Майор. Назад в СССР. Книга 18. Часть 3 - Максим Гаусс

— То есть, вы нам помогать не хотите⁈ — напрямую спросил я.

— Убирайтесь! — вдруг взвизгнул он, изменившись в лице. Теперь, от чрезмерного возбуждения, он чем-то смахивал на сумасшедшего. — И больше не смейте ко мне приходить, иначе я позвоню в милицию! Тоже мне, сыщики! Афганистан давно в прошлом, а я на заслуженной пенсии!

Он дрожал от волнения, и я видел, что он не просто злится. Он боялся, а значит, точно что-то скрывал.

— Хорошо, Константин Александрович, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно т без эмоций. — Мы уйдем. Но если вы передумаете, сразу же звоните в «Спектр». Любой офицер запишет все, что вы скажете! Вы подумайте, может, что-то вспомните… Память, это такая штука, сейчас не помните, а через час вдруг…

Мы вышли, оставив его нервно курить на кухне. Дверь за нами захлопнулась, и я слышал, как он торопливо подошел и запер ее на замок изнутри.

— Ну, что скажешь? — спросил я Дока, когда мы сели в машину.

— Интересный персонаж, — ответил тот, пристегиваясь. — Сложный, противный. Наверняка и на службе был таким же, любил отыгрываться на простых солдатах! По сути, ничего мы не узнали… Но он точно что-то скрывает, боится говорить. Либо боится за себя, либо за семью. Сложно сказать. Думаю, тот «Фантом» прошел не так, как планировалось и что-то там произошло!

— Может, он боится, что его заставят говорить правду? — предположил я. — Боится, что случайно сдаст кого-то? Хм, не знаю! В любом случае, просто так уходить нельзя. Давай-ка отъедем немного и понаблюдаем за подъездом. Какое-то у меня странное предчувствие!

Мы отъехали на соседнюю улицу, припарковались за автоцистерной «Молоко». Док достал бинокль.

Как я и предполагал, не прошло и пятнидцати минут, как вдруг дверь его подъезда открылась, и появился Бондаренко. Он был в темном пальто, на голове — какая-то вязаная шапка.

— Вот, пожалуйста! — хмыкнул я. — Куда это его понесло?

Бондаренко быстро осмотрелся по сторонам, словно бы чего опасался. Затем торопливо сел в свою старую «Волгу», завел двигатель. Через пару минут выехал со двора.

— Вот, давай проследим за ним! — скомандовал я, заводя машину.

Мы двинулись следом, держась на приличном расстоянии. Бондаренко ехал быстро, дерганно. Явно куда-то торопился, но скорость не превышал. Я иногда пропускал другие машины, чтобы не привлекать лишнего внимания. Вряд ли он ждет, что его будет кто-то сопровождать.

В конце концов он остановился у высокого серого здания на Лубянке. Я сразу узнал его — это было управление КГБ.

— Так! — пробормотал я. — А вот это уже интересно!

— Он что, пошел сдавать нас? — удивился Док, глядя на фасад здания. — Или побежал жаловаться на наше вторжение?

— Сомневаюсь, — ответил я, чувствуя, как внутри нарастает странное чувство. — Скорее, он явился к кому-то серьезному, кто прикрывает его с той самой операции! Почему комитетские от него ничего не добились? Потому что толком и не разговаривали! Может, ему кто-то дал указание молчать? Кто-то из чекистов?

Мы ждали около часа. Бондаренко вышел из здания с озабоченным видом, быстро сел в машину и поехал обратно. Ничего не происходило, он просто вернулся домой. Посовещавшись, мы развернулись и поехали обратно в «Спектр».

— Неужели он все-таки сливает информацию кому-то в КГБ? — задумался я, когда мы подъезжали к центру. — Или его кто-то контролирует. Может, это связано с теми, кто замял дело об операции. Изъял большую часть материалов из архива.

— Или он боится, что кто-то из КГБ тоже участвовал в той операции, — добавил Док. — Ведь смотри, у чекистов же какого-то полковника недавно тоже ликвидировали. Что если тут есть взаимосвязь?

Я задумался. В любом случае, это была странная ситуация. Мы вернулись в «Спектр» ни с чем, но со стойким подозрением, что тут что-то нечисто. Я решил, что в дальнейшем нужно непременно рассказать Хореву о нашем наблюдении… Вот только сначала нужно посетить второго офицера… Подполковника Виктора Петровича Степанова.

Его адрес был в досье, и я надеялся, что с ним будет проще. Мы доехали до его дома в центре Москвы ближе к семи часам вечера, поднялись на его этаж. Позвонили в дверь, постучали. Но дверь нам почему-то не открыли.

Соседка, пожилая женщина с маленьким пуделем на поводке, сказала, что Виктор Петрович спешно уехал два дня назад. Просил последить за котом.

Я нахмурился. Творилось что-то странное. Чуйка дала понять, что мы на верном пути.

Мы вернулись в машину, и я почувствовал, как внутри нарастает беспокойство. Один офицер от волнения лжет и не договаривает, второй — пропал. Это уже не было случайностью.

— Что думаешь, Гром? — спросил Док, нарушив тишину.

Глава 18

Сложности дела

Некоторое время я собирался с мыслями.

— Док, — наконец произнес я, нарушив тишину, — У меня такое чувство, что мы играем в какую-то чужую игру. Сложную и запутанную. Отчего-то у меня складывается впечатление, что кто-то влиятельный намеренно путает следы, подбрасывает ложные улики, заставляет топтаться на месте. Ты подумай, не просто же так КГБ, ГРУ и наш «Спектр» до сих пор не нашли никакой конкретики. Есть куча мелких разрозненных деталей, но нет единого мнения. Нет конкретных выводов.

— Ну, допустим. — задумчиво пробормотал Док, поворачиваясь ко мне. — Ты что, хочешь сказать, что кто-то здесь, в Москве, просто не хочет, чтобы правда о той операции всплыла наружу?

— Смотри сам, — вздохнул я, сбавляя скорость и пропуская грузовик. — Ключевой момент, все началось с терактов в метро. Семь взрывов, но восемь погибших офицеров. Все они служили в Афганистане. Кроме полковника КГБ, Черненко и честно говоря, я не понимаю почему он вообще в этом списке. Аналитики обоих структур, путем тщательной работы вышли след, определив, что начало — это операция «Фантом», которая проводилась в 1985 году, но в архивах по ней нет никаких подробностей. Была и была, завершилась успешно. Наверняка этому есть объяснение… Но дальше аналитики наткнулись на непроницаемую стену. В живых осталось трое… Этот Бондаренко определенно что-то знает, но боится и врет. Степанов, по странному стечению обстоятельств исчез несколько дней назад, хотя ранее с ним беседовали люди из КГБ. Заметь, именно из КГБ. Далеко на Ближнем Востоке, наш доверенный человек и отличный специалист, Лейла, пропадает, причем тоже не понятно, то ли в Пакистане, то ли в Афганистане. После нашего разговора, Бондаренко спешно едет на Лубянку, явно с каким-то докладом. Это тоже не просто так. Как будто кто-то