное, склизкое щупальце, испещренное витиеватой, леденящей вязью узоров. Весь этот рой отростков брал исток в самых недрах зала, пуская корни из покоящегося там древнего каменного престола.

На этом исполинском сиденье тугим комом сплелись прозрачные, судорожно извивающиеся черви. Они неистово, гротескно разрастались, хищно выстреливая во все стороны всё новыми и новыми первобытными щупальцами.

То был не кто иной, как Наполовину «Шут» из династии Антигонов. Тот самый Наполовину «Шут», что давным-давно слетел с катушек, сорвавшись в пучину потери контроля и леденящего безумия!

Едва почуяв, как распахнулись створки и приблизилась историческая проекция Клейна, этот ком червей с диким рывком сорвался с каменного трона. Монстр остервенело забил своими склизкими отростками, заставив их ревущей лавиной хлынуть прямиком к дверям, словно тварь неумолимо втягивало в воронку какой-то незримой, сокрушительной тяги.

Синхронно с этим из-под самого основания каменного сиденья выпорхнула и устремилась прямиком к дверям та самая карта Таро, на которой красовался лик Рассела в образе «Шута», а слова были выведены мерцающей звездной вязью.

От одного лишь взгляда на эту леденящую чертовщину историческая проекция Клейна едва не разлетелась вдребезги, начав стремительно осыпаться. Хвала небесам, фантом был напрочь лишен собственной искры разума, оставаясь лишь покорной марионеткой в руках затаившегося вдалеке оригинала. А посему двойник благополучно избежал и фатального помутнения рассудка, и духовных мутаций, не застыв истуканом и сохранив полную власть над своими движениями.

За долю секунды до того, как окончательно развеяться в небытии, призрачный силуэт с силой швырнул зажатую в пальцах «Латунную книгу Трэнсоста» прямиком в эту клубящуюся, гротескную груду червей.

Склизкие, прозрачные щупальца хищным чутьем запеленговали угрозу и отреагировали на голых инстинктах: они всем скопом метнулись навстречу, намертво опутав и спеленав летящий в них Запечатанный артефакт «0–02».

В возникшей суматохе, подгоняемая ревущим незримым шквалом, та самая карта «Шут» вырвалась вперед, опередив извивающиеся отростки на спасительный шаг, и выскользнула за порог.

Фантом Клейна, уже наполовину рассыпавшийся в прах, механическим, деревянным жестом выбросил правую руку. Намертво вцепившись в эту «Карту Богохульства», он не глядя зашвырнул её себе за спину.

В следующее же мгновение отделившаяся порция склизких щупалец хлестко ударила в дверной проем, вот только наглухо уткнулась в преграду из густого тумана. Напрочь лишенные возможности прорваться наружу, отростки принялись остервенело и дико лупить по незримому барьеру.

Распахнутые настежь монументальные створы начали мучительно медленно, дюйм за дюймом сходиться, наконец наглухо скрыв эту леденящую душу сцену во мраке чертога.

Надежно укрывшийся где-то на склонах пика Клейн сурово свел брови. В его груди дико сплелись воедино бьющий через край восторг, колоссальное облегчение и жгучее, неотвязное недоумение.

«Выходит, я провернул бартер, выменяв „0–02“ на аркан „Шута“? И Богине нынче совершенно без надобности гнать меня в Кальдерон рыть землю в поисках зацепок к „Реке Вечной Тьмы“?» — беззвучно проворчав эти мысли себе под нос, юноша покинул свое укрытие. Приблизившись к стенам древнего дворца, он плавно склонился и бережно поднял с земли ту самую «Карту Богохульства».

С картона на него взирал Рассел Густав, выряженный в пестрые, вычурные одежды и увенчанный кричащим головным убором. Закинув на плечо трость с болтающимся узелком пожитков, великий император смотрел вперед с неподдельным, бьющим через край предвкушением грядущего, а следом за ним семенила крошечная собачонка.

В левом верхнем углу аркана мерцающая звездная пыль ювелирно выплетала короткую строчку:

«Нулевая Последовательность: Шут!»

…………

Тем временем в самых недрах древней твердыни рухнувшая оземь «Латунная книга Трэнсоста» с сухим шелестом распахнулась сама собой, явив миру самый первый лист своей второй половины.

Свежие догмы тотчас же начали стремительно вылепляться на металле:

'…«Латунная книга Трэнсоста» являет собой абсолютную, непререкаемую святыню. Ни одна живая тварь, равно как и неодушевленный предмет, не смеет прикасаться к ней без прямого на то дозволения. Всякого преступившего ждет смертная казнь!

…Категорически воспрещается любым мыслимым способом изменять текущее состояние «Латунной книги Трэнсоста». Всякого преступившего ждет смертная казнь!'

Не успели эти два драконовских закона окончательно выкристаллизоваться, даже не дойдя до стадии «уведомления» здешнего владыки, как на самом стыке между первой и второй половинами фолианта внезапно проступила бледно-серебристая вязь:

«Нижеизложенные правила объявляются недействительными».

Спустя час оба этих декрета были безжалостно стерты, уступив место свежим законам. Вот только едва успела выковаться пара новых пунктов, как перед ними вновь вынырнула та самая спасительная лазейка об «отмене нижеизложенных правил». Артефакт «0–02», до этого щеголявший девственно-чистыми листами, словно