Перелом - Дмитрий Лим

Но для этого мне нужна была армия. Не просто люди с ножами, а система. Пора было вводить моих людей в игру по-крупному.

Вернувшись на базу, я собрал всех. Грока, Кая, Ульфа, Брина и даже Лили, которая тихо сидела в углу, шевеля губами.

— Ситуация дерьмо, — начал я без предисловий, обводя их взглядом. — Нас зажимают. Снизу — банда Вальда, который отжимает наших клиентов. Сверху — кто-то из богатеньких хочет присмотреться к нашему бизнесу. Если мы будем сидеть и лопать кашу, через неделю мы будем работать на Вальда, а через месяц — станем рабами.

Грок хрустнул костяшками пальцев. Его лицо, изрезанное шрамами, потемнело от ярости.

— Я порву его, — прорычал он. — Дай мне своих парней, Макс, и мы вырежем эту заразу за ночь.

— Нет, — отрезал я. — Это не степь, Грок. Если мы пойдём напролом, мы увязнем в драке, и тогда на нас спустят людей Торга или спонсор Вальда. Мы должны действовать умнее. Мы должны победить до того, как прольётся кровь.

Я повернулся к старому орму.

— Грок, с сегодняшнего дня ты не просто охранник. Ты — начальник службы безопасности. Твоя задача — не махать мечом, а думать, куда им ударить.

Я подвёл его к импровизированному столу, где разложил куски бересты с моими записями.

— Вот Ствол, — я указал на схему. — Три уровня. Мы — здесь, на третьем. Вальд контролирует нижние галереи, подходы к шахтам и дренажам. Его логово — у Чёрного колодца. Торг и легальные надзиратели — на втором и верхних ярусах. Я знакомлю тебя с ключевыми точками: печи Лейны, водокачка Роха, моя лавка. Ты должен увидеть то, что вижу я: слабые места в обороне, маршруты, по которым мы носим товар, слепые зоны, где можно спрятать труп или устроить засаду.

Грок склонился над картой. Его военный ум, закалённый в степных рейдах, мгновенно включился. Он видел не просто линии на коре — он видел линии фронта.

— Здесь, — он ткнул мозолистым пальцем в узкий переход между нашим складом и улицей чистильщиков, — вот узкое горлышко. Если они поставят лучников на этой галерее, тебе хана. А здесь, — он провёл пальцем по маршруту к Лейне, — вы идёте мимо старых воздуховодов. Там можно спрятать полк, и никто не увидит. Надо менять маршруты. Каждый день.

— Вот именно, — кивнул я. — Ты будешь координировать перемещения. Ты знаешь, как защищать территорию. Я дам тебе то, чего у тебя никогда не было в деревне: информацию.

Грок поднял на меня глаза. В них впервые мелькнуло не просто уважение воина к хитрому тактику, но и признание командира.

— Я понял, — прорычал он. — Буду думать.

— Ульф, Хард, — я повернулся к двум молодым ормам. Они смотрели на меня с преданностью сторожевых псов, готовых рвануть по команде. — Вы — мои глаза. Начиная с завтрашнего дня, вы идёте в город. Не как воины, не как мои охранники. Как простые работяги, ищущие подработку. Вы будете ходить по нижним уровням, таскать грузы, пить дрянную брагу в тавернах и слушать.

Ульф нахмурился.

— Слушать? Кого?

— Всех, — отрезал я. — Я учу вас правилам городской войны. Правило первое: не привлекай внимание. Вы не ормы, вы — грязь под ногтями. Никто не должен вас запомнить. Правило второе: запоминай лица. Кто ходит к Вальду? Кто приносит ему деньги? Кто из чистильщиков стукачит? Кто из надзирателей закрывает глаза? Правило третье: не ввязывайся в драки. Если кто-то наезжает — отдай стекляшку, опусти взгляд в землю, извинись. Ваше оружие — уши, а не кулаки.

Хард почесал затылок, явно недовольный. В его понимании война — это сталь и кровь, а не шептание по углам.

— А если нас всё-таки прижмут? — буркнул он.

— Тогда кричите, ругайтесь и убегайте, — сказал я. — Мёртвый разведчик — это просто мёртвый мужик. Живой разведчик — это мои глаза. Мне нужны имена, привычки, расписание Вальда. Мне нужно знать, когда он спит, когда ест и когда ходит по большой нужде. Поняли?

Они переглянулись и согласно кивнули.

— Брин, — я посмотрел на угрюмого ремесленника. Тот сжал свой молоток, как спасательный круг. — Твоя задача сложнее. Ты идёшь в гончарные ряды. Ты — мастер. Тебе не нужно притворяться. Но помимо работы, ты будешь искать мне людей.

— Каких людей? — Брин подозрительно сощурился.

— Недовольных, — пояснил я. — Ремесленников, которых прижал Вальд. Тех, кто лишился работы из-за его поборов. Тех, кто готов к переменам. Я не прошу тебя вербовать армию. Я прошу тебя составить список. Кто не прочь посмотреть, как Вальд будет корчиться в агонии, но боится сделать первый шаг. Ты найдёшь их, потому что ты — один из них.

Брин медленно кивнул. Месть — вот топливо, на котором он работал. Я всего лишь направил это движение в нужное русло.

— А я? — раздался тихий голос из угла. Лили.

Я повернулся к ней. Она сидела, обхватив колени, её большие глаза были серьёзными и настороженными.

— Ты — мой дом, — сказал я, и это прозвучало не как ласка, а как констатация факта. — Ты следишь за очагом. Ты встречаешь тех, кто приходит, и запоминаешь их лица. Ты — последняя линия обороны. Если кто-то придёт сюда, пока нас нет, ты запираешь дверь и не открываешь никому, кроме нас. Поняла?

Она кивнула и опустила глаза. Система работала.

Следующие три дня были посвящены подготовке. Грок перевернул нашу логистику с ног на голову. Он организовал смену маршрутов, расставил «маяки» — метки на стенах, которые только мы могли прочитать, — и заставил Ульфа и Харда выучить каждый закоулок третьего уровня.

Кай исчезал